2 сентября, понедельник

Через двадцать пять минут, купив по пути ролл, банан и пару шоколадок, Гленн Брэнсон зарулил на парковочное место Роя Грейса у здания штаб-квартиры полиции Суссекса. Такой привилегией пользовались старшие следователи; почти всем детективам и другим сотрудникам приходилось искать парковочное место на улице. Они с Грейсом выбрались из машины и направились к неприметному и невысокому зданию, где находилась – после второго подряд переезда – штаб-квартира отдела особо тяжких преступлений.

В кабинете у Грейса Брэнсон жадно съел все, что принес, поделившись одной шоколадкой с шефом, после чего ушел за кофе, а Рой стал обдумывать встречу с Поттингом.

Напоказ он, конечно, бодрился, но на самом деле слова Нормана встревожили его не на шутку. Рой знал: невзирая на браваду, этот «крепкий старый хрыч» в глубине души остается ранимым человеком. Он еще не справился – и вряд ли когда-нибудь справится – со смертью невесты, а чтобы пережить новое испытание, Норману понадобится всесторонняя поддержка. В первую очередь от Клио, Грейса и сотрудников отдела. Рой уже созвонился с Клио, и та начала собирать информацию о болезни и лечении, чтобы позже все обсудить. Еще она хотела переговорить со своей сестрой. У нее тоже был рак легких, но уже шестой год болезнь находилась в стадии ремиссии.

Гленн Брэнсон вернулся с двумя дымящимися чашками кофе и немедленно запустил руку в кулек с печеньем, так и лежавший на столе. Выудил последнюю штучку, предложил половинку Рою, а когда тот отказался, слопал ее, осыпав стол каскадом крошек. Перехватив неодобрительный взгляд шефа, он, как и прежде, смахнул крошки на пол и спросил:

– Ну что?

– После встречи с Патерностером все это нравится мне куда меньше прежнего, – ответил по размышлении Грейс. – Чем больше я думаю о нашем с ним разговоре, тем тревожнее мне становится.

– Даже несмотря на то, что он ни разу не соврал? Я тоже следил за языком тела.

– Такие наблюдения не дают стопроцентной гарантии. Особенно если человек знает, что за ним следят. Тогда язык тела легко взять под контроль. Мне просто не понравился этот парень. А тебе?

– И мне, шеф.

– Итак, что мы имеем? Утром Найл Патерностер звонит в полицию и рассказывает, что вчера, примерно в три пятнадцать, его жена Иден отправилась в гипермаркет «Теско Холмбуш», чтобы купить мешок наполнителя для кошачьего лотка. Патерностер утверждает, что с тех пор она не объявлялась и не давала о себе знать. Мы провели с ним беседу. Его поведение было одновременно агрессивным и оборонительным. Обычно в ситуации с пропавшим человеком, с поправкой на оценку риска, мы дали бы делу ход через сутки после исчезновения. Повторяю, все зависит от оценки риска. – Он взглянул на часы, затем на коллегу. – Теперь, с информацией на руках, суточное ожидание тебя устраивает?

– Вообще-то, нет, – помотал головой Брэнсон.

– Меня тоже.

Зазвонил служебный телефон. Грейс снял трубку и почти сразу переключил аппарат на громкую связь. Брэнсон узнал голос Велвит Уайльд.

– Шеф, люди из «О-два» прислали карту перемещения обоих мобильников, – сообщила детектив-констебль и сперва зачитала информацию по телефону Найла Патерностера: – Между девятью и одиннадцатью утра он находился по адресу на Невилл-роуд. Затем направился на запад, где некоторое время оставался близ Пэрэм-хауса. Это в Западном Суссексе, неподалеку от деревни Пулборо. В два сорок пять он направился на восток и остановился возле гипермаркета «Теско Холмбуш», чуть севернее Шорхема, где оставался примерно до четырех двадцати, после чего вернулся на Невилл-роуд, а в пять часов телефон снова пришел в движение: проехал через Портслейд, миновал Девилс-Дайк и направился к аэропорту Хитроу; позже снова вернулся на Невилл-роуд, где и остается до сего момента.

Грейс кратко записал услышанное.

– А второй номер?

