Со стоном изнеможения Бекки отодвинула клавиатуру и вытянула руки над головой. Все, пора домой. День выдался тяжелый. Как Бекки ни старалась, ей никак не удавалось найти связь между фактами, выясненными за последние четырнадцать часов. Наверное, надо хорошенько выспаться. На ясную голову соображается лучше. Бекки сложила бумаги в стопку, достала сумку из нижнего ящика стола, и тут зазвонил мобильный телефон.

– Вот черт, – пробормотала Бекки. – Ни минуты покоя.

Она решила посмотреть, кто звонит. Если ничего важного, отвечать не станет. Но нет, Тома игнорировать нельзя. Слушая его рассказ, Бекки чувствовала, как усталость исчезает без следа. Том выяснил личность женщины, отдыхавшей в пансионе. Неужели наметился долгожданный прорыв? Бекки считала себя атеисткой, но тут принялась молиться Богу, чтобы это было так.

Софи Дункан.

Бекки ни разу не слышала об этой женщине, но, если она армейский офицер, узнать адрес будет проще простого. В отличие от остальных Ник до сих пор не ушел и всячески старался быть полезным. Но, в отличие от некоторых своих коллег, Ник был полон честолюбивых стремлений и не испытывал разочарования по поводу выбора профессии. Записав адрес Софи, Бекки подозвала Ника – ей не терпелось поделиться новостями.

– Вполне возможно, что эта женщина знает ответы на все наши вопросы. Инспектор Дуглас обещал подъехать, если понадобится, но думаю, пока обойдемся без него. Посмотрим, что скажет капитан Дункан, и потом уже решим, вызывать начальство или нет. Согласен?

Ник пришел в полный восторг. Должно быть, бедняге тоже нечем заняться в воскресенье вечером – совсем как Бекки. Взяв ключи и выйдя из душного помещения, Бекки в первый раз сообразила – с тех пор как она переехала из Лондона в Манчестер, ходит только на работу и обратно. Если не считать празднования по поводу успешного раскрытия дела об изнасилованиях. Неужели это было всего пару дней назад? Бекки решила, что при первой же возможности исправит ситуацию и снова начнет жить активной жизнью.

– Готов? – окликнула Бекки Ника. Тот поспешно собирал вещи.

Пока они ехали в машине, Бекки обдумывала, какие вопросы задаст Софи Дункан.

– Прежде всего надо узнать, зачем она выдавала себя за Оливию Брукс. А потом попытаемся выяснить, знает ли Софи Дункан, где сейчас Оливия. И вот еще важный момент – что за мужчина приезжал в пансион? Возможно, это просто бойфренд Софи, который никакого отношения к делу не имеет. Но следует выяснить наверняка. Ты будешь записывать, Ник, но сам с ней не разговаривай. Если забуду о чем-то спросить, потихоньку отведи меня в сторону и напомни. Я вполне могу сделать это нарочно, так что лишний раз не вмешивайся, понял?

Ник резко, отрывисто кивнул – раз двадцать, не меньше.

– Будет сделано, мэм, – произнес он.

Да, энтузиазм из мальчишки так и прет.

Когда они наконец доехали до дома Софи Дункан, Бекки с досадой заметила, что свет в окнах не горит. Еще не совсем стемнело, однако в такое время суток люди обычно включают хотя бы лампы. Может, Софи живет в задней части дома. Рядом стояли две машины. Хороший знак.

Бекки нарочно припарковалась напротив ворот. Что, если Софи попытается сбежать? Роберта уже упустили. Больше Бекки такой ошибки не допустит. Она достала удостоверение, чтобы в случае необходимости было наготове, и зашагала по дорожке. Ник устремился следом, глядя по сторонам так, будто в первый раз очутился в пригороде. Бекки три раза резко постучала в дверь. Никакой реакции. Попробовала позвонить. Звонок был исправен, однако открывать хозяева не спешили.

Бекки заглянула внутрь через проделанную в двери щель для писем и осмотрела коридор. Никого не было. У подножия лестницы Бекки заметила лифт для инвалидов. Значит, тот, кто пользовался им в последний раз, должен быть внизу. Неужели Софи пострадала настолько серьезно?

– Ник, проверь черный ход. Только осторожно, не пугай хозяев.

