Джессика

Это был самый восхитительный сон. Мне было тепло и уютно, моя кровать была одновременно и мягкой, и твердой. Я потерлась лицом о подушку, и ее запах, таинственный и лесной, заставил меня улыбнуться. Чья-то рука медленно вырисовывала круги на моем обнаженном животе. Мне было так хорошо, я как будто таяла, и с моих губ слетел тихий вздох удовольствия.

–Я не буду производить осмотр, пока она не проснется.

Я напряглась. Я знала этот голос. Это был Найал. Ему ответил незнакомец.

–Я понимаю, принц, но откладывать это опасно. Другие могут чувствовать ее запах.

–Она пахнет Андером и мной. На ней наше семя.

–И все же, этого недостаточно. Она пахнет, как незамужняя женщина, и на ней нет ошейника.

Их разговор был пугающим, но я не хотела просыпаться. Я не хотела открывать глаза, не хотела покидать уютное место. И мне совсем не хотелось подвергаться осмотру или проходить испытания. Я не хотела проснуться и оказаться в комнате, заполненной мужчинами, которые обнюхивают меня. Какая разница, чем я пахну? Насколько мне известно, я пахну шампунем с запахом зеленого чая и лавандовым антиперспирантом, как и всегда.

Незнакомый голос продолжил:

–Незамужняя женщина в Колонии–это необычно, и воины требуют шанса побороться за нее.

–Она наша,–прогремел голос Найала, испугав меня. Я открыла глаза, и оказалось, что я была не в кровати, а лежала у него на коленях. Я уставилась на его широкую грудь, где серая рубашка была сильно натянута поверх его мощных мышц. Мягкая подушка мне только снилась, поскольку Найал–даже не взглянув на его лицо, я знала, что лежу на коленях у Найала, ведь я распознала бы его запах где угодно–был состоящим из одних твердых мышц самцом. Твердым было все, включая его член, который упирался мне в бедро.

–Она проснулась. Как только ее осмотрят и дадут «добро» для церемонии присвоения, мы заберем ее из Колонии. Уверяю вас, доктор, мы не будем задерживаться. На нее охотится Улей.

Андер. Теперь я знала его голос также хорошо, как голос Найала. Андер был громкоголосым, резким и прямолинейным, и он очень-очень хорошо управлялся языком. Интересно, был ли он таким же напористым во всем, каким он был, когда ублажал меня своим ртом.

Рука Найала замерла на моем животе. Моем обнаженном животе. Я взглянула вниз и увидела, что была закутана в другое одеяло, темно-красное, а не то серое из центра обработки невест. Его руки были просунуты внутрь между складками, и он прикасался под одеялом прямо ко мне. Стража нигде не было видно, но рядом стоял мужчина в серой униформе, который смотрел на меня так, словно я была пришельцем. Я не узнала комнату, в которой мы находились. Моргая, я заглянула за спину Андера, тоже одетого в темно-серое, и поняла, что мы находились совсем не в центре обработки.

–Где мы?–спросила я.

У меня был хриплый голос, и я прочистила горло.

Найал слегка сжал меня.

–Мы в Колонии, четырнадцать световых лет от Земли.

–В Колонии?–спросила я.

–Это планета недалеко от Земли. Силы Коалиции отправляют сюда зараженных и нефункционирующих воинов, для того, чтобы они прожили здесь остаток своих жизней.

–Что ты имеешь в виду–зараженных?

Я почувствовала, как его тело напряглось подо мной, когда он произносил это слово, и поняла, что от чего-то ему было больно. Я доверяла своим инстинктам, и они просто кричали, что его ответ был важен.

–Воины, которые были заражены. Такие, как я.

Ничего не понимая, я уставилась на него.

–Ты кажешься мне нормальным. У тебя какое-то заболевание или что-то вроде этого? Чем тебя заразили? Это была радиация?

–Технологии Улья,–он поднял руку и указал на левую часть своего лица, на серебро в глазу.–У меня есть еще пораженные участки, на спине и ноге.

Андер напрягся, когда Найал говорил; он сосредоточенно смотрел на меня, словно моя реакция имела большое значение. Раньше я не видела Андера таким, только когда он зарылся лицом в мою киску. Это был единственный раз, когда я видела его таким серьезным и напряженным до этого. Для женщины такая сосредоточенность там была очень ценной. Моя киска сжалась при воспоминании о его мастерстве.

Я заметила шрам на правой стороне его лица. Шрам был широким, и спускался со лба вниз до глазницы, и дальше по щеке переходил на шею. Взглядом я проследила линию шрама, представив себе, как лезвие разрезает его плоть, и решила, что позже должна буду пройтись поцелуями вдоль всего шрама, провести по нему своим языком.

Голос Найала отвлек меня от Андера, и я повернулась к нему лицом, пока он продолжал объяснять.

–Улей это наш враг, так же как и Земли. Если воин с любой планеты попадает в плен, они модифицируют его в бойца Улья. Я был частично модифицирован, когда меня спасли. Тем не менее, для Премьера Приллона, моего отца, я достаточно превратился в бойца Улья, чтобы считаться зараженным.

Его пальцы сжали мое тело, но потом расслабились.

–Меня считают погубленным в моем мире, изгоем, не достойным невесты.

Он отвел взгляд, глядя мимо меня. Я нахмурилась, увидев стыд на его лице, а он продолжил:

–По этой причине отец отказал в твоей транспортировке, Джессика. Я носитель технологии Улья, которая никогда не сможет быть удалена.

–И что?

Я подняла руку к его щеке, чтобы коснуться пальцами серебристой кожи. Меня поразила мягкость странно окрашенной плоти, так же как и ее теплота. Но это была попросту часть его.

–Какое это имеет значение?

Его неподвижность была неестественной, и его взгляд вернулся к моему лицу. Незнакомец, которого я не знала, застыл вместе с нами, словно мои слова их всех потрясли, и они потеряли дар речи. В замешательстве я повернулась к Андеру и обнаружила, что его глаза горят неприкрытым вожделением, готовым поглотить меня. Я вздрогнула, не в силах остановить поток тепла, который заставил мое лоно сжаться от пустоты, когда я встретила его взгляд. Я хорошо помнила этот взгляд, когда он посасывал мой клитор, заставляя меня кричать. Я потрясла головой в попытке избавиться от смеси желания и смущения, которую чувствовала.

–Вы сумасшедшие. Если вы так обращаетесь с вашими ветеранами, я не хочу на Приллон.

Я подумала о своих друзьях, которые потеряли конечности, обгорели при взрывах, были ранены, повреждены. Они были хорошими мужчинами и женщинами, солдатами, которые служили с честью и заслуживали заботы и уважения, когда вