9 сентября, понедельник

В конференц-зале за спиной у Роя Грейса появилась четвертая доска с надписью «Ребекка Уоткинс» и тремя фотографиями, сделанными группой наблюдения: двумя фото Ребекки, снятыми через длиннофокусный объектив, и еще одним, где они с Найлом идут по улице. Ниже помещалась частично заполненная таблица семейных связей и прочих контактов.

Было пять вечера. В зале собралась вся рабочая группа. Наконец Грейс отвлекся от своих заметок.

– Двенадцатый брифинг по операции «Лагуна» объявляется открытым. У следствия появились новые существенные вводные. Начну с неприятной новости: группу наружного наблюдения временно перевели на другую задачу, но у нас остается трекер на «фиесте», арендованной Найлом Патерностером. – Рой взглянул на Александера. – Джек, организуй контроль за перемещениями этого автомобиля, пока к нам не вернутся люди Марка Тейлора.

– Уже работаю над этим, сэр; данные доступны каждому из группы, – ответил Александер, после чего обратился ко всем присутствующим: – Вы сможете следить за «фиестой» на экранах своих компьютеров и телефонов.

Детектив-констебль Бутвуд подняла руку.

– Да, Эмма-Джейн? – спросил Грейс.

– Сэр, почему группу наблюдения перебросили на другой участок в столь критический момент?

– Не сомневаюсь, что помощник главного констебля Пью будет счастлив ответить на ваш вопрос. – Грейс пожал плечами. – Как есть, так есть. Боюсь, нам остается лишь смириться с нехваткой ресурсов.

– Поняла, сэр.

– Хорошо, что вы такая понятливая, – проворчал Норман Поттинг и повернулся к шефу. – Нехватка ресурсов? Другими словами, нас послали в известном направлении?

– Комментировать такое я не в силах, Норман, – тонко улыбнулся Грейс. – Выводы каждый сделает самостоятельно. Но позже на этой неделе люди Марка Тейлора вернутся в наше распоряжение.

Качая головой, Поттинг пробурчал нечто неодобрительное.

– Собрание началось раньше обычного, поскольку мне очень хотелось видеть среди нас Шэрон Орман, пока мы не лишились ее ценнейших навыков. Некоторым известно, что Орман превосходно читает по губам. Около часа дня она следила за Найлом Патерностером и Ребеккой Уоткинс в кройдонском пабе: с безопасного расстояния она прочла почти весь их разговор. – Грейс взглянул на Орман. – Шэрон, не могли бы вы рассказать о том, что видели в пабе «Зеленый дракон»?

– Конечно, сэр. – Орман раскрыла блокнот. – Найл Патерностер и Ребекка Уоткинс сидели за угловым столиком, обедая и прижимаясь друг к другу. Найл поднял пивную кружку, коснулся им бокала с вином и сказал: «За будущее!», на что Ребекка заметила: «За наше будущее», и Найл повторил тост: «За наше будущее».

Она сверилась с пометками в блокноте.

– Затем Ребекка спросила: «Какие планы на неделю?», Найл ответил: «Ничего особенного, если только меня снова не арестуют за убийство любимой женушки, которого никто не совершал. В остальном же всю неделю я свободен. А что, есть предложения?», и Ребекка Уоткинс положила ладонь ему на брюки – вызывающе, но так, чтобы никто этого не заметил. Затем она сказала, что на этой неделе ее фирма проводит в Истборне ежегодную конференцию по продажам, и мужа там не будет, поскольку он в отъезде. Добавила, что в четверг должна провести презентацию, затем появиться на ужине, а после предложила встретиться. «У тебя в гостинице?» – спросил объект, но Ребекка отказалась: дескать, в гостинице будет много ее коллег. Сказала, что выберет место, а затем пришлет Найлу сообщение. Точного времени не упоминала, но предложила провести рандеву около полуночи. Пообещала разложить задние сиденья «рейнджровера» и попросила Найла захватить бутылку просекко и два бокала.

– Уютное любовное гнездышко, причем мобильное! – усмехнулся Поттинг.

– Слова человека с богатым опытом, – заметила Велвит Уайльд.

