Одной из грустных особенностей привлечения работников к уголовной ответственности за компьютерные преступления является наказание за неправомерный доступ к информации к лицам, которые такой доступ фактически не имели.

То есть, сам обвиняемый не осуществлял доступа к информационной системе, он всего лишь передавал данные, в том числе на бумажных носителях, оператору автоматизированного рабочего места, который уже и вводил полученную недостоверную информацию в информационную систему.

Таким образом, внеся недостоверные данные, в том числе ошибочные, в различные бумажные журналы учета показаний, посещений и т.д., можно оказаться на скамье подсудимых с обвинением аналогичным хакерским — за совершение компьютерного преступления путем рукописной записи на бумаге.

«Доводы Э. о его невиновности по ч. 4 ст. 274.1 УК РФ и об отсутствии в его действиях состава преступления, поскольку он якобы не является субъектом преступления, так как не имел доступа к объекту критической информационной инфраструктуры, не модифицировал и не вносил изменения в информационный ресурс, какими-либо специальными техническими познаниями не обладал, вредоносные компьютерные программы не создавал, не знал, что регистр.. относится к критической информационной инфраструктуре, — явились предметом проверки в судах первой, апелляционной инстанций, признаны недостоверными и расценены как способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное. Поскольку они противоречат совокупности доказательств, представленных стороной обвинения, исследованными в судебном заседании.

Также суд установил, что Э. хотя и не имел прямого доступа к охраняемой компьютерной информации, его противоправные действия, в соответствии с распределением ролей, заключались в совершении согласованных действий, выражавшихся в предоставлении и передаче ФИО11 сведений… Сама свидетель ФИО11 без участия Э. не могла вносить недостоверные сведения в информационный ресурс, поскольку у нее отсутствовали необходимые сведения… При этом без свидетеля ФИО11, М.Д.Э. также был лишен возможности достичь своей преступной цели.

Суд признал, что действия Э. находятся в причинной связи между неправомерным доступом в ЕГИСЗ (доступ к которому М. Д. Э. получил через ФИО11), внесением в него заведомо ложных сведений и наступлением вредных последствий.»

(Определение от 29.11.2024 г. №77—3804/2024)

Аналогично с обратными примерами, когда работник неправомерно получает информацию на бумажном носителе

«Судом установлено, что С. из корыстной заинтересованности, не имея самостоятельного доступа и допуска к ФИС ГИБДД-M, с целью получения информации в отношении собственника транспортного средства обратился посредством мобильной связи к своему знакомому ФИО6,.

На просьбу С. ФИО6, используя свое служебное положение, в отсутствие законных оснований и служебной необходимости осуществил вход в ФИС ГИБДД-M, где установил сведения о собственнике транспортного средства — ФИО9, которые затем устно сообщил С.

Продолжая реализацию своего преступного умысла, С., получив охраняемые законом персональные данные ФИО9 из ФИС ГИБДД-M, из корыстных побуждений, осуществил копирование охраняемой законом компьютерной информации в отношении ФИО9 путем записи их на листе бумаги, который ДД. ММ. ГГГГ передал ФИО20.»

(Кассационное постановление от 20.03.2025 по делу №77—672/2025)

Переписал информацию с экрана компьютера на бумагу — неправомерное копирование компьютерной информации.

«Суд утверждает, что, получив охраняемые законом персональные данные ФИО2 из ФИС ГИБДД-М от ФИО10, ФИО1 осуществил копирование охраняемой законом компьютерной информации в отношении ФИО2, путем записи их на листе бумаги.

Но судом оставлено без внимания, что запись на листе бумаги не может являться копированием, следовательно, в действиях ФИО1 отсутствует событие преступления….

Также суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами жалобы осужденного о том, что информация, переданная ФИО1 ФИО11О., указанная на листах бумаги не может считаться копированием компьютерной информации, поскольку она написана от руки.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД. ММ. ГГГГ № «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть „Интернет“ применительно к статье 272 УК РФ неправомерным доступом к компьютерной информации является получение или использование такой информации без согласия обладателя информации лицом, не наделенным необходимыми для этого полномочиями, либо в нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка независимо от формы такого доступа (путем проникновения к источнику хранения информации в компьютерном устройстве, принадлежащем другому лицу, непосредственно либо путем удаленного доступа).»

(Постановление от 03.07.2024 №22—401/2024)