– Здесь пришлось начать чуть раньше, поскольку в четверг вечером телефон то ли выключили, то ли он разрядился. В четверг, в шесть утра, он отправился на юг, по Невилл-роуд, затем по Олд-Шорхем-роуд и в сторону набережной, где свернул на восток и продолжил движение к выходу на пристань в Брайтонской гавани. Затем вернулся на Невилл-роуд этим же маршрутом. Покрытое расстояние – примерно восемь с половиной миль. Судя по затраченному времени и темпу перемещения, человек совершал пробежку. – Велвит помолчала. – Знаю, это выходит за рамки приказа, но я решила, что стоит проверить маршрут по нескольким источникам, и мы обнаружили, что он зафиксирован в приложении «Страва», принадлежащем Иден Патерностер, то есть владелице телефона.

– Умница, Велвит! – похвалил Грейс.

– Спасибо. Без десяти восемь телефон переместился к северу, в Кройдон, в здание, определенное нами как офис «Западной компании взаимного страхования». Пробыл там до без пятнадцати шесть, после чего отправился на юг и в шесть тридцать пять остановился на Невилл-роуд, где оставался до десяти минут одиннадцатого, после чего сигнал исчез.

– И с тех пор не появлялся? – уточнил Грейс.

– Нет, – подтвердила Уайльд.

Грейс посмотрел на Гленна Брэнсона, и тот сдвинул брови, будто спрашивая, в чем дело.

Рой кивнул ему в ответ и сказал:

– Спасибо, Велвит. Вы очень помогли.

– Хотите, я отслежу более ранние перемещения?

– Пока нет. Если это понадобится, я сообщу.

– Конечно. Чем еще могу помочь?

– Пока ничем. Разве что запишите все сказанное и пришлите мне на электронную почту.

– Сброшу через пару минут.

Поблагодарив ее, Грейс завершил звонок, нахмурился и повернулся к Брэнсону:

– Какие будут соображения?

– В четверг Иден выходит на утреннюю пробежку. Прямо как ты. Затем едет на работу. Вечером возвращается домой. Телефон отключается в десять минут одиннадцатого. И остается отключенным. У Иден ответственная должность айтишника в крупной страховой компании. К тому же телефоном она пользуется не только в рабочих, но и в бытовых целях, к примеру записывает свои пробежки в приложение «Страва». Допустим, батарея села в четверг, в десять минут одиннадцатого, но почему Иден не зарядила телефон ни в пятницу, ни в субботу, ни в воскресенье? По-моему, это нелепо.

Грейс задумчиво кивнул.

– Давай-ка выдвинем гипотезу, – рассуждал Гленн Брэнсон. – В четверг вечером Патерностер убивает жену, а затем разыгрывает сценку с посещением Пэрэм-хауса и исчезновением Иден в магазине «Теско», куда она якобы зашла за наполнителем. Неужели он не подумал, что мы проверим ее телефон? Он что, настолько тупой?

– Ты же его видел, – покосился на Гленна Рой. – Я, конечно, не всемирно известный специалист по татуировкам, но разве ты не заметил, что на руке у него наколота смерть с косой?

– Ага, – усмехнулся Брэнсон. – Будем надеяться, Патерностер не взял на себя ее роль.

– Согласен, – сказал Грейс. – На один из дней рождения Сэнди подарила мне купон на бесплатную татуировку в тату-салоне.

– Да ну?

– Мне так и не хватило духу им воспользоваться. Сэнди хотела, чтобы я набил на руке наши имена, а между ними сердечко.

– Повезло, что не решился. Прикинь, в каком восторге была бы Клио!

– Это точно, – усмехнулся Грейс, но тут же посерьезнел. – Похоже, Иден женщина успешная, трудолюбивая, в самом расцвете сил, с тесным кругом друзей и коллег. В голове не укладывается, что она взяла и сбежала, к тому же перестав появляться в соцсетях. Согласен?

Гленн Брэнсон решительно кивнул.

Тут снова ожил телефон Грейса. Звонил Эйден Гилберт и, похоже, он был в замешательстве.

– Можно кое-что уточнить, шеф? – спросил он, когда Грейс включил громкую связь.

– Слушаю?

– Та фотография, что вы прислали, с женщиной на фоне озера… Говорите, ее сделали вчера, во второй половине дня?

– Да, верно. По крайней мере, так мне сказали.

– Не сходится. Мы проверили цифровую метку даты. Снимок сделан без десяти два, в субботу, двадцать четвертого августа. Больше недели назад.

– Эйден, ты в этом уверен?

– Абсолютно.

Завершив звонок, Грейс набрал номер Клио и предупредил, что завтрашнюю поездку на семинар по разведению кур придется отложить.