– Вы славно потрудились, Шэрон. Да, сегодняшняя информация, вернее сказать, разоблачение тайн самым существенным образом влияет на ход следствия. Подведем промежуточные итоги. Найл Патерностер заявил, что его жена исчезла после того, как он, предположительно, высадил ее у магазина «Теско Холмбуш» в воскресенье, первого сентября. Впоследствии мы заподозрили, что его рассказ не соответствует истине, и Найла взяли под стражу. При обыске дома обнаружены весомые улики, указывающие на то, что Патерностер мог убить свою жену. – Грейс заглянул в свои записи. – Важности им добавляет анализ цифровых данных на компьютере и телефоне Патерностера, показывающий, что Найл, по всей видимости, солгал относительно своего с Иден местонахождения в то воскресенье. Далее, отследив движение его телефона и изучив данные бортового компьютера семейного автомобиля, в Эшдаунском лесу мы обнаружили неглубокую могилу, а также предполагаемое орудие убийства. Судя по перемещениям Найла, в этой яме могли быть закопаны части тела Иден, а от других частей Патерностер мог избавиться, выбросив их в море с восточного мола Шорхем-Харбора. На допросах Патерностер все отрицал, причем решительно. За недостатком улик на данном этапе мы отпустили его, но продолжили следствие, подключив к делу группу наружного наблюдения.

Грейс глотнул воды.

– Означенная группа зафиксировала свидание Найла Патерностера с Ребеккой Уоткинс на парковке близ Девилс-Дайк. Оказывается, эти двое – любовники. Эту же парковку Найл, судя по анализу цифровых данных, посещал в воскресенье, первого сентября, через каких-то два часа после предполагаемого исчезновения жены. На допросе Ребекка Уоткинс призналась, что была там же. Подозреваю, что ее слова подтвердятся при анализе телефона и компьютера в «рейнджровере» Ребекки.

– Вы намерены проверить «рейнджровер», сэр? – спросила детектив-констебль Уайльд.

– Нет, Велвит, не сейчас. Думаю, Ребекке лучше не знать, что она перешла в разряд главных подозреваемых. – Он поднял глаза. – Возражения?

Возражений не последовало.

– Итак, на данный момент мы имеем четкий и ясный мотив для убийства. У Найла Патерностера есть подружка. Убив жену, он убирает ее с дороги, ведь теперь Иден не мешает ему строить отношения с Ребеккой Уоткинс, чей брак также находится в терминальной стадии. – Он обвел всех взглядом. – Пока все сходится?

Некоторые кивнули.

– Затем, сегодня утром, после обнаружения бумаги, спрятанной в рабочем столе Иден Патерностер, мы с детективом-инспектором Брэнсоном нанесли визит женщине, упомянутой в этом документе, а именно солиситору Джилл Риддл, главе отдела завещаний и наследства в юридической фирме «Кардуэлл-Скотт».

– Ага! – воскликнул Поттинг. – В этой конторе водился один токсичный гаденыш, солиситор для неимущих по фамилии Доннелли. Некий Пол Доннелли. Пару раз довелось с ним пересечься. Впоследствии его вышибли за халатность.

– Этого я не знал, ну да ладно, – кивнул Грейс. – Джилл Риддл подтвердила, что составила новое завещание, по которому Иден Патерностер оставляет почти все имущество Ребекке Уоткинс.

Он сделал паузу, чтобы все осмыслили информацию. Присутствующие замерли, впечатленные тем, что услышали.

– Шеф, – подняла руку Эмили Денайер, – я изучила зарубежную компанию «Баклан холдингс интернешнл», куда Иден Патерностер передала право владения домом на Невилл-роуд, равно как и почти весь свой капитал. Это офшорная контора, помогающая уйти от налогов, и она связана с фирмой «Кардуэлл-Скотт».

Грейс нахмурился.

– Итак, завещание Иден Патерностер составлено той же фирмой, что помогла ей вывести средства за пределы досягаемости мужа. Считаете это простым совпадением, Эмили?

– Нет, шеф, я так не думаю, – усмехнулась Денайер.

– Кого-то явно пытаются обмануть, – сказал Грейс, обращаясь ко всей команде. – Вопрос кого. Иден вывела почти все активы под юрисдикцию стороны, традиционно не желающей сотрудничать с британской полицией и налоговыми органами. Это так, Эмили?

– Да. И речь не только об Англии, но и обо всем остальном мире.

– Эмили, исходя из вашего опыта, может ли Ребекка Уоткинс получить доступ к заграничным активам без любого подтверждения со стороны Иден Патерностер? – спросил Грейс, помолчав пару секунд.

– Это целиком и полностью зависит от распоряжений, выданных Иден Патерностер, о которых нам неизвестно. Но теоретически да, такое вполне возможно.

