Полина рисует жирафа. Дорисовав последнюю оранжевую ногу, зовет:

– Ма!

Но мама не слышит. Полина сползает со стула и с жирафом в руке идет искать маму. В ванной шумит вода. Полина приоткрывает дверь и видит, как мама бреет свои длинные, почти как у жирафа, ноги.

– Ты куда? – говорит Полина.

– К тете Наташе, – говорит мама.

Полине непонятно. Как-то летом тетя Наташа гостила у них на даче. И Полина видела ее ноги. Они были покрыты густым рыжим пухом. Но каждый раз, когда собирается к тете Наташе, мама запирается в ванной и долго бреет и ноги, и подмышки, и везде.

– Вот, – говорит Полина и показывает маме жирафа на бумаге.

– Очень красиво, – говорит мама. – Доченька, закрой, пожалуйста, дверь, холодом тянет.

– А ты скоро выйдешь?

– Скоро!

Полина закрывает дверь и идет рисовать. Рядом с большим жирафом она рисует маленького серого волка. Из ванной выходит мама. Полина слышит, как она пошла на кухню, и тоже бежит на кухню. Мама сидит за столом в полотенце на голове и набирает что-то в телефоне.

– Смотри! Я нарисовала волка! – Полина показывает маме рисунок.

– Очень хорошо, – говорит мама и смотрит мимо рисунка.

Полина ждет, что мама спросит, почему он такой маленький, но мама ничего не спрашивает. Она читает сообщения в телефоне, и лицо ее меняется.

– Смотри! – Полина снова показывает волка.

– Полиночка, подожди, мне позвонить надо, – говорит мама и уходит в другую комнату.

Полина садится за стол и опускает палец в сахарницу. Мелкие сладкие песчинки налипают на палец. Мама запрещает ей так делать.

– Почему ты заранее не предупредил? – говорит мама в соседней комнате. – Хотел, чтоб я как собачка весь день ждала?

У тети Наташи есть собачка. Старая белая болонка. Полина приносит белый карандаш и рисует рядом с волком белую собаку. И желтый след вокруг попы. Видно только желтый след и черные глаза. Саму собаку не видно на белом листе. Возвращается как будто заплаканная мама. Она рассеянно смотрит на лист бумаги.

– Это собачка, – говорит Полина, показывая на желтое пятно, и смеется.

Мама не смеется. Ее лицо делается злым.

– Ты что, подслушиваешь, что я говорю? – спрашивает она Полину.

– Да, – честно говорит Полина. – Я подслушиваю тебя.

И Полина тянет к маме полные ручки, потому что сказала нежное. «Подслушиваю тебя» – это как «люблю тебя», только нежнее, потому что с шш. Но мама отводит от себя Полинины ручки и, с отвращением глядя на рисунок, говорит:

– Господи, как вы все мне надоели!

Полине делается смешно, что жираф, волк и собака тети Наташи надоели маме. И она говорит им:

– И вы мне, госди, надоели!

И замахивается карандашом на жирафа. Ища одобрения, она смотрит на маму. Но мама выходит из кухни, и тут у нее снова звонит телефон. И она отвечает очень быстро, почти сразу говорит дрожащим голосом:

– Алло, алло. Да… И ты меня прости… Я попробую. Сейчас посушу голову и выхожу. Там же? Хорошо, бегу!

Полина слышит, как загудел фен. Как заметались по комнате мамины жирафьи ноги. Задвигались ящики комода. Ей вдруг делается обидно. Она не хочет идти в комнату, а садится на стул и смотрит в окно.

– Полина, иди, я тебе мультики поставлю! – кричит мама из комнаты другим, веселым голосом.

Полина не отвечает. Голубь смотрит на нее с подоконника с той стороны окна. Полина смотрит на голубя. Голубь злой.

В дверях появляется мама в зеленом платье. Ее цвет. Так сказал папа. Мама подходит к Полине и обнимает ее.

– Маленький мой, не дуйся. Я тебе мультики поставила. А скоро и папа придет.

– А почему теть Наташа никогда к нам не приходит? – говорит Полина.

– Ей ехать далеко, – говорит мама.

– Пусть ее папа привезет.

– Он ее не очень любит, ты же знаешь.

– А ты очень, да? – говорит Полина и смотрит на маму.

– Я тебя сегодня не узнаю, – говорит мама. – Пойдем, я тебе «Трям! Здравствуйте!» поставила. Помнишь, как ты маленькая совсем просила мультик «Про страсти», а мы с папой не могли понять?

Она смеется. И ведет Полину за ручку в комнату. Пока ежик идет к медвежонку, мама одевается в прихожей и щелкает замком. Полина любит стоять в коридоре и смотреть, как она уходит. Но маму это почему-то раздражает.

Полина слышит, что лифт уехал, и подбегает к окну. Она видит, как мама в коричневой шубе, похожая на медвежонка, быстро бежит к машине по снегу. Она открывает дверцу, аккуратно стучит ногами друг о друга, отряхивая снег с сапог, захлопывает дверцу и уезжает.

Полина садится смотреть мультик. Там медвежонок наглотался снежинок и заболел. И ежик за ним ухаживает. Долго-долго, целую длинную зиму. И Полине кажется, что и она будет сидеть и ждать папу долго-долго. И ей становится страшно и зло. И хочется, чтоб медвежонок умер. Хотя бы один раз. Но медвежонок опять поправляется.

Она идет на кухню и запускает всю пятерню в сахарницу. Потом берет со стола свой рисунок и красным карандашом рисует струи крови на шее жирафа. Потому что на него напал волк. И на собачку тети Наташи, которой не видно, тоже напал волк. И она зарисовывает собачку красным, отчего ее становится видно. Подумав, Полина зарисовывает и волка красным, как будто и на него тоже кто-то напал. Кончик карандаша стал широким, а линии сделались жирными. Чтобы было еще страшнее, Полина слюнявит карандаш. Теперь получается настоящая кровь. Как в поликлинике, когда брали из пальца.

– Как же вы мне надоели, госди. Как же вы мне надоели, – бормочет Полина, шевеля красными от карандашного графита губами, и мажет, мажет всех красной карандашной кровью.

Ключ в замке поворачивается. Папа пришел.