Е74 стояла у входа в запрещенный отсек. Его стены не светились, и поэтому внутри было темно. Виднелись очертания странных белесых кубических конструкций размером не больше человека, выступающих из земли по пояс. Возможно, в этом помещении было опасно, и поэтому девушка предусмотрительно выпила амриту. Так что от её тела исходил желтый свет, который в темноте казался ещё ярче. В абсолютной тьме этого света было достаточно, чтобы осветить довольно большой радиус вокруг. Она двинулась вперед, к кубам. Подойдя ближе, девушка заметила, что некоторые из конструкций – это пустотелые коробки, а некоторые представляют собой одну плоскую грань куба, ровную белую пластину. В одном месте таких пластин было несколько, сложенных одна на другую. Здесь же рядом одна пластина была прислонена к кубу, который оказался просто стопкой таких же пластин.

Е74 дотронулась до одной пластины и погладила её белую поверхность. Она оказалась гладкой, немного прозрачной, и её можно было легко согнуть. Она взяла одну пластину из стопки и попыталась рассмотреть что-нибудь на ней, подсвечивая своей рукой. Вдруг желтоватая поверхность осветилась синим светом, бьющим из-за спины. От неожиданности она дернулась и обернулась. Ксент был в своем человеческом обличии.

– Прости, что напугал. Я покажу тебе, как с ними работать. Проследуй в центр комнаты, там есть считывающее устройство.

Она так и сделала. В центре был круглый пьедестал из матового стекла, на нем боком лежал прозрачный цилиндр. Она заметила в сечении цилиндра квадратное углубление и прислонила пластину. Всё вошло точно, но ничего не случилось.

Ксент зашел с другой стороны цилиндра. Он закрыл глаза, его светящиеся руки легли на цилиндр, а сам он будто заглянул в подзорную трубу. Когда он медленно открыл глаза, то их голубой свет, исходивший из глаз, стал намного ярче. Словно от яркого прожектора свет прошел сквозь стекло и пластину, и на выходе проявилась яркая четкая голограмма, похожая на хаотичное облако из символов и картинок.

Всмотревшись в неё, женщина начала различать то, о чем ей говорил А03, когда учил «читать» окружение. Только здесь информация была совершенно точной, ей не пришлось напрягаться, чтобы увидеть закономерности. Эта информация предназначалась для того, чтобы её воспринимало разумное существо. Информация была объемной, с перекрестными ссылками, с подтекстами. Она воспринималась мозгом как целое объемное знание, и поначалу девушке было непривычно, но уже через минуту в её мозг хлынул целый поток знаний.

Это были знания о мирах, которые были созданы компьютером задолго до рождения А03 и даже до того, как был построен корабль-мир. Е74 мысленно сосредоточила внимание на одном из участков этого чистого знания. То была информация о древнем мире. Мир был построен по всем правилам, и люди, начавшие свою жизнь в этом месте, чувствовали себя прекрасно. Было налажено колоссальное производство амриты и устройств обеспечения комфорта. Все были одеты в диковинные красивые одежды. Летали в космос, жили в орбитальных космических городах. Всё было на первый взгляд хорошо, но что-то в людях показалось ей странным. Они как будто начали терять интерес к миру. Перестали пить амриту и один за другим умирали от старости. Вскоре другие, будто догадываясь, что что-то не так, начали сходить с ума. Нормальная жизнь мира-колонии прервалась. Всё начиналось постепенно, сначала в головы начали закрадываться мысли. Эти мысли компьютер пытался блокировать. Он пытался читать мысли, вразумить людей, понять, что не так, чтобы предупредить страшную катастрофу. Но то тут, то там люди будто не могли ничего с собой поделать. Вот один из них, судя по всему, давно перестал употреблять амриту, его кожа погасла, он стоял на крыше огромного небоскреба, на самом краю, и смотрел в бездну. Внизу суетились, ездили и летали какие-то аппараты. Компьютер вел с ним мысленный диалог, пытался его переубедить, но тот не слышал его, он обхватил голову руками, закрыл глаза и качнулся вперед, полетел вниз головой. Е74 устремилась за ним и ей показалось, что она падает вместе с ним с умопомрачительной высоты. Это долгое падение было невыносимым для неё, и она перелистнула это знание дальше, она видела, что впереди ещё огромный объем информации.

