Весь день Чарэма не находил себе покоя. Встреча с Акрыновым, уехавшим обратно в родной пауль, растревожила его.

Когда Чарэма сказал: «Брошу рудник. Уйду отсюда, на стойбище», — он совсем не ощущал осуждения со стороны Акрынова.

«Дурак, парень!.. Нельзя работу бросать. Уй, нехорошо! Почет потеряешь — все потеряешь!» — Эти слова приходят в голову каждый раз, когда Чарэма вспомнит о стойбище.

Он понимает, что Акрынов прав, но тревога о больной матери, тоска по родному стойбищу давят сердце. Хочется уехать туда, к родным юртам, к оленям, к простору… Конечно, будет стыдно перед товарищами, с которыми вместе жил и работал, перед другом отца — Поликарпом, перед Анютой…

Но ведь он не насовсем уедет отсюда, он вернется. Он только побудет на стойбище, пока мать больна, может быть, отец простит его… А потом он снова вернется на рудник: работать в бригаде, учиться в вечерней школе, дружить с товарищами по общежитию, продолжать ту новую жизнь, которая захватила его целиком, которая удерживает его на руднике и которую он боится потерять навсегда.

Встреча же с врачом Натальей Беловой, сообщившей ему, что на стойбище не была и что ничего опасного в том, что мать болеет, нет, вызвала в Чарэме много тревожных мыслей.

«Подбодрить меня хотела… А вдруг мама умрет? Не будет тогда мне прощения. Отец совсем проклянет меня, и родичи откажутся от меня… Уеду на стойбище сегодня, сейчас, пока не поздно!»

Чарэма решил покинуть рудник вечером после работы.

Весь день Чарэма хмурый был. Сегодня закончил проводку линии в новом забое, подключил ток. Чарэма плохо работал, бригадир недоволен был. Всегда все довольны Чарэмой. Он не хуже других понимает и любит свою работу. И всегда его портрет висел на Доске почета — третий слева, а сегодня сняли портрет.

Анюта тоже недовольна. Печальная. Молчала. С Анютой дружба кончается… Он сказал ей о своем решении бросить рудник.

— Ехать надо… Там хорошо, вольно… Олени там… тундра.

Анюта разозлилась и сказала:

— Эх, ты… Значит, не попадешь в бригаду электростроителей? Свет в пауль проводить будем не вместе? — и, погрустнев, спросила: — Совсем уезжаешь?

Чарэма промолчал. Она обиделась и ушла на танцы в общежитие и не позвала его с собой.

Чарэма не хотел уезжать, оставив Анюту обиженной, и пошел за ней. Там она совсем не смотрела на него и танцевала весь вечер с другим парнем, смеялась и пела. Чарэма стоял в стороне. С Анютой дружба кончается… Видел, как парень ее провожал.

«Пусть… я ей не пара. На стойбище много девушек-манси — красивых, горячих, родных…»

А сейчас он идет к Селиванову, большому начальнику, на большой разговор.