Мария проснулась и затаила дыхание. В это утро, как и во все остальные, страх пронзил ее в тот момент, когда она осознала, где находится. Уже начало светать. В окно она видела, что проглянуло солнце, в его лучах сверкал снег на ветвях сосен и на небольшом озерце неподалеку. Пейзаж напоминал сказку, которую когда-то читала ей мама. Но здесь не появится никто, кто мог бы спасти ее. Одна ее ступня высунулась из-под кучи одеял и пледов, и Мария почувствовала, что хижина уже снова промерзла. И еще тут странно пахло. Она сморщила нос. Будто краской.

Она посмотрела на спящего рядом с ней мужчину и сглотнула. Надо найти ключ от двери. При мысли, что ей нужно сделать, ее охватила паника. Если он снова ее поймает, то жутко рассвирепеет. Больше, чем когда-либо раньше. Быть может, он сделает ей по-настоящему больно.

Ее дыхание участилось и стало поверхностным, и она боялась, что его слышно по всей комнате. Нужно быть смелой ради мамы. На мгновение она представила, как зарывается головой в шерсть Зенны и все вокруг пропадает. Или что собака ждет ее на улице, запряженная в санки, на которые стоит только сесть. Зенна сильная. Он бы смогла везти ее до самого Анкориджа.

Медленно и осторожно Мария соскользнула с постели и натянула одежду. Сначала брюки, потом лиловую кофту из флиса. Она на мгновение крепко зажмурилась, чтобы не заплакать. Ее мучил голод, ужасно хотелось писать, но она не пойдет в туалет, потому что тогда шум может разбудить его. С этим придется подождать.

Вышла в гостиную и сильно вздрогнула. Он снял со стен фотографии природы и покрасил часть одной из стен в розовый. В углу был рисунок черным – большая незаконченная муха. У мухи было пока только одно крыло, но лапки с одной стороны такие огромные, что она различила волоски на них. Чарли нарисовал муху после того, как она легла спать. Мария поежилась, зубы во рту застучали. Что-то с ним явно не так. Как думаешь, я похож на муху? – спрашивал он.

В комнате царил беспорядок. После того как она легла в постель прошлым вечером, он сидел тут, пил и бормотал что-то себе под нос. Теперь стол заполнили пустые банки из-под пива, на полу и на стуле валялась грязная одежда. Но было и еще кое-что. По пьяни он забыл взять с собой ключи. Они лежали на столе, и она быстро схватила их.

Надела сапожки, куртку и шапку. Оглянулась в поисках варежек, но тут вспомнила, что потеряла одну из них на парковке у дороги. Давным-давно. Придется обойтись без них. В спальне все еще было тихо. Мгновение она постояла в нерешительности, но наконец медленно повернула ключ в замке и открыла дверь. От легкого посвиста холодного ветра, ворвавшегося в хижину, ее сердце чуть не остановилось. Она торопливо выскользнула на улицу и закрыла за собой дверь.

Все чувства мгновенно обострились, и она снова подумала о том, почему он не охранял ее более тщательно. Может, ему просто стало все равно. Или они находились очень далеко от людей? Вокруг стояла полная тишина, если не считать слабого шороха поземки и далекого крика какой-то птицы. Мороз пощипывал щеки и губы. Она обернулась назад, чтобы убедиться, что там нет Чарли, и бросилась бежать вдоль следов на снегу.

Ледяной воздух ворвался в легкие, и ее снова окатила волна страха. Какие звери могли быть в этой местности? Может, если бы она догадалась, где находится, это дало бы ей подсказку. Однажды, давно, учитель в школе рассказывал, какие животные водятся в разных областях Аляски. За исключением арктических животных, таких как, например, белый медведь, большинство зверей жили повсюду. Черные и бурые медведи, рыси, койоты. Залегли ли медведи в спячку или ждут первой настоящей пурги? Больше всего она боялась волков, которые охотились стаями и могли очень быстро разорвать жертву на клочки. У волков великолепный нюх, и они могут учуять ее на большом расстоянии.