Дальше был другой мир. В нем компьютер применял телепатию и мог перестраивать электроны в нейронах таким образом, чтобы корректировать мысли людей. Направлять их мышление в более или менее нужное системе русло. В этом мире всё поначалу тоже было в порядке. Но позже начались странности. Первый человек, который обладал свечением, а значит, был бессмертен и неуязвим, просто исчез. Сначала это произошло с одним, потом еще с одним, и Е74 не сразу поняла, что происходит. Но, приблизив и замедлив самый момент исчезновения, она увидела: амрита внутри тела по приказу компьютера начинает разогреваться, и за секунду температура превращает тело в пепел, так что человек успевает только раскинуть руки, запрокинуть назад голову и коротко вскрикнуть. Превратившись в свет, от тела остаются только крупицы оседающего пепла. От неожиданности смерти девушка едва сдержалась, чтобы не закричать. Компьютер избавился от ненужных ему элементов, которые могли дестабилизировать всю колонию. Так происходило много раз, и в итоге численность населения начала резко падать. Хотя компьютер пытался скрыть свою деятельность, люди были возмущены внезапными исчезновениями. Они всё равно обо всём догадывались, но, поскольку компьютер уже не вступал в прямой диалог с ними, они знали о его присутствии только по косвенным признакам. Всё, что их окружало и обеспечивало их благами, для них стало иметь сакральный смысл, и они персонализировали эти технологии, дали им имена. Всё это продолжалось довольно долго. Численность населения продолжала падать, пока не осталось совсем небольшая группа людей, которые делились своими знаниями и образовали некое подобие культа. В конце концов, в живых остались только приверженцы этого культа. Они не желали быть истребленными, но при этом добровольно отказались от употребления амриты. Компьютер вступил с ними в диалог, и они договорились о сотрудничестве, но при этом без редактирования их мыслей. Е74 не досмотрела эти кадры и перешла к следующим.

Там был почти идеальный мир, он был густо населен счастливыми людьми. Они радовались жизни, все жили так долго, как хотели, никто не пытался покончить с собой, и компьютер не испепелил ни одного человека. Но, приглядевшись поближе, девушка поняла, что не всё так просто. Прием амриты в этом мире был обязательным. При этом все жители были как будто зомбированы. Она догадалась, что здесь компьютер совсем перестал вести диалог с людьми, он просто начал думать за них. Однажды, попробовав отредактировать мысли, он пришел к выводу, что придется редактировать абсолютно каждую мысль, которая возникает в живой человеческой голове. Только так он сможет принести мир и счастье. Человек от природы не может контролировать свои мысли, и они часто зависят от химических процессов, протекающих в теле, поэтому компьютер решил, что каждая мысль до того, как будет осознана, будет проходить цензуру и редактуру. Люди в том мире даже не догадывались, что компьютер думает за них.

Несмотря на то, что в предыдущих мирах Е74 видела смерти, этот «идеальный» мир не понравился ей больше других. Впереди было еще несколько блоков информации о других мирах. Во многих из них компьютер вовсе переставал проявлять своё присутствие, постепенно он понял, что вести непосредственный диалог с людьми в целом не только не помогает им развиваться, но и во многом вредит. Если в первом поколении колонистов его присутствие было необходимым, чтобы учить, по сути, новорожденных людей, то уже во втором он полностью прекращал свою манифестацию в реальном мире и далее действовал тайно, давая колонистам иллюзию самообеспечения, что было для них почему-то важно. При этом колония была похожа на первобытный мир, а вся машинерия, обеспечивавшая жизнедеятельность, была скрыта либо ловко замаскирована под природу.

