4 сентября, среда

Обычно Рой Грейс не выпивал до шести вечера, но сегодня был особенный день. Ведь обычно Грейс не смотрел, как умирает его сын. Обычно он не давал разрешения на изъятие органов своего ребенка. Впервые в жизни он чувствовал, что ему не терпится откупорить бутылку.

Минут через сорок он перезвонил Гленну Брэнсону.

– Как все прошло, шеф?

– Расскажу в другой раз. Какие новости?

– Ну… Весьма существенные. Надзирательница взяла свои слова обратно.

– То есть? – с нажимом спросил Грейс.

– То есть совсем не факт, что Иден Патерностер видели на том пароме. И это еще мягко сказано.

– Намекаешь, что можно не брать эту информацию в расчет?

– Похоже на то, шеф. Следствию она не поможет.

– Ну хотя бы не повредит. – На секунду Грейс задумался. – Зато теперь мы знаем, что на острове Уайт у Иден Патерностер имеются родственники. Надо бы найти их и опросить. Даже если ее не было на пароме, нельзя исключать, что Иден, если она еще жива, попала на остров каким-то иным способом. Например, на автомобиле через переправу, на катамаране или самолете. В Сандауне имеется небольшой аэропорт. Пока тело не найдено, мы должны знать наверняка, что Иден не скрывается на острове. Пусть кто-то из наших поговорит с местной полицией. Мало ли, вдруг они сумеют чем-то помочь.

– Договорились. Кого-нибудь озадачу.

– Отлично. Теперь сосредоточим внимание на Патерностере как главном подозреваемом в убийстве без трупа.

– Правильная мысль, – согласился Брэнсон. – Кстати, я говорил с помощником главного констебля. Он сказал, что помнит о Бруно и молится за него.

– Угу. Можешь передать ему, что молиться уже не обязательно.

Наступила долгая пауза. Наконец Брэнсон нарушил молчание:

– О господи, Рой… Черт… Шеф… Я правильно тебя понял?

– Бруно не выжил. Чуда не случилось.

Снова молчание.

– Соболезную, Рой, – сказал Брэнсон. – Хочешь об этом поговорить?

– Не сейчас. Просто поставь Пью в известность.

– Да, конечно. Ты же дашь знать… ну… насчет похорон – в смысле, где и когда?

– Да. Но давай сосредоточимся на деле. Сейчас мне надо отвлечься. Что с наружным наблюдением? Получилось?

– Сегодня порадовать нечем, но группа Марка Тейлора освободится или завтра, или в пятницу.

– Он блестящий специалист, – сказал Грейс. – Лучший из лучших. Жаль, что сегодня Марк занят, но не успеешь оглянуться, как его люди включатся в игру.

– Может, запросить у МВД разрешение на прослушку телефона Патерностера? – предложил Брэнсон.

– Бесполезно. Такое прокатывает, если под угрозой чья-то жизнь. Для подобного запроса у нас не хватает улик. Что насчет анализа почвы?

– Завтра Хелен Мидлтон проверит педали в машине Патерностера плюс обувь, которую мы конфисковали. Посмотрим, получится ли связать ее находки с одеждой, обнаруженной на месте захоронения. И еще мы договорились с судебным антропологом Люси Сибун. Завтра она занята в суде, дает показания против крупного наркоторговца, но при первой возможности прибудет на место. Тем временем ее младший коллега, Саймон Дейви, уже приступил к делу и продолжит завтра утром. Кроме того, шеф, машина Патерностера еще у нас. Есть вероятность, что он возьмет напрокат другую, так что мы разослали предупреждение местным компаниям, предлагающим такие услуги.

– Молодцы.

– Вот видишь? Не торопись выходить на работу, шеф. Я и сам прекрасно справляюсь.

– Ага, спасибо. Этот наркоторговец – Космос Пападопулос?

– Да, и ему не светит ничего хорошего.

