Первым делом мужчина скинул с ног промокшую обувь и вылез из пропитанного сыростью пальто. Если большая часть верхней одежды чувствовалась на ощупь боле-менее сухой, то в рукаве, по ощущениям засело огромное количество жидкости, из-за чего даже его вес увеличился перетягивая остальное на свою сторону. Кросман поставил обувь на батарею, вынув стельки и положив их рядом, повесил пальто на отдельный гвоздик, провернул ручку замка, благодаря чему щеколда выдвинулась, будто бы человек закрыл дверь ключом, после чего прошел дальше, оставляя следы на полу от мокрых носков.

Сняв носки, мужчина закинул их в тазик с водой и мылом, стоящий в душевой комнате, только после этого Джо кинул туда же, в мыльную воду, мокрые брюки, снял пиджак с рубашкой, передвигаясь по комнатам в нижнем белье. Постирав замоченную одежду, затем развесив ее на сушилки, Джордж, с надетыми мягкими тканевыми тапочками древесного цвета и накинутым на плечи халатом прошел на кухню, включив свет в комнате, держа при этом в руке слегка подмокшую газету.

На кухонном столе стояло широкое блюдце, на ней лежали разные дешевые конфеты, купленные по скидки в соседнем магазине через дорогу. Мужчина поставил сковороду на плитку, налив небольшое количество подсолнечного масла, и сел за стол, разложив на нем свежий выпуск, под названием "Вестник". На главной странице красовался заголовок над изображением Вождя: "Глава Островитании празднует юбилей". Ниже сообщал текст, записанный в виде столбца: "Сегодня отмечает юбилей Вождь, с чем мы хотим его поздравить. В великого события на прилавках государственных магазинах цены будут уменьшены ровно в два раза, на весь день, начиная с восьми утра. Несмотря на празднование, лидер страны посетил несколько районных больниц, проследив за ремонтом лично". Джо улыбнулся, от прочитанного, но не так, как делают люди в момент какого-нибудь радостного события, его улыбка напротив показывала недоверие к тексту. "Знаем мы, как вы цены понижаете", – пробормотал Джордж, перелистнув страницу. В этот момент сковородка начала издавать шипящие звуки. Кросман подскочил со стула, бегом добрался до холодильника. Достав с почти пустых полок морозильной камеры коробку с яйцами он вынул три штуки, вернув остальное на место. Затем молодой человек разбил скорлупу, выкинув ту в бумажный пакет под раковиной, а содержимое вылил на раскаленную посуду.Громкое шкварчание сразу же разнеслось по всей квартире. Несколько горячих капель обожгло руку Кросмана, а после он закрыл готовящаяся блюдо крышкой усевшись обратно.

Следующие страницы не информировали ни о чем интересном, сводясь к простому перемусоливанию всех известных новостей: "Парововые двигатели вышли на новый уровень или как устроен самый быстрый паровоз современности". Другая новостная колонка сообщала о скором прекращении подачи электричества в квартиры работников государственных предприятий: "Эксперимент, по подключению жителей многих городов к электросети показал низкую её эффективность из-за высокой цены и ненадежности. Несмотря на уже созданные электроприборы мы сообщаем, что в кротчайшие сроки большинство населения страны вернется к изначальному процессу жизни, без участия опасных для жизни вещей". "Опасные для жизни вещи. Интересно, о чем они говорят", – подумал Джон , мельком глянув на морозильную камеру, стоящую у стены напротив. Другая строчка из текста, в ней писалось о неком большинстве людей, вообще заставила задуматься молодого человека. "Думаю элита в это большинство не входит", – пробубнил Кросман, почесывая еще влажную голову. Из более чем двадцати страниц, в целостности осталось всего небольшое их количество, отчего пришлось оставить прочтение газеты на неопределенный срок.

Кросман поднял со сковородки яичницу, положив ту на тарелку. Выключив плиту и убрав сковороду в раковину, мужчина поставил блюдо на тарелку, принявшись ужинать. Свет, исходящий от одиноко висящей лампочке, мерцал каждые десять секунд, словно по часам. Дорогое удовольствие, иметь в квартире электроприборы, выданные на заводе, продолжало расстраивать мужчину, а ведь ради данных благ цивилизации молодой человек согласился на уменьшение зарплаты, в пользу комфорта в доме.

Доев, самую малость подгоревшую по краям яичницу, молодой человек помыл посуду, отправившись затем в ванную комнату. Та выглядела весьма неплохо, если сравнивать с домами простых небогатых жителей: чугунная ванна, окрашенная в белый цвет, такого же мраморного цвета раковина, широкое длинное зеркало, унитаз и белая небольшая тумбочка забитая всякими приспособами для уборки, а на ней, в свою очередь, стоял стакан с зубной щеткой и пастой. Джо встал напротив зеркала, смотря себе же в глаза. Лицо, большую часть времени покрытое красными небольшими пятнами, сегодня показалось по новому бледным, только на аккуратном носу, на самом его кончике маячил перед глазами почти невидимый прыщик. Карие глаза выглядели слегка красноватыми, отчего они чесались на протяжении всего дня. Вопреки горевшей лампочки, Кросман зажёг во всех комнатах по одной белой свечки, свет от которой не пропадал несколько раз в минуту. Из-за толком неработающего отопления Джо ходил по квартире с покрывающими все тело мурашками. Хорошая теплота приходила в дома рабочего квартала только к октябрю, а так как до этого месяца предстояло еще дожить, многие люди обогревались в жилищах путем надевания большого количества одежды.