Ник скрылся в темноте, а Бекки продолжала колотить в дверь. Вдруг в тишине раздался топот бегущих ног. Констебль спешил к ней.

– Мэм, надо попасть внутрь, и поскорее, – доложил Ник и, не дожидаясь ответа, высадил дверь ногой в ботинке сорок пятого размера, выбив йельский замок. Ник ворвался в дом, Бекки поспешила за ним. Констебль пинком открыл дверь в гостиную и опустился на колени рядом с лежавшей на полу молодой женщиной.

Привязанная к столу за руки и за ноги, она явно пыталась освободиться, но лишь опрокинула стул, чудом не ударившись головой о металлическую решетку камина. На брюках виднелась запекшаяся кровь. Бекки решила, что женщина мертва, но тут Ник принялся нащупывать у нее пульс, и темные глаза резко распахнулись.

– Долго же вас дожидаться пришлось. Развязывайте быстрее эти чертовы веревки. Что с мамой?

Бекки оглядела гостиную, но в комнате никого больше не было.

– Она наверху, сама спуститься не может. Если этот подонок что-то ей сделал…

Но Бекки не стала дослушивать угрозы до конца и побежала к лестнице. Наверху она разглядела в темноте силуэт лежащего человека. Бекки кинулась наверх, перепрыгивая через ступеньки и, упав на колени, протянула руку, дотрагиваясь до шеи пожилой женщины, распростертой на ковре. От прикосновения та вздрогнула и отпрянула.

– Не трогай меня, гад, – произнесла она, едва шевеля сухими, потрескавшимися губами. Бекки вытащила из заднего кармана мобильный телефон и, набирая номер, ласково заговорила с женщиной:

– Успокойтесь, все хорошо. Меня зовут Бекки. Я офицер полиции. Теперь вы в безопасности. Сейчас вызову скорую помощь.

Понизив голос, Бекки объяснила, что произошло, и отсоединилась. Потом стала осторожно гладить женщину по щеке. Рассудив, что сдвигать пострадавшую с места может быть рискованно, Бекки взяла висевшее на балюстраде пальто и с величайшей осторожностью медленно опустила женщине на плечи, хотя той, кажется, было не холодно.

– Скажите, пожалуйста, как вас зовут? – вежливо спросила Бекки.

– Где Софи? Что этот мерзавец сделал с моей дочерью?

В этот момент снизу раздался крик:

– Мама! Мама, ты как?

Бекки обернулась на звук быстрых, но неуверенных шагов. Прихрамывая, Софи ковыляла к лестнице. Время от времени падала, но тут же снова поднималась и на непослушных ногах упорно продолжала путь. Ник пытался ее поддерживать.

– Из-за этих хреновых веревок никак кровообращение не восстановится. Уф, больно… Мама, что с тобой?

– Все нормально, Софи, – ответила Бекки. – Я позвонила в скорую помощь. Ник, принеси, пожалуйста, воды. Для них обеих.

– Софи, деточка, иди сюда, – произнес слабый голос рядом с Бекки. Та подвинулась, освобождая место для Софи, когда та вскарабкается вверх по лестнице. Бекки видела, сколько крови на брюках у Софи, и поражалась, как она вообще может передвигаться.

– Ой, Софи… что он с тобой сделал? – с трудом выговорила ее мама.

– Ничего особенного. И вообще, меня так просто не одолеть, ты же знаешь. Этому психу такое не по силам, – с искренней злобой выпалила Софи. – А ты как здесь оказалась? Лежала бы в кровати…

– Шла к тебе. Хотела съехать с лестницы, как с горки, но, когда садилась, упала. Так за тебя боялась, но встать не могла. Прости, дочка.

Бекки видела, что Софи трудно говорить.

– Если кто-то и виноват, мама, то уж точно не ты.

Софи нежно погладила мать по щеке.

– А теперь расскажите, кто на вас напал, Софи, – вмешалась Бекки. – И почему.

– С превеликим удовольствием. Напал на нас чокнутый тип по имени Роберт Брукс, и он за это поплатится. Причинить вред мне – одно дело. А вот издеваться над Лив – совсем другое. Не говоря уже о маме. Ну нет, это ему с рук не сойдет. И не смотрите на меня так. Вот сами вы что бы сделали, если бы такое случилось с вашими мамой и лучшей подругой?