Их учили, как реагировать, если им повстречается медведь. Хлопать в ладоши и петь, чтобы медведь понял, что перед ним человек. А когда лось, надо бежать. А если это волк, спросил один из старших учеников, что тогда делать? Учитель со скептическим выражением на лице посоветовал залезть на дерево. Но что, если поблизости не окажется деревьев или она не сможет взобраться на него? Здешние деревья слишком тонкие. Ветви не смогут выдержать ее вес, и она упадет прямо волкам в пасть.

Вскоре Мария поняла, что бежать тяжело. Хотя снег примяло там, где Чарли проехал на своей большой машине, она быстро устала. В боку закололо, мускулы одеревенели, спина взмокла от пота.

Уже через полкилометра ей пришлось замедлить темп, а потом перейти на шаг. Как далеко ведет эта дорога? Где она кончается? До сих пор она никого не встретила, даже птиц, и видела только деревья. Услышит ли она его машину, если он поедет за ней? Если он поведет машину медленно, успеет ли она спрятаться за деревьями?

На мгновение она представила, что родители никогда не переезжали на Аляску. Тогда ничего из этого не случилось бы. Но она не очень хорошо помнила Данию, и там не было гор, которые она любила.

Внезапно она оказалась на открытой местности. Колея шла дальше. Мария резко остановилась и замерла. Она будет слишком заметна в сиреневой куртке, если станет пересекать открытое пространство. Но у нее не было другого выхода. Вдруг она увидела то, от чего ее сердце подпрыгнуло в груди. Горы. Они высились впереди. Но какие именно? Мария бросилась дальше по колее, пытаясь узнать их по размеру и очертаниям. Она не знала, как далеко они с Чарли заехали. Эти горы не были похожи на горы Чугач. По крайней мере, на ту их часть, что подходила к Анкориджу. Раньше она часто гуляла в горах неподалеку от города: там было полно дорожек. С другой стороны, горная цепь тянулась примерно на четыреста километров в длину и почти на сто километров в ширину, и сейчас она могла находиться где угодно на этом отрезке. Судя по тому, как далеко они с Чарли могли заехать и насколько близко теперь оказались горы, можно предположить что это где-то к югу от Анкориджа. Она сглотнула слюну. Территория волков. Однажды она тайком посмотрела фильм о человеке, который потерпел крушение на самолете и которого под конец сожрали голодные волки.

Она почти добралась до ближайшего перелеска, когда услышала вдалеке голос, от которого кровь заледенела:

– Мария!

Крик застрял у нее в горле, и она обернулась назад, выглядывая Чарли. Но там никого не было. Ее взгляд заметался по открытому пространству.

Зов раздался снова:

– Мари-и-ия!

Казалось, он крикнул что-то еще, но расстояние было слишком велико, а снег приглушал звуки. Она мгновенно бросилась в сторону. Вправо. Побежала между деревьями. Между слишком тонкими деревьями с голыми ветками, которые росли слишком далеко друг от друга. Между пнями и толстыми корнями, торчащими из земли. Снег доходил ей до колен, и она тяжело дышала, пробираясь вперед и оглядываясь в поисках места, где можно было бы спрятаться. Наконец она нашла укрытие за корнями упавшего дерева, покрытого снегом. Села там, втянув ледяные кулачки в рукава, а сердце бешено колотилось в груди. Внезапно стало слишком тихо, и это было почти хуже, чем когда он звал ее. Потому что теперь она не знала, где он. Чарли мог подобраться совсем близко, прежде чем она это обнаружит. Он мог просто пойти по ее следам. Подкрасться к ней. Что он с ней сделает, если найдет? И почему он больше не зовет ее малышкой?

И тут она услышала шум. Издалека донесся рокот мотора. Его машина. Зубы снова застучали. Он ехал за ней.