Затем в поле зрения оказались ряды капсул, приблизив которые Е74 увидела эмбрионы. Были ли эти капсулы реальны или были плодом проекции цифрового мира, она не могла понять. Эти капсулы содержали будущих колонистов, которых компьютер заботливо отбирал сотни лет. Было понятно, что он выращивает колонистов прямо на корабле. Е74 заметила, что капсулы подписаны именами, и уцепилась вниманием за эти метки. Начала быстро проматывать названия в поисках нужных. Здесь были мелкие эмбрионы колонистов класса «М» и эмбрионы класса «К» с огромными головами, и странные бесполые полупрозрачные эмбрионы класса «Т», предназначение этих классов было ей неизвестно. Она дошла до классов «А» и «Е», которые были рядом. Без труда нашла А03 и себя. Вот они, мелкие зародыши, мирно застывшие в своих прозрачных фасолевидных икринках. Они, как и другие, были выращены на корабле. Как и другие сотни эмбрионов, они были сделаны для определенной задачи. И если они не справятся, их место займут другие. Во всех мирах одна и та же схема, и всё-таки они отличались. К каждому миру компьютер имел свой особый подход.

Далее пошли миры, где соблюдался баланс между свободой и контролем. Эти миры были похожи, и Е74 пролистала их, не всматриваясь в детали. В целом они уже не были идеальными. Видно было, что компьютер всё еще искал и не мог найти общий язык с людьми, как будто он не понимал, что им было нужно. Но что её поразило больше всего, так это то, что амрита была двусторонним интерфейсом, который может отправлять и принимать мысли. В таком случае она уже не могла доверять своим собственным мыслям, которые, как оказалось, в любой момент предавали её. Это было намного хуже, чем находиться в комнате с невидимкой и быть под его постоянным молчаливым взглядом. Оказывается, он мог еще и думать за неё. Она уже не знала, что может быть ещё хуже, чем то, что она уже увидела. Она немного замешкалась, обдумывая увиденное, и нетерпеливый ксент сам откопал нужные блоки знаний и вывел их на передний план. Перед ней увеличился сектор звездного скопления, и она увидела корабль-мир, который не был на орбите планеты, а двигался в межзвездном пространстве. Ксент приблизил корабль и словно раскрыл его внутренности. Его вращающиеся кольца разошлись в стороны, и Е74 оказалась зависшей над ландшафтом ойкумены, но при этом она не узнавала местность. Здесь не было большой горы, где А03 любит медитировать, местность была как будто более плоская. Она увидела, как из эмбриона рождается и вырастает А03, как его тело росло и набиралось сил в капсуле и в мозг его поступала обучающая информация. Пролетели годы, и вот она заметила, как в лесу передвигаются две яркие золотые фигуры. Это был А03 и женщина, по информации, её звали Е11. Всмотревшись внимательнее, Е74 промотала время и увидела, как Е11 в основном проводит всё своё время в технических зонах на границе ойкумены и постоянно мечется от А03 обратно к запрещенным зонам. Там сияние её тела быстро проходит, и она «гаснет», видимо, излучение воздействует на неё, и амрита быстро расходуется на восстановление. Затем она возвращается в ойкумену и ярко «загорается». Ксент снова перехватил управление и показал девушке кое-что интересное. Это был диалог между А03 и Е11.

– Я не могу так больше. Время убивает меня, – говорила Е11 дрожащим надрывным голосом.

– Осталось немного, мы уже почти достигли звезды, – пытался успокоить А03.

– И что потом? Он создаст свой идеальный мир?

– Это наш идеальный мир, это мы его создадим.

– Но нас там уже не будет!

– Мы будем там, мы будем частью этого мира.

– Я имею в виду нас с тобой.

А03 отвел взгляд и нахмурился. Погрузился в себя, не желая вести давний спор дальше. Е11 посмотрела на него мрачно, она поняла, что дальнейший спор бесполезен. Её мысли уже были о другом. Она опустила взгляд и будто не решалась сказать или не сказать то, что пришло ей в голову. Наконец сказала тихо:

– Мы должны быть только вдвоем.

– Прости? – не понял мужчина.

– Я не хочу, чтобы кто-то был кроме нас.