Мужчина с надетыми на ногах шерстяными носками, но при этом в одном халате, прошел в спальню, принеся с собой из коридора тубус. Плюхнувшись на кровать, молодой человек положил цилиндр с ремешком на прикроватный журнальный столик, поставив рядом догорающую свечу. Открутив круглую крышку и вынув скрученный, большой, широкоформатный лист плотной бумаги, молодой человек разложил его на столике, придавив углы свечкой, клапаном цилиндрического чемоданчика, баночкой с черными чернилами и автоматическим пером. На пергаменте находился чертёж механизма, придуманный лично Кросманом, под рабочим названием – двигатель внутреннего сгорания. Джо долгое время работал инженером, мечтая когда-нибудь создать что-нибудь новое, а главное, своё, тем-более последние несколько лет открытия спешили на свет одно за другим. Схема, изображенная синим цветом, имела несколько интересных сложных для понимания, незнающими людьми рисунков. Ниже описывался принцип работы, зашифрованный простой заменой букв алфавита на аналогичные цифры, сделанная необходимость являлась предостережением автора от кражи изделия, хотя подобный шифр легко взламывался, даже слабограмотрым человеком.

Внимательно разглядывая схему, мужчина сделал несколько заметок, в углу листка, затем скрутил листок, убрав того в переносной цилиндр. Приятная кремовая бумага легко поддавалась складыванию, а главное – она с лёгкостью принимала свою изначальную плоскую форму, почти без заломов

Кросмону, с каждой секундой, хотелось спать все сильнее. Маленькая часовая стрелка на циферблате медленно приближалась к цифре десять. Молодой человек встал с пастели, подойдя к окну и посмотрев на улицу. Он делал это каждый день перед сном, своеобразный ритуал.

Стоя у окна, смотрев в глубь улицы Джо разглядывал здания, различные постройки окруженные фонарным светом. Неподалеку из нескольких комнат был виден стабильно-мерцающий жёлтый свет – верный признак электричества. Данные квартиры принадлежали в основном рабочим соседнего завода. Также предоставляемая электроэнергия как в случаи с Кросманом, выдавалась в обмен на львиную часть честно заработанных денег. С трудом узнавался памятник, стоящий на старой площади, построенный в честь Вождя. Несмотря на невозможность разглядеть монумент с окна квартиры, Джордж помнил его облик в мельчайших подробностях: высокая, около четырех метров, гранитная статуя стоящая на такой же большой платформе, одна рука, по кисть, находится в пальто, другая придерживает маленькую девочку сидящую на плече. Если постараться присмотреться к левой стороне улицы, можно разглядеть в тени стоящий, синего цвета, с пятнами ржавчины, почтовый ящик, большую часть времени находившийся пустым из-за ненадобности. Дождь прекратился несколько часов назад. Улицу окутывал плотный туман медленно выползающий с востока, в той стороне располагалось озеро "Вероника".

Молодой человек простоял у окна порядка десяти минут, медленно потягивая зеленый чай из своей красной небольшой кружки. Сосуд, подаренный его старой знакомой на двадцатипятилетний день рождения, исправно служил вот уже пять лет. Кросман повернул голову, глянув на часы, как в ту же секунду свет, исходящий от электрических лампочек прекратил своё существование. Огонь свечи освещал настольный хронометр, показывая ровно половину одиннадцатого ночи – в этот час электроэнергия по всей стране отключалась и снова возобновляла работу только к пяти часам вечера. Такое действие, со слов властей, обуславливалось экономией и отсутствием необходимости в свете в данные часы суток. Джон допил напиток и потушил свечу пойдя спать

2

Джо проснулся рано утром за долго до свиста настенных часов сигнализирующих о наступлении шести утра. Простенький механизм, состоящий из нескольких пружин, шестеренок и маленьких болтиков со свистком являлся воссозданной, скопированной вещью с оригинальной вещицы, установленной под циферблатом на заводе. За окном, из-за горизонта слегка высовывалось солнце, по чуть-чуть прогоняя тьму, но не замещая фонарный желтый свет. В квартире стоял сильный холод, как ночью, так и под утро отчего Джордж проснулся под одеялом укрытым сверху мягким толстым покрывалом, но даже такое укрытие не помогало чувствовать себя в комфорте. Температура резко отличалась в зависимости от времени суток: если днем, в момент нахождения небесного светила в зените воздух с легкостью прогревался, то во время прихода луны градусник запросто мог показать отрицательную температуру, несмотря на только начавшуюся осень.