– Хорошо, – кивнул Грейс. – Чисто гипотетически, не имеем ли мы дело со сценарием, где Иден переводит активы за границу, искренне рассчитывая на совместное будущее с Ребеккой Уоткинс и полагая, что провернула очень хитрый фокус и сумела подставить мужа так, чтобы его обвинили в убийстве? Или же фокус провернула Ребекка Уоткинс, вступившая в заговор с Найлом Патерностером и играющая вдолгую?

– Вдолгую? – переспросила Денайер. – Имеете в виду, что Ребекка Уоткинс обманом убедила свою любовницу Иден переместить активы за границу и получила к ним доступ, поскольку Иден искренне считает, что их с Ребеккой отношения – любовь до гроба?

– Да, Эмили, именно так.

– Но, – рассуждала Денайер, – Иден не понимает, что ее обмишурили и что любовь всей ее жизни Ребекка Уоткинс готовится уехать в закат вместе с Найлом, прихватив все имущество его жены.

– Я все больше склоняюсь к такому же выводу, – подтвердил Грейс.

– Как считаешь, шеф, что из этого известно Найлу Патерностеру? – впервые подал голос Гленн Брэнсон. – Если они с Ребеккой были, вернее сказать являются, парой и Найл знал, что у Ребекки есть доступ ко всем активам Иден, зачем ему убивать жену? Они вполне могли бы сняться с места, прихватив офшорные деньги, и начать новую жизнь в любой точке планеты!

– Зачем убивать? Затем, что Иден могла бы их выследить, – ответил Грейс. – В каждой стране, признающей международное право, эти двое постоянно опасались бы ареста.

Брэнсон кивнул.

– Но, – продолжил мысль Грейс, – не может ли статься, что мы делаем рискованное допущение?

Этими словами он обратил всеобщее внимание на себя.

– Ребекка Уоткинс – любопытный персонаж. Допустим, у нее совершенно иные планы. Что, если она и Иден Патерностер пришли к соглашению – то есть сговорились, – чтобы Ребекка соблазнила Найла и стала его любовницей? Иден инсценирует собственное исчезновение, оставив такие улики, чтобы ее мужа ошибочно обвинили в убийстве. Для этого ей надо притвориться мертвой. Так она избавится от Найла и, не рискуя свободой, начнет с Ребеккой новую жизнь. Теперь же она понимает, что план сработал иначе, нежели хотелось бы. У полиции недостаточно улик, чтобы обвинить Найла в убийстве. Что, если Иден начинает паниковать?

– С учетом того, что Найл грозился убить ее, шеф, – напомнил Брэнсон. – По крайней мере, это следует из прочитанных ею сообщений.

Грейс откашлялся.

– Действительно. Допустим, сейчас она в отчаянии, растеряна, не может мыслить связно… Все мы знаем, что в панике человек способен на иррациональные поступки.

– Например? Какие будут соображения?

– Не знаю. В этом деле нельзя что-то предугадать. Надо готовиться к чему угодно. Нам пригодятся любые ресурсы. – Какое-то время Грейс молча смотрел на экран телефона. – Особое внимание потребуется в четверг вечером – просто чтобы узнать, что произойдет. По словам Шэрон – кстати, позвольте снова поблагодарить вас, – Найл Патерностер и Ребекка Уоткинс планируют найти какое-то тихое место. Все согласны?

Он окинул взглядом следственную группу. Все были согласны.

– Будет полноценная операция, шеф? – спросил Брэнсон. – Золото, серебро и бронза?

– Я думал об этом, – покачал головой Грейс, – но предпочту не поднимать лишнего шума. За ними проследит группа наблюдения, а мы с тобой, Гленн, тоже будем рядом – втайне, но так, чтобы отреагировать на любое развитие событий.

Он снова посмотрел на экран телефона и коснулся его.

– По прогнозу будет ясно. У кого-нибудь имеются неотложные планы на четверг? – слегка виновато спросил Грейс. – Разморозка холодильника или что-то в этом роде?

Ему ответили ухмылками.

– У меня встреча, шеф, – поднял руку Поттинг.

– С будущей миссис Поттинг?

– Не-а, – помотал головой Норман. – Со старыми приятелями. Но я могу… сами понимаете… перенести ее на следующий раз.

– Твой альтруизм бьет прямо в сердце, – заметил Гленн Брэнсон.