Я бежал по улице, как игрок атакующей команды, и улыбка моя по ширине не уступала реке Тайн.

Я знал, что мне дала тетя Тина, даже смотреть было необязательно. Она дала мне адрес моего папы.

Я остановился у автобусной остановки. Чувство было как рождественским утром, когда держишь в руках подарок. Хочется открыть, страшно хочется, но где-то в глубине души, наоборот, ни за что не хочется его открывать. Больше всего мне нравится именно это радостное возбуждение. Точно так же я чувствовал себя, держа в руке записку. Но долго так не протянешь, надо узнать, что за подарок тебе подарили. Я закрыл глаза, досчитал до десяти и развернул листок.

Стив Риверс. Эдинбург, Ньюингтон, Редвуд Гарденс, 9.

Эдинбург?! Да это же на другом конце земли. Я думал, папа живет где-то поблизости или хотя бы в Дареме. Зачем ему было ехать жить в Шотландию? Он мне здесь нужен.

Я сел на автобус до Элдон-Сквер, потом пересел на другой до Гейтсхеда и всю дорогу до дома неотрывно смотрел на текст записки. И думал, думал, думал.

Зашел домой через заднюю дверь.

– Где ты был?

Мама что-то делала у раковины. Как все мамы.

– Я же говорил, у Эми.

– Долго ты.

– И что?

Я бросил пальто на пол.

– А вешалка для чего?

Повесил на вешалку.

И пошел в гостиную. Каллум сидел в своем любимом кресле и смотрел, как на экране по кругу ездят машины. Меня тошнило от его имени. С этого момента про себя я решил называть его ЖП, сокращенно от Жирного Придурка. Я посмотрел на ЖП и улыбнулся. Впервые с тех пор, как мы сюда переехали, я имел над ним власть. Он может быть жирнее меня, иметь больше денег, чем я, более быстрые пальцы, чем у меня, но теперь я знал, что смогу его победить, потому что у меня в кармане лежало то, что навсегда сможет его остановить. У меня был адрес чувака, который его убьет.

Но прежде чем избавиться от ЖП, мне нужно было решить одну проблемку. Как добраться до Эдинбурга. Я взял ноутбук с собой в кабинет ЖП, открыл его и двумя пальцами вбил в поисковую строку:

Где Эдинбруг?

Вы имеете в виду Эдинбург?

Да, мистер Придира. Кликнул. Выпала куча сайтов. Эдинбург – столица Шотландии. Это я знал. А потом кое-что, чего не знал: Эдинбург находится в ста четырех милях от Ньюкасла. И как, блин, прикажете мне дотуда добираться? Допустим, я мог попросить маму съездить туда на денек, но если тетя Тина знала, где живет мой папа, то и мама, наверное, была в курсе.

– Зачем это тебе понадобилось ехать в Эдинбург, Дэнни? – спросит она, прищурившись.

– Посмотреть на мужиков в юбках.

Она поймет, что я вру. И заставит сказать правду, после чего запрет в комнате, и я никогда не познакомлюсь с папой и не попрошу его о помощи, и тогда ЖП сорвется с крючка, и моя власть над ним кончится, а он продолжит поднимать на маму руку. Пока она не умрет.

Я закрыл окно с поисковым запросом про Эдинбург и удалил его из истории. Не хотел оставлять следов, ведь именно так всех и ловят. Потом вернулся в гостиную и сел на диван. Мысли кружились в голове, как дурацкие гоночные машины на телеэкране: вжжжж, вжжжж, вжжжж – и никуда не доезжали.

Я думал, а что если написать папе письмо, как я и пообещал тете Тине:

Здравствуйте, Стив,

Вы меня не знаете, но я Дэнни, ваш сын. Я понимаю, что мы никогда не встречались разговаривали, но я хочу попросить вас об одном маленьком одолжении. Не могли бы вы убить маминого бойфренда? Пожалуйста.

С любовью, Дэнни.

Ну и тупизна. Он подумает, я какой-то сумасшедший. Мне необходимо было с ним увидеться лично и рассказать все от начала до конца.

Когда гонка кончилась, ЖП ушел в паб, а мама приготовила мне чай. Я сидел за кухонным столом и рассматривал на холодильнике магнитик с хайлендской коровой. Мне его Эми подарила.

