Хотя свидетельства появления астрологии в Риме относятся еще к III веку до н. э., на тот момент она еще не приобрела у римлян серьезного веса и оставалась неизученной как минимум до подчинения Греции в 146 году до н. э. Это событие повлекло за собой масштабную эллинизацию римской культуры в связи с участившимися контактами с Востоком, его мыслителями, деятелями искусства, философами и астрологами.

С I века до н. э. благодаря многочисленным завоеваниям римская цивилизация начала превращаться в невероятную смесь наук и культур, столкновение которых только способствовало их развитию. Как известно, влияние Востока и Греции на Рим достигло пика в эпоху правления Цезаря и Октавиана Августа, между I веком до н. э. и I веком н. э.

Многие ревностные блюстители этики древнего и республиканского Рима, такие как Катон[24], с пренебрежением и осуждением относились к быстро распространявшейся моде на гороскопы. По словам великого политика, ситуация становилась невыносимой: римляне обращались за предсказаниями и гороскопами по самым мелочным вопросам. И, что еще хуже, становились зависимыми от мнения астрологов, едва ли не попадая к ним в рабство.

Усугубляло положение растущее число самозванцев – магов и гадалок, которые, ничего не смысля в астрологии, пользовались ситуацией, чтобы обмануть бедный народ и нажиться. Дошло до того, что в 139 году до н. э. было принято радикальное решение – выслать всех астрологов прочь из Рима.

В эпоху Республики (509–27 годы до н. э.) и позже, в период Империи, подобные меры будут приниматься неоднократно. В попытках побороть беспредел будет издано как минимум 15 указов, которые, в сущности, не окажут особого эффекта. За короткое время наука о звездах успела стать народным достоянием римлян, причем чаще всего к ней обращались не по вопросам политики, а по личным и семейным мотивам. Мало кто из ученых занимался астрологией во имя ее изначальной цели – общественного блага. Только с конца I века до н. э. в Риме стали появляться серьезные астрологические труды, например сочинения философа и астролога родосской школы Посидония из Апамеи. Его философско-астрологическое учение, исходившее из концепций стоицизма, породило соответствующую культурную полемику и в Риме.

Посидоний родился около 135 года до н. э., а умер в 50 году до н. э. Ему было около 35 лет, когда в Риме родился Гай Юлий Цезарь, представитель одного из самых влиятельных родов той эпохи. Римская культура, в которой рос Цезарь, все сильнее ощущала на себе влияние Греции, где, как мы могли заметить, продолжал набирать обороты интерес к астрологии. К тому моменту Марк Манилий уже написал поэму «Астрономика», а Варрон много лет как состоял на службе у Гнея Помпея Великого, который в будущем станет злейшим врагом Цезаря. Римский писатель и юрист Авл Геллий рассказывает о жреце Корнелии, которому во время пребывания в Падуе явились в видении войска Цезаря и Помпея, готовившиеся к сражению. Ему удалось не только предсказать противостояние двух великих командующих, но и угадать исход битвы[25]. У Данте в «Божественной комедии»[26] войну Помпея и Цезаря и победу последнего предсказывает этрусский провидец Арунт, упоминаемый и Луканом в поэме «Фарсалия»[27] (Pharsalia).

Цезарь, которому было суждено стать одним из величайших полководцев Рима, прославился не только как талантливый военачальник, но и как интеллектуал и выдающийся почитатель небесной науки. Многие древние источники приписывают ему трактат по астрологии и астрономии «О светилах» (De Astris), к сожалению, ныне утерянный. Безусловно, было бы интересно узнать, существовала ли взаимосвязь между его военными кампаниями и наукой о звездном небе и какой она носила характер.

В Риме к астрологии обращались преимущественно по личным или семейным причинам.

Хотя сам трактат не сохранился, его название часто фигурирует в работах более поздних ученых и историков. Авторство Цезаря оставляет сомнения, однако есть множество свидетельств, подтверждающих, что завоеватель Галлии на протяжении долгого времени усердно занимался изучением небесных сфер. Статья Патрицио Доменикуччи[28], преподавателя античной литературы в университете Кьети и Пескары, содержит важные открытия касательно упоминаний трактата «О светилах» у других авторов. Так, в статье упоминаются римские историки Плиний и Светоний, которые утверждали, что трактат содержал указания на пересмотр положения Солнца в зодиаке и стадий формирования звезд. Едва ли у Цезаря было время на то, чтобы лично осуществлять необходимые подсчеты. Вероятнее всего, он поручил кому-то провести астрономические наблюдения и изложить их в трактате согласно его указаниям. Учитывая интерес Цезаря к астрологии, вполне возможно, ему принадлежит не только идея сочинения, но и некоторые доводы научного характера.

Проконсультировавшись с астрономом Созигеном Александрийским, в 46 г. до н. э. Цезарь провел реформу римского календаря. В предыдущем календаре Нумы Помпилия длина солнечного года зависела от лунных фаз, что порождало существенные неточности. Цезарь (от имени которого происходит название юлианского календаря) внес поправки, которые действовали вплоть до следующего и окончательного преобразования, принятого папой Григорием в 1582 году. Реформа Цезаря приравняла календарный год к астрономическому, который составлял 365 дней и 6 часов[29]. Вполне возможно, идея этих усовершенствований возникла в результате военного похода Цезаря в Египет. Видимо, знакомство с более развитой с астрономической и астрологической точек зрения культурой привело римлян к осознанию необходимости обновить продолжительность года и в Риме.

В «Записках о галльской войне»[30] (Commentarii de Bello Gallico) присутствуют некоторые детали, указывающие на интерес Цезаря к небесным светилам. Например, в ходе британской кампании он приказал собрать показания о длительности дней и ночей с опорой на показания водяных часов. И действительно, в тексте упоминается, что существуют небольшие острова, помимо Британии, где «в период зимнего солнцестояния ночь длится тридцать дней подряд»[31]. По предположению Доменикуччи, данные измерения были необходимы для координации военных действий в Британии[32]. Кроме того, 30 и 31 августа 55 года до н. э., наблюдая за отливами и приливами в Атлантическом океане, Цезарь точно подметил их обусловленность фазами Луны и в особенности полнолунием.

«В ту же ночь случилось полнолуние, которое обыкновенно вызывает в Океане сильнейшие приливы, что нашим не было известно. Потому-то военные корабли, на которых войско осуществляло переправу […], заливало волнами […]. Множество кораблей разбилось […], остальные же сделались непригодными к плаванию»[33].

В трактате Цезарь также часто упоминает солнцестояния и равноденствия, демонстрируя свои познания в астрономии.

«Ввиду дурного состояния кораблей Цезарь не считал благоразумным подвергать войска опасностям шторма и пускаться в плаванье в период приближения равноденствия»[34].

Эти два фрагмента показательны, поскольку доказывают, что Цезарь не только интересовался астрологией, но и разбирался в ней. Его утверждения позволяют предположить, что наука применялась как в навигации, так и в военно-политической сфере, что делает еще более вероятной гипотезу о его авторстве.

Согласно теории Альфреда Клотца, переводчика «Записок» Цезаря на немецкий, в книге XVIII «Естественной истории» (Naturalis Historia) Плиния наблюдения о восходе и заходе созвездий, необходимые для расчета асцендента и изучения положения планет в зодиаке, взяты непосредственно из трактата «О светилах»[35].

Наиболее полный из дошедших до нас учебник астрологической науки классического периода, «Учение в восьми книгах» (Matheseos libri octo), принадлежит римскому астрологу IV века Юлию Фирмику Матерну. Из греческих авторов он упоминает Арата из Сол, из римских – Юлия Цезаря и «Аратею» (Aratea) Цицерона. Как утверждает Фирмик, в трактате «О светилах» Цезарь подробно описал созвездия и двенадцать знаков зодиака, основываясь на наблюдениях за их восходом и заходом.

