Пятеро стоят в огромном зале, где любой звук отражается звонким эхом. На стенах расположены горящие канделябры, а на потолке – немалых размеров серебряная люстра с зажженными свечами. На окнах под ритмы завывающего на улице ветра качаются багряные шторы, нагоняющие мрак и немного мистичности. Какая-либо мебель в зале отсутствует, скорее всего, Вик удалось переместить героев в холл замка.

Первым тишину нарушает Юджин, громко зевая на всю округу и запоздало прикрывая рот:

– Прошу прощения, я, вообще-то, спал. У нас сбой в матрице? Как мы сюда попали?

– В книгах такое бывает! – отмахивается Ряба. – Обычно писатели резкую смену событий разделяют звездочками, ну или просто пишут: «Прошел год».

– Не надо так! Вик, чего мы здесь делаем? Я думал, мы спаслись.

– Вашей жизни ничего не угрожает, прошу за мной, – величественно произносит Кощей и протягивает ладонь Вик.

Образ писательницы с прошлого раза тоже поменялся. Вик стоит в пышном красном платье и чувствует, как ее тело сковывает шнуровка, расположенная на спине. Ноги неприятно сводит от долгого стояния на каблуках. На руках – элегантные атласные перчатки, а волосы волнами ниспадают на плечи, разнося по залу аромат диких ягод – то ли земляники, то ли клубники. К слову, Женя, Ария и Ряба остались в прежних нарядах, разве что масляное пятно с платья светловолосой само собой ликвидировалось.

Наконец, Вик медленно вкладывает свою ладонь в руку Кощея, он бросает на нее быстрый взгляд и перемещает ее пальцы на свое предплечье. Вдвоем они идут чуть спереди, за ними слышно движутся Ряба, Ария и Юджин.

– Вик, не слушай его, он опять будет рассказывать сказки, – вздыхает Ария. – Как он несчастен, одинок и все в том же роде. Сейчас модно оправдывать поступки злодеев.

– Неоправданная дерзость! Похищать принцесс! – хмыкает Женя, на что Кощей и глазом не ведет, а лишь тихо посмеивается.

– Виктория, зачем же вы мне приписали весьма дурной поступок? – спрашивает Ос и, не дожидаясь ответа, начинает рассказ: – Я похитил только Арию, чтобы держать людей в страхе.

– Зачем? – встревает Ряба.

– Ну а как же? Кровавый налог…

– Погоди, то есть каждый месяц… – начинает догадываться Женя.

– Неделю, – подсказывает Вик.

– Хорошо, каждую неделю ты налетал на государство с целью собрать дань? Причем не монеты какие-то, а кровь! Человеческую кровь! Обалдеть! И как? Как ты это делал? Слушай, построил бы донорский центр, они бы сами ходили к тебе и сдавали за плюшки. По четыреста пятьдесят миллилитров с человека, – ржет Юджин, потом смотрит на Вик и кое-как выговаривает. – Ну ты даешь, писака!

– Говорю же, все это в прошлом. В своей химической лаборатории я научился создавать смесь, похожую по всем компонентам на человеческую кровь, – говорит Кощей, открывая дверь и проходя в следующую комнату.

– А я все думал, какую вампирскую историю Вик слижет – «Сумерки» или «Дневники вампира»?! Оказывается, у нас тут вампир-химик…

– Что же ты меня тогда держишь до сих пор?! И насильно заставляешь выйти за тебя замуж, химик?! – возмущается Ария.

Они заходят в продолговатый зал, где выставлен длинный стол с белой скатертью и звучит органная музыка, хотя сам инструмент отсутствует. В окна без штор проглядывает белая луна, обозначающая позднее время. Рассвет еще не занял черное небо, в этот раз украшенное мерцающими звездами. Вик любуется созданным пространством, пока друзья рассаживаются за стол, по привычке кучкуясь на одной его стороне, поближе друг к другу. Оскар отставляет громоздкий стул, призывая Вик сесть рядом с ним. Девушка не возражает – садится, продолжает осматривать зал. Сам Кощей горделиво занимает место во главе стола и отставляет свою трость, оперев ее на подлокотник.

– Ряба, – обращается он к девушке, – не могли бы вы поторопить кухарок? Мы и так припозднились с ужином.

– Конечно, – лицо Рябы заливается краской от столь вежливого обращения к ней высокопоставленного мужчины. – Я и пирожков напеку, и кухарок подгоню, и на подносе все снесу…

– Да иди уже, – посылает ее Женя.