– Это против его замысла. Как ты можешь даже подумать о таком.

– Я не смогу больше ждать. Я хочу, чтобы мы с тобой проснулись уже в новом мире вместе.

– Ты знаешь, это невозможно. Когда ты проснешься, меня уже не будет. Мы из разных эпох.

– Давай уснем вместе, пусть он усыпит нас.

– Мы должны делать то, что правильно. Даже если ты желаешь, чтобы всё было по-другому, не противься его воле. Он всегда знает, как лучше.

– Он не взял ни одной яйцеклетки у меня, все они оказались повреждены. Ты считаешь, это то, что для меня хорошо?

– Нам просто нужно продолжать работать.

– Возможно, у меня ничего не получится. Я не смогу сделать то, для чего предназначена, – она закрыла лицо ладонями, упала на колени и простонала сквозь пальцы. – Это жестоко! Весь его замысел жесток.

А03 присел рядом с ней и с сожалением положил ей руку на плечо.

– Это не жестоко. Это просто лучше для нас обоих. Мне жаль, что ты чувствуешь боль, но это иррациональное чувство мне недоступно. Это пройдет, как наваждение, он исправит тебя, пока ты будешь во сне, а когда ты проснешься, то почувствуешь себя лучше и не будешь меня помнить.

– Зачем мне мир, если в нем не будет тебя? – с надрывом сказала она, подняла глаза, и они были полны слез.

А03 в ответ только обнял её, и так две фигуры просидели, обнявшись, до утренней звезды. Когда на звездном небосводе показалась яркая точка солнца, голос с небес прозвучал:

– Тебе пора, Е11.

Фрагмент воспоминаний закончился, и ксент перемотал немного вперед. Здесь Е11 уже стояла в гибернационной камере, и наблюдавшая за этой записью Е74 в предвкушении подумала, что сейчас увидит процесс гибернации. Посреди камеры находилась капсула, но она была запечатана, и в ней, плавая в белесой жидкости, уже было тело какой-то девушки. Присмотревшись внимательнее, Е74 увидела, что у девушки каштановые волосы, и вдруг она узнала в ней себя. В информации о камере тоже отобразилось её имя. Это была она, Е74, до пробуждения. Сердце её забилось быстрее, она даже не заметила, что в руке Е11 держала острый увесистый камень. Лицо Е11 было испачкано, её золотистые безупречные волосы сейчас были взъерошены, в глазах была ненависть. Она стояла совсем вплотную к капсуле и смотрела прямо в лицо находящейся в ней девушке. Затем медленно подняла камень над головой, и когда уже замахнулась разбить прозрачную скорлупу, вдруг что-то с ней случилось. Она пошатнулась, выронила камень. Взгляд стал испуганным, брови удивленно поднялись, левой рукой она схватилась за грудь, а правой оперлась о капсулу, чтобы удержать равновесие. Е74, в ужасе наблюдавшая это, едва не вскрикнула и прикрыла рот рукой. Ноги Е11 ослабели, и она сползла на пол, рука её запрыгала, скользя по прозрачной скорлупе, бессильно пытаясь ухватиться за гладкую поверхность. Мгновение сдавленного дыхания, тело дернулось в последний раз, и в камере воцарилась гробовая тишина. Е11 осталась лежать на полу свернувшись, одна её рука по-прежнему была на стенке скорлупы. Через минуту свечение внутри неподвижного тела начало нарастать. Пока вся она не превратилась будто в светящуюся лампу. Свет в итоге стал настолько ярким, что заполнил всю камеру, и вскоре погас, вместе со светом исчезло и тело Е11, оставив нетронутую капсулу одиноко стоять посреди камеры.

Е74, не в силах больше наблюдать за этим зрелищем, отошла от проекции. Она смотрела растерянно себе под ноги, пытаясь всё осмыслить, затем попятилась и, резко развернувшись, побежала к выходу. Хотя она смутно соображала, она понимала, что ей не скрыться, её желание убежать – это иррациональное чувство, которое доминировало над прочими. Однако всё, чего она хотела в тот момент, – это бежать.