* * *

Когда Том приехал в больницу, он застал Бекки сидящей на жестком пластиковом стуле. Она откинулась на спинку и прислонилась затылком к стене. Вид у Бекки был совершенно измученный, однако в ближайшее время об отдыхе даже мечтать не приходилось. Заметив, что Бекки дремлет, Том решил не будить ее сразу – вместо этого направился к автомату, чтобы купить две банки кока-колы. Обычно он данный напиток не употреблял, но сейчас доза кофеина просто необходима, а кофе в таких местах – настоящая отрава. Вдобавок пить его приходится из пластиковых стаканов, которые нагреваются так, что в руках не удержишь. Том поставил одну из банок на стул рядом с Бекки, а сам сел с другой стороны и с хлопком открыл напиток. Бекки, вздрогнув, выпрямилась и повернулась к Тому.

– Это тебе, – сказал он, указывая на вторую банку.

– Спасибо. Будем надеяться, хоть немного проснусь. – Бекки помолчала. – Мог бы и не приезжать. У меня все под контролем.

Том медленно покачал головой:

– Я вовсе не думаю, будто ты сама не справишься. Просто дело очень серьезное – пропали трое детей. И вообще, одна голова хорошо, а две лучше. Согласна?

– Пожалуй, – тихо произнесла Софи.

– Ну что, как продвигаются дела с мисс Дункан?

– Пока никак. Софи отказывается отходить от матери, пока ту не осмотрят, а потом врач займется ее ногой. Похоже, Роберт нанес серьезный ущерб. Кажется, в ногу ее ранило давно, во время взрыва, но рана никак не заживала, поэтому Софи пришлось сделать несколько операций, после которых она еще не совсем оправилась. И наш приятель Брукс этим воспользовался, хотя Софи наверняка старалась не выдавать своего состояния. Она вообще крепкий орешек, сразу видно…

– Узнала что-нибудь полезное?

– Нет. Если не считать того факта, что в дом к ним проник не кто иной, как Роберт Брукс. Слышал бы ты, какими словами Софи его обзывала. Впрочем, ничего удивительного. Хотела спросить, почему он на них напал, но тут подоспел врач и прогнал меня. Если хочешь знать мое мнение, это уже не игрушки, Том. Брукс настроен совершенно серьезно. Я уже говорила, что он способен на убийство…

Том откинулся на спинку стула и потер лицо руками. Вот так история… Надо было взять Роберта под стражу, пока никуда не делся. Все, что случилось, – вина полиции. Впрочем, у них все равно на него ничего не было, и самый никудышный адвокат вытащил бы Брукса на свободу за пять минут. И все же Том чувствовал себя виноватым из-за того, что не смог предотвратить нападение на Софи Дункан и ее мать.

Том бросил взгляд на часы. Ему совсем не нравилось сидеть без дела. Надо заняться чем-то полезным, но для начала следует побеседовать с Софи Дункан. Давно пора.

– Скоро она освободится? – уточнил Том.

– Наверное. Перед тем как ты пришел, из кабинета выглянул доктор и сказал, что Софи уже накладывают швы.

Краем глаза Том заметил в пустом коридоре какое-то движение. К ним направлялся врач. Напротив Бекки он остановился.

– Инспектор Робинсон, теперь можете поговорить с капитаном Дункан. Вообще-то ей уже можно ехать домой, но мы позволили ей остаться, пока вы не зададите все необходимые вопросы. А миссис Дункан придется остаться на ночь. У нее повышенное давление, и мы беспокоимся, что возвращение домой может разволновать ее еще сильнее – она ведь до сих пор побаивается. Ну вот, ситуацию изложил. Капитан Дункан – на кровати за занавеской в дальнем конце палаты. Да, сильная женщина, ничего не скажешь. – Доктор улыбнулся. Лицо его выражало уважение, граничащее с благоговением. – Не завидую парню, который на нее напал.

Бекки и Том направились в палату и, раздвинув занавески, заглянули внутрь.

– Софи, это старший инспектор Дуглас. Он с первого дня принимает участие в расследовании обстоятельств исчезновения Оливии Брукс.

Поморщившись от боли, Софи приподнялась на кровати.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Том.

– Отлично! Разве не видно? Так что вы хотели спросить?

– Расскажите, каким образом Роберт Брукс попал в ваш дом и что происходило потом.

Том подозревал, что Бекки хотя бы частично знает ответы на эти вопросы, но лучше выслушать всю историю с самого начала.

– Как попал, не видела – меня дома не было. Наверное, просто через дверь зашел. Она была заперта на один замок. Должно быть, всунул кредитку и открыл. Потом поднялся наверх и угрожал моей матери швейцарским армейским ножом. До полусмерти ее напугал. Но вообще-то ему была нужна я.

Софи молчала, но губы были плотно сжаты, а подбородок упрямо выпячен. Похоже, Софи крепко стиснула зубы. Пальцы вцепились в край голубого вафельного одеяла на больничной койке. Если бы можно было кипеть от гнева в буквальном смысле слова, от Софи давно бы уже клубами валил пар.

– Слушайте, – выдавила она, почти не разжимая губ. – Очень хреново себя чувствую. Пришли вопросы задавать – не тяните, спрашивайте.

– Хорошо, Софи, – примирительно произнес Том. – Мы только уточним пару моментов и сразу уедем. А завтра встретимся еще раз и обсудим остальное. Договорились?

Софи кивнула и, чуть расслабившись, откинулась на подушку.

– Самое главное, что мы должны узнать, – где Оливия Брукс и дети?

– Вот черт. Так и знала, что первым делом об этом спросите. Не знаю. Понятия не имею. Даже приблизительно. Честное слово. Сама беспокоюсь, с ума схожу…

Том заметил в ее взгляде искреннюю тревогу и понял, что Софи говорит правду.

– После того как Роберт напал на вас, он скрылся в неизвестном направлении. Нам известно, что он лгал насчет того, когда в последний раз общался с женой. Как думаете, Роберт мог причинить вред ей или детям?

Софи опустила взгляд на собственную ногу и прижала ладони к верхней части бедра.

– Сами видите, на что он способен. Ну и зачем спрашивать?

Софи повернула голову в сторону Тома.

– Есть один человек, который, наверное, получше меня знает, где Лив. Разыщите Дэна и спросите, выходила она с ним на связь или нет, – посоветовала Софи. – Сто раз пыталась дозвониться, а он к телефону не подходит.

– Дэна? – переспросил Том, хотя сразу понял, кого имела в виду Софи.

– Дануша Джахандера. Того самого, который сбежал от Лив много лет назад. Так вот, теперь он снова объявился и хочет наладить отношения. Но Лив при одной мысли трястись начинала – боялась, что сделает Роберт, если узнает.

Том и Бекки переглянулись. Несмотря на состояние Софи, отложить такое дело до завтра попросту невозможно. Том вспомнил самодовольное выражение лица Роберта, когда разговор зашел о Джахандере. Брукс даже рассмеялся. Все он знал, подумал Том. Если так, то чем это грозит Оливии? Однако ход мысли прервал не вовремя завибрировавший телефон. Взглянув на дисплей, Том решил, что надо ответить.

– Извините, Софи. Очень важный звонок.

Том отошел от кровати.

– Да, Джумбо? Какие новости?

В трубке зарокотал знакомый низкий голос:

– Большие, мой друг, а главное – неожиданные. Помнишь кровь в доме Бруксов? Только ради тебя потянул за все ниточки и оказал кое-кому несколько услуг. Между прочим, результаты срочного анализа обычно готовы только через двое суток, но я же вижу, как ты переживаешь за Оливию Брукс и детей. Поэтому работу проделали ускоренными темпами, и тут нас ждал, если можно так выразиться, сюрприз.

Том молча ждал.

– Учитывая высоту, на которой обнаружили брызги крови, мы практически уверены, что жертва – взрослый человек. Хотя, конечно, еще будем проверять. Мы все думали, что это кровь Оливии Брукс. Тут-то мы и ошиблись. Это вообще не женская кровь. Она принадлежит неизвестному мужчине.

У Тома по спине пробежал холодок. Он уже бесчисленное множество раз испытывал это ощущение, но даже за долгие годы не сумел к нему привыкнуть.