Ауреус, золотая монета с изображением императора Августа, отчеканена в XX–XIX веках до н. э. (Нью-Йорк, Метрополитен-музей)

Задуманная Цезарем модернизация календаря вкупе с данными о положении созвездий относительно горизонта действительно позволяла получить гораздо более достоверные сведения для составления натальных карт. Все вышеперечисленное помогало точнее определять транзиты планет в зодиаке[36] и вычислять асцендент[37] и домификацию[38]

Помимо этого, в календарь были добавлены так называемые юлиевы фасты – десять дней, в которые разрешалось и даже рекомендовалось браться за различного рода дела. Даты проведения этих дней также опирались на положение звезд и Солнца[39].

В общем, Цезарь прекрасно понимал, насколько важна астрология и что познания в ней дают дополнительные преимущества: их можно было применять в своих интересах в любой сфере, особенно военно-политического характера.

Возможно, именно упор на астрологическую составляющую способствовал тому, что трактат Цезаря, равно как и «Эфемериды» Варрона, оказался в забвении. Учитывая, что впоследствии астрологию не раз запрещали как государство, так и церковь, в эпоху поздней Античности и Средневековья спрос на ее изучение был невелик. К сожалению, эта же участь постигла значительное число древних текстов, посвященных астрологической тематике.

Драгоценная римская камея с изображением императора Августа с двумя козерогами, 27 год до н. э. – 14 год н. э. (Нью-Йорк, Метрополитен-музей)

В биографии Цезаря встречаются и другие занятные подробности, связанные со звездами и зодиаком. Известно, например, что его любимым легионом был знаменательный легион X, который остался в истории как образец сплоченной команды, набранной из лучших людей. Вероятно, отбор солдат производил сам Цезарь, который на тот момент являлся пропретором (наместником) Дальней Испании, в 61–60 годах до н. э. Легион сопровождал Цезаря во всех походах в Галлию, Британию и Иберию, а также во время гражданской войны в битвах против войска Помпея при Фарсале, Тапсе и Мунде.

В качестве эмблемы легиона Цезарь выбрал быка, символизировавшего не само животное, а Тельца как знак зодиака, которым в астрологии управляет Венера. Согласно семейной легенде, род Юлиев (gens Iulia), к которому принадлежал Цезарь, происходил от первого царя Рима Ромула, потомка Юла, который в свою очередь был сыном Энея, рожденного богиней Венерой. По этой причине легион X еще называли Всадниками (Equestris) или Легионом Венеры (Legio Veneria). Данная деталь подчеркивает, насколько сильно Цезарь был привязан к роду и семье, – неслучайно в его натальной карте Солнце находится в знаке Рака, который считается едва ли не синонимом дома и родственных отношений[40].

Вот как Цезарь описывает десятый легион в «Записках о галльской войне»:

«[…] если даже за ним никто не пойдет, то он выступит хотя бы с одним десятым легионом, в котором не сомневается, и тот станет его преторской когортой. Этому легиону Цезарь всегда оказывал особое предпочтение и благодаря его храбрости очень на него полагался. […] Теперь он и вовсе зачислил их во всадники»[41].

После смерти Цезаря во время погребального шествия в небе появилась комета. Народ Рима тут же решил, что вспышка была не чем иным, как душой правителя, возвращавшейся к звездам и Венере, прародительнице его семейства. В дошедших до нас сочинениях Цезаря нет прямого указания на то, что он прибегал к помощи небесной науки для достижения определенных целей. Цезарь часто ссылался на удачу свою и своего войска и не упоминал звезды. Хотя, например, в седьмой книге «Записок о галльской войне», по завершении одной битвы Цезарь заявляет: «Ошибается тот, кто на войне только и делает, что ждет благоприятного момента»[42], будто бы намекая, что знает, какие моменты наиболее и наименее благоприятны для него самого.

Следует также учитывать, что многие сочинения Цезаря были написаны в том числе с целью самовосхваления или пропаганды. Если бы он признал, что в его подвигах не обошлось без помощи богов или звезд, это бы умалило их значимость.