– Помню, помню этого мерзавца…

В прошлом году в Суссексе накрыли две крупные сети сбыта наркотиков. В первом случае в порту Нью-Хейвена обнаружили реплику винтажного автомобиля с грузом кокаина на несколько миллионов фунтов, а второй канал был не менее продуманным: упаковки наркотиков сбрасывали в Ла-Манш, прикрепив к буйкам ловушек для омаров, а затем их подбирало рыболовецкое судно. Груз прятали под огромной грудой макрели, камбалы и прочей рыбы.

Эту задумку воплотил в жизнь Космос Пападопулос, весьма неприятный и темпераментный грек-киприот, давно находившийся на примете у полиции. Он отмывал деньги через множество небольших и вполне законных предприятий в Брайтоне и других прибрежных городах графства. Но, подобно многим удачливым преступникам, самоуверенный Пападопулос утратил бдительность и попытался нанять тайного агента полиции, чтобы тот искалечил его конкурента по бандитским делам. Это громкое дело изо дня в день фигурировало в местных новостях.

– Нет, серьезно, – сказал после паузы Брэнсон, – просто знай, что я очень за вас переживаю. И Шивон тоже. Она передает привет. Если понадобится собеседник, просто позвони.

– Позвоню. Спасибо.

– Ни о чем не беспокойся, все под контролем.

– Спасибо. – Грейса вдруг подвел голос, и ответ дался ему с трудом. – Ценю.

Он завершил звонок, встал и вышел в сад в сопровождении понурого Хамфри. По всей очевидности, псу передалось настроение хозяев. Грейс направился к курятнику. Отодвинул шпингалет, вошел и закрыл за собой дверь, оставив Хамфри снаружи.

Как и говорила Клио, две любимицы Бруно – Фрейлейн Андреа и Фрейлейн Джулия – оказались мертвы. Шеи кур были изогнуты под неестественным углом.

Грейс присел и потрогал тушки. Твердые и холодные. И лежат так аккуратно, друг против друга.

Нет, лиса тут ни при чем. Она растерзала бы добычу или отгрызла головы и лапы. И причиной смерти не могли стать яйца, застрявшие в яйцеводах, ведь тогда куры не лежали бы так симметрично.

Нет, их убили преднамеренно. Видно же, что обеим свернули шею.

Грейсу опять вспомнился вчерашний разговор с Бруно. Казалось, это было целую вечность тому назад.

«Ты знаешь, что в Древнем Египте, когда мумифицировали покойника, его любимых питомцев тоже убивали, подвергали мумификации и укладывали в ту же гробницу?»

Понимая, какие страдания причинил Клио вид этих кур, Грейс взял в сарае лопату и подобрал тушки. Подняв их повыше, поскольку Хамфри проявлял к его ноше самый живой интерес, Рой вышел за калитку, а пса оставил внутри, чтобы тот не путался под ногами. Он поднялся до середины холма, остановился у большого куста английского дрока и аккуратно положил кур на землю.

Вогнал лопату в твердую сухую почву и, нажимая подошвой на наступ, стал копать яму – достаточно глубокую, чтобы до несчастных созданий не добралась лисица.

Дело оказалось непростым, и вскоре Грейс насквозь пропотел. Он думал то о разговоре с Брэнсоном, то о буклете, любезно предоставленном ему в больнице, – пошаговом списке действий для родни доноров.

Завтра утром Грейс первым делом отправится в брайтонское бюро регистрации, где получит справку о смерти Бруно. Затем им с Клио предстоит выбрать похоронную контору и принять множество решений насчет гроба, службы и так далее. Грейс был твердо уверен, что мальчика надо похоронить на одном кладбище с матерью, как можно ближе к ее могиле. Дедушка и бабушка Бруно придерживались того же мнения.

Но все это завтра. Не сегодня.

Он постоял, глядя на небо, впитывая атмосферу прекрасного вечера и вспоминая, как славно проводил время со старшим сыном.

Затем снова взялся за работу, а когда решил, что яма достаточно глубока, встал на колени и опустил в нее обеих кур. Неподалеку Рой заметил розовый полевой цветок. Подошел к нему, сорвал, положил на тушки птиц и стал забрасывать их землей.