Ряба вскакивает со стула и в два счета оказывается за пределами комнаты. Как она найдет кухарок – неизвестно. Кажется, Вик не прописала этот момент. Оттого писательница неловко оборачивается на дверь, дожидаясь, когда же растерянная Ряба вернется ни с чем.

– Виктория, вы обронили, – Кощей протягивает Вик блокнот с пером.

Та с радостью хватает вещицу, осознавая, что ее план сработал: она протащила в сон блокнот. Пусть немного видоизмененный и со всего лишь скучной картонкой телесного цвета вместо красочной обложки, но идея остается актуальной.

– Что ты задумала? – скептически посматривает на блокнот Ария.

– Орган затих. Нам не хватает музыки, не находите? – улыбается во все лицо Вик и начинает выводить буквы – одну за другой – в блокноте.

В этот же миг у Юджина в руках появляется гитара. Рыцарь удивляется, хочет отодвинуть инструмент от себя.

– Я не умею, Вик, ты же знаешь! – отнекивается он.

– Теперь… – царапает на листе Вик, – умеешь.

От сосредоточенности щеки Вик горят. Не каждый день она пишет от руки сценку для книги, особенно такую, которая тут же появляется у нее на глазах.

Как по взмаху волшебной палочки, Женя наигрывает мелодию, его пальцы автоматически зажимают нужные аккорды, в то время как мимика музыканта говорит о полном недоумении и непонимании того, что происходит. Ария затевает нехитрую песню, напевая ее мотив, а Кощей снисходительно складывает пальцы в треугольник и облокачивается на стол, готовый слушать.

Ты – мой король, твоя корона в крови;

Ты знаешь смерть, но так далек от любви;

На свете этом и на том

Давно оставил ты свой дом —

Ты Черный Всадник, как тебя ни назови3

Ария в полном удовольствии растягивает слова в рефрене. Особенно принцесса выделяет ту часть, где поется про вечное одиночество короля, тем самым она посылает своему похитителю предназначение. «Я ни за что не выйду за тебя!» – думает Ария. Вик под конец песни громко аплодирует, до сих пор не веря, что она только что поменяла ход событий во сне. Всего-то с помощью нескольких записей в блокноте.

– Не знал, что ты так красиво поешь, – зачарованно смотрит на принцессу Женя.

– Не знала, что ты играешь, – отвечает Ария.

– Чудесное исполнение, Ваше Высочество! – Кощей позволяет себе три негромких хлопка ладонями в знак одобрения. – Виктория, пора бы вернуть Рябу за стол.

Вик кивает и снова пишет в блокноте. Буквально через секунду в зал врывается Ряба с внушительным подносом, на котором лежат пирожки и крендели, рогалики и ватрушки – выпечка на любой вкус. Следом за ней идут десятки кухарок с такими же большими подносами, заставленными белоснежными тарелками с различными яствами. Вик удается рассмотреть среди вкусностей запеченного гуся, миндальный молочный рис, пасту с пармезаном, котлеты с оливками и овощи, приготовленные на пару. На десерт друзей ждут шоколадные профитроли и фрукты, собранные служанками с деревьев и кустов Райского сада, который находится в имении самого Кощея.

– Угощайтесь и ни в чем себе не отказывайте, – Ос приглашает путников приступить к трапезе, а сам выпрямляется и опирается на высокую спинку стула, спокойно положив руки на подлокотники.

– Величество не употребляет в пищу обычную еду, так ведь? – у Юджина разбегаются глаза, он то и дело хватается за разные угощения, но никак не может решить, с чего начать.

– К чему мне такая еда, если все, что нужно, имеется в этом бокале? – задается вопросом Кощей, выхватывая из рук служанки бокал, наполненный темно-красной жидкостью.

– Можно попробовать? – интересуется Вик. Ей не очень-то и хочется есть, когда вокруг такая необыкновенная обстановка, да еще присутствует Ос, с которым можно говорить о чем угодно, а тем более – делать что угодно.

Кощей с загадочной улыбкой протягивает Вик бокал и с интересом наблюдает, как девушка пробует его содержимое на вкус. Писательница никак не ожидает, что напиток, созданный химическим путем, будет так сильно напоминать кровь. Она проглатывает неприятную жидкость, но металлическое послевкусие оседает на языке и слегка дергает желудок, непривыкший к подобным экспериментам. Вик подташнивает, но она с благодарностью возвращает бокал Кощею. Мужчина в несколько быстрых глотков осушает его и обнажает свои белые длинные клыки. По залу проносится пугающий звук, похожий на рычание дикого зверя.