Кросман лежал с головой укутанный в одеяло, без особого желания вставать с постели. Проявлялась неохота работать каждый раз, под начало для. Молодой человек перевернулся с бока на спину уткнувшись взглядом в слегка потрёпанный временем потолок, на ,единственную в комнате, стеклянную лампочку, отдающей теплом во время своей непродолжительной работы и на длинную трещину, временами из которой сыпались мельчайшие, но ощутимые крупицы то ли песка, то ли цемента со штукатуркой. Затем мужчина лёг на другой бог, развернувшись на сто восемьдесят градусов от своего изначального положения. Теперь перед взором молодого человека предстал, стоящий на удалении, старинный деревянный комод темного цвета. На предмете мебели имелось пять выдвижных полочек, первая сверху разделась на две, поэтому на каждом ярусе, кроме первого, располагалось по одной полочки. На каждой шуфлядке виднелись металлические, словно серебряные, хотя на самом деле не имевшие никакой ценности, ручки, по две на полку. Небольшие ручки крепились на самую малость выступающую замочную скважину, уже три года толком не держащую ничего и не выполняющую никакой полезной роли. Левее большой тумбы висела картина, купленная Джорджом на одном из рождественских базаров, на ней изображенный старик, с белой бородой, радостно рубил ёлку к предстоящим праздникам.

Молодой человек откинул все одеяла, сев на пастель. Как только его тело перестало находиться за толстым слоем ткани в тот же миг холод ударил по коже, взбодрив спутанное создание – такой нежеланный будильник. Кросман мигом залез в тапочки, накинул халат белого цвета и отправившись в ванную. Там мужчина покрутил правый металлический вентиль, поскрипывающий от любого прикосновения, включив набираться в ванну горячую воду, предварительно закупорив слив мягкой каучуковой заслонкой. Клубы пара сиюминутно поднялись, окутав комнату. Еще спустя несколько мгновений зеркало начало по не многу запотевать, прекращая выполнять свою работу. Пока горячей водой наполнялась глубокая металлическая купальня, Джо отправился в коридор, к вешалки с весящем пальто. Потрогав рукав, вечером прошлого дня промокший на сквозь, Джо ощутил всего лишь легкую влагу, от неё можно было легко избавиться с помощью утюга, жаль только свет подадут в начале вечера.

Недолго думая Джо взял пальто и положил его на освободившуюся от обуви батарею. Слабое исходящее тепло с трудом не до конца просушило обувь, ботинки оставались самую малость сырыми. Положить рукав на толком не греющий обогреватель выглядело лучше, чем пойти в ледяной верхней одежде. Вернувшись в ванную комнату, Джордж потрогал расположенные на натянутой веревке ранее постиранные брюки с другой одеждой, на удивление ткань чувствовалась сухой.

После выполненных действий Кросман забрался в ванную. Нескончаемый поток тепла впитывался всем телом мужчины. Мышцы расслаблялись, лицо, с каждой минутой проведенной в воде, становилось всё более красным. Аромат душистого мыла расходился по помещению затмевая собой приевшийся запах сырости, появившийся в результате постоянной протечки труб. Несмотря на закрытое положение водного вентиля, с крана продолжала капать вода, падая по капли раз в несколько секунд, тем самым создавая схожий процесс с метрономом, будто бы держа темп. Из маленького окошка, расположенного в углу, высоко над купальне тянуло ледяным воздухом, сильно контрастирующим с комнатным жаром. Ветхая оконная рама с трудом защищала помещения от утечек теплого воздуха и проникания в дом стужи по причине некоторого количества незаметных глазу, но явно являющих довольно крупными, трещин, где-то в районе примыкания деревянной оправы со стеной. Порядка двух лет Джордж планировал заложить кирпичами бессмысленную застекленную дыру в стене из-за ненадобности и плохой герметичности, но каждый раз забывал о поставленной цели. В конце концов, как говорили в газетах: "Контрастный душ полезен для здоровья", хоть в данном случае душ и не фигурировал, а скорее присутствовал контрастный воздух.

Выполнив все дела в ванной, мужчина переодевшись в часть своего костюма, почти всё уже находилось на Джо, но брюки с рубашкой лежали на широком столе, придавленные книгами. Таким странным способом мужчина каждый день избавлялся от складок на одежде, главное, как он сам говорил, рассказывая о дивном способе своему коллеге по работе Митчу, тоже инженеру, но второго класса: "Главное придавить вещи еще слегка влажными, но не на столько чтобы они не просохли, а самую малость… ". У молодого человека имелась обширная библиотека различной литературы, какая-то часть была куплена, какая-то подарена, некоторые бумажные многостраничные изделия доставались бесплатно, путем выменивания, но всех их объединяло одно: во всех случаях находилась крупица книг, не произведенных на инженера никакого впечатления. Такую литература, вместо сожжения или выбрасывания, пускалась выполнять роль пресса. Отсутствие нормального утюга заставляло многих жителей импровизировать. Кросман не редко по доброму завидовал жильцам в частных домах, ведь у них имелся доступ к корящим уголькам, а значит старый чугунный утюг мог служить им верой и правдой, в многоквартирных домах такой роскоши не представлялось.