Хилдрет встаёт. Белый плащ соскальзывает с его плеч и падает на трон.

– Что происходит? Почему ты остановилась?

Тётя Гера поворачивается к Хилдрету.

Раздаётся раскат грома.

Хилдрет спускается, зажав в руке Грозовой камень.

– Как это возможно? Вы лишили меня одной из подданных! Но это не имеет значения, вы всё равно умрёте. – Помолчав, он зовёт: – Где мои воины?

На миг всё замирает, но потом из рядов стоящих выходят шестеро Воронов. Все они в чёрных доспехах и с мечами. Клювы на шлемах опущены, словно Вороны уставились в пол.

Хилдрет указывает на нас своим белым пальцем:

– Уничтожьте их!

Вороны шагают в нашу сторону.

У меня в горле встает ком рыданий. Мы спасли тётю Геру, но какая теперь разница. Мы так и не нашли маму. И я никогда больше не увижу ни её, ни папу. Я достаю мамин блокнот и крепко прижимаю его к себе.

Вороны приближаются, сердце раскалывается на части.

Меч тёти Геры падает на плиты. Она обнимает нас с Магдой.

Мама Магды что-то кричит Хилдрету, но я не слышу её. Вспоминается день, когда мы с мамой, папой и тётей Герой на борту «Зимородка» любовались закатом – багровое солнце опускалось в реку, словно корзина с рубиновым огнём. Потом воспоминание меркнет. Где бы сейчас ни были мама с папой, сердцем я вместе с ними.

Прощайте. Спасибо за чудесные воспоминания…

Магда берёт меня за руку.

– Мы так и не испеки и пирог с ягодами… – говорит она.

Вороны подходят ближе и заносят мечи. Мы с Магдой вздрагиваем. Тётя Гера обнимает нас крепче и шепчет:

– Пожалуйста, пусть всё произойдет быстро.

На душе тягостно, но страха нет, весь его вытеснила печаль. Вдруг что-то заставляет меня оглядеть Зал совещаний.

Мой взгляд падает на одну ведьму. Она снимает шлем с клювом – показываются огненно-рыжие волосы – и крепче сжимает в руке метлу.

Невозможно поверить.

Это мама!

Сердце рвётся на части.

Она здесь, а всё остальное не имеет значения.

Мама медленно подбирается к Хилдрету. Точно так же она подкрадывалась к пугливым птицам на Западном лугу, чтобы рассмотреть их получше.

Она ударяет метлой по руке Хилдрета…

Грозовой камень падает на пол…

Мама нагибается и хватает его…

Потом кричит:

– Уилл, лови! – И бросает мне, словно мы снова играем в мяч на Западном лугу.

Хилдрет испускает вопль, когда Грозовой камень летит через весь зал.

Я отодвигаю руку тёти Геры. Сосредотачиваюсь. Сердце подпрыгивает к горлу. Если я не поймаю камень и он расколется, Небесный город пропал и все его жители так и останутся заколдованы.

Такой конец недопустим.

Всё как будто замедляется. Грозовой камень летит, словно алая с серебристым комета сквозь вязкий воздух.

В мою руку падает что-то холодное и тяжёлое.

Лишь спустя мгновение я осознаю, что поймал камень. Я чувствую невероятное облегчение. И отдаю рубин Магде.

– Я не могу использовать его силу! – возражает она. – Надо было бросить его маме!

– Ты можешь, – твёрдо говорю я.

– Конечно, можешь! – вторит мне тётя Гера.

– Твои друзья правы! – кричит Главная ведьма. – У тебя нет опыта, и тем не менее ты умеешь пользоваться камнем. Мы верим в тебя. Вместе мы сильнее.

Вороны уже в пяти футах от нас. В четырёх. Их мечи готовы обрушиться на наши головы.

– На этот раз никакая песня вас не выручит! – усмехается Хилдрет. – Ты слабая. И никогда не сможешь подчинить себе силу камня.

– Магда, – говорю я, – сосредоточься на камне. Ни о чём другом не думай…

Она закрывает глаза. Стоит спокойно и неподвижно, словно находится в самом сердце бури.

Сосредоточься и забудь обо всём остальном. Сосредоточься и забудь обо всём остальном.

Я мысленно повторяю эти слова, словно своё собственное заклинание.

По полу между нами и Воронами проносится ветер. Появляется маленькая туча.

– Продолжай, – шепчу я. – У тебя получается.

Туча растёт, появляются густая грива и тело. Затем из бушующих клубов свиваются мощные лапы.

У меня колотится сердце. Грозовой лев становится всё больше, и вот наконец он стоит в полный рост.

– Валиан, защити нас от этих ведьм, но не причиняй им вреда. – Голос у Магды, как сталь. – Они заколдованы, это Хилдрет наложил на них заклятие. Ты ведь помнишь его, правда? Он хотел убить людей. Это противоречит Закону ведьм.

Р-Р-Р-Р-РР!

Рык грозового льва страшен, в нём неслыханная мощь. Он отдаётся даже в моих костях.

Валиан сбивает с ног Воронов – с такой лёгкостью, словно это кегли. Он прыгает к трону Хилдрета и опрокидывает колдуна. Ставит свою огромную серую лапу ему на грудь и смотрит на Магду, ища одобрения.

Магда улыбается.

– Спасибо, Валиан, – говорит она. – У нас получилось!

К нам идёт мама.

Я бегу к ней через зал. Меня накрывает волна радости.

Мы смеёмся, плачем и обнимаемся. Мы будто в невесомости. Я утыкаюсь лицом в мамин плащ и прижимаюсь к ней, словно она – единственное, что есть на целом свете. Я слышу, как бьётся её сердце. Это первый звук, который я услышал в этом мире.

– Я нашёл тебя, – шепчу я, вытирая слезы.

– Я знала, что ты справишься, – отвечает мама.