– Простите, если напугал вас. К сожалению, даже искусственная кровь иногда пробуждает во мне вампирские инстинкты, – объясняет Ос.

– Как тебя убить? Ты не подумай, мне просто интересно. У Вик весьма странные фантазии, – спрашивает Женя.

– Под дубом зарыт сундук, в сундуке – заяц, в зайце – утка, в утке – яйцо, а в яйце – серебряный кинжал. Только он способен пронзить мое сердце и заставить уснуть меня навечно, – холодно отвечает Кощей и посматривает на Вик, зная, что все это написала она.

– Ля… ну ты извращенец, конечно, чтоб утку в зайца запихать… – с трудом представляет рыцарь. – А яйцо тогда какого должно быть размера, чтобы кинжал…

– В сказке все возможно! – утверждает Ряба, а потом до нее доходит некоторая истина. – Погоди, Вик, значит, ты знала, что Юджин не сможет одолеть Кощея? Выходит, мы оставили его тогда на произвол судьбы? Ой-ё-ёй! Что делается!

– Ряба, уймись, неинтересен Кощею Юджин, – кривится от громкоголосой девицы Вик.

– А кто интересен?

Вик молчит. Она чувствует, как ледяной взгляд прожигает ее насквозь. Оборачивается на Оса, а он вновь предлагает ей свою руку, на этот раз для танца. Писательница оглядывает зал, и внезапно ей становится неуютно, что все будут смотреть только на ее неумелые движения. Поэтому Вик требует для себя минуту и слегка расширяет комнату, чтобы в ней поместилась дюжина пар, вальсирующих по кругу. Вик прячет блокнот, закрепляя его на подвязке, так кстати оказавшейся на ее бедре.

Ос помогает ей подняться со стула и ведет в танцевальный круг, образовавшийся из слуг и подданных. Пары мелодично переступают с ноги на ногу, полностью отдаваясь танцу. Вик осторожно кладет ладонь на плечо Кощея, а правую он сцепляет в замке со своей. Только сейчас писательница замечает, что Ос оставил свой цилиндр за столом, а его голову покрывают такие родные светлые волосы, собранные сзади в хвост. Красные глаза без зазрения совести упираются прямо в ее серые. Правая ладонь мужчины легко ложится на поясницу Вик и притягивает вплотную к себе. Девушка сглатывает ком, образовавшийся в горле, так близко и чувственно они не находились с мужем рядом довольно давно (сон в одной постели не в счет). Ос, как полагается партнеру, ведет Вик за собой, его движения плавные и точеные, словно он вальсировал всю свою жизнь! Вик позволяет ему управлять собой, хоть ноги совсем не слушаются и наверняка покрылись мозолями от нестерпимо высоких каблуков.

– Что планируете делать дальше, Виктория? – его леденящий голос прошибает Вик до мурашек. – Признаюсь, сюжет у вашей истории идет к чертям.

– Я здесь не из-за сюжета, Ос. А из-за вас. Вы мне должны поцелуй, – признается Вик, в ней теплится любопытство, что же Кощей может ей ответить на столь неожиданное заявление. В главе, разумеется, такого разговора не было.

– Ваше желание для меня закон. Однако, смею спросить, не испугаетесь ли вы моих клыков? Думаю, это может быть опасно…

Вик не дает ему договорить и касается его губ, холодных и обжигающих, как лед. Глаза Оса становятся ярче – на несколько оттенков насыщеннее красного точно. И он похищает ее поцелуй, срывает ее дыхание с губ, ловит его и дарит в обмен свое. Ос впивается страстно и дерзко, понимая, чего хочет Вик. Его пальцы ложатся на ее затылок, тем самым прижимая девушку к его лицу. Углубляя поцелуй, Кощей прикусывает ее губу, и металлический вкус преследует их сплетенные языки. Однако теперь сочащаяся кровь не вызывает у Вик приступ тошноты, она накаляет страсть и вырывает изо рта девушки стон. Ос с прищуром смотрит на раскрасневшуюся от взыгравших чувств Вик, как она млеет в его руках и жаждет, чтобы действо продолжалось как можно дольше. Он гладит ее щеку, нежно опускается на шею, задерживается на плече, прокатываясь пальцами по выпирающей ключице.

– Ничего себе сказочка… – кривится Юджин, разглядев страстно целующуюся пару в кругу танцующих.