– Что не так? – спросила мама.

Все мамы детективы. Они замечают то, что ускользает от внимания обычных людей.

Я сказал, что все так, а это в разговорах с мамой обычно означало, что какая-то проблема все же есть.

– Он неплохой человек, Дэнни, – сказала она. Я постарался сдержать смех, но небольшой поросячий хрюк все же вырвался. – Мы несколько раз сильно ссорились, не более того. В общем, все свои проблемы по-разному решают.

Тут не поспоришь. Мама и ЖП решали свои проблемы по-своему, а я собирался решать свои по-моему. Но прежде чем я смог их решить, кое-что случилось. Кое-что настолько отвратительное, что мне трудно об этом говорить. Но я все же расскажу.

Через несколько дней у мамы был день рождения. Ей исполнилось тридцать. Я купил ей коробку шоколадных конфет. Она, кажется, очень обрадовалась, хотя мой подарок и ставил под удар всю ее диету. Мама постоянно думала о своем весе. ЖП следил, чтобы она о нем не забывала.

ЖП подарил ей большую открытку с картинкой из роз и блестяшками. Я прочитал подпись внутри, и меня чуть наизнанку не вывернуло.

ТЫ САМАЯ СЛАДКАЯ ЖЕНЩИНА ИЗ ВСЕХ, ЧТО Я ВСТРЕЧАЛ. МОЯ ЖИЗНЬ БЫЛА БЫ ПУСТА БЕЗ ТЕБЯ. ДАРЮ ТЕБЕ ВСЮ СВОЮ ЛЮБОВЬ, КАЛЛУМ. ТРИДЦАТЬ ПОЦЕЛУЕВ.

На этом подарки не закончились. Он купил маме большую сумку с провисающими боками, букет цветов, серьги и пальто. Пальто? Зачем ей еще одно? У нее их и так целых три. В любом случае он все это ей преподнес, и мама, кажется, осталась очень довольна. Она поцеловала его взасос, как мы целуемся с Эми, когда никто не видит.

В тот вечер они пошли ужинать в какой-то роскошный ресторан. Я решил, что он роскошный, потому что ЖП напялил галстук, а мама откопала туфли, в которых ей до боли неудобно ходить. Я хотел пойти к Эми, но мама не разрешила, сказав, что надо заниматься уроками. Так что я остался дома и играл в компьютерные игры на ноуте.

Очков набирал катастрофически мало, редко так плохо играется. Не мог сосредоточиться, постоянно думал о маме.

Еженедельно погибают две женщины.

Хотелось бы мне знать, почему кто-то вроде моей мамы позволяет кому-то вроде Каллума безнаказанно совершать убийства.

Вбил запрос: Почему женщины не бегут от домашнего насилия?

Ну-ка, поясни мне, Мистер Гугл. Причин оказалась целая туча. Во-первых, они боятся, что им сделают еще больнее. Во-вторых, они могут быть финансово зависимыми. В-третьих, они теряют чувство собственного достоинства. В-четвертых, им может быть стыдно, и они винят в происходящем самих себя. В-пятых, они надеются, что человек изменится. В-шестых, они вспоминают самое начало отношений и верят, что хорошие времена вернутся. Я не знал, что из этого двигало моей мамой. Наверное, сразу несколько факторов. А может быть, даже все.

Я закрыл окошко и снова очистил историю поисковых запросов. Лег на кровать и уставился в потолок. Они сейчас сидят в ресторане, едят, пьют, смеются, как будто все прекрасно. Но я знал правду. Ничего у них не прекрасно. Маме нужно бежать от него. Просто необходимо.

Я разделся и залез под одеяло.

– С днем рождения, мам.

Не помню, во сколько они пришли, забыл посмотреть на часы, но вместо того, чтобы идти спать, мама сначала зашла ко мне в комнату и разбудила меня. Трях, трях, трях меня за плечо. Я струхнул, увидев склонившуюся надо мной маму. Подумал, он опять ее ударил. Но она была в сохранности, даже счастлива, и пахло от нее так же, как от ЖП, когда он приходил из паба.

– Что такое, мам?

Она улыбнулась так, что ЖП мог бы ей гордиться.

– У меня для тебя новости, Дэнни. Мы с Каллумом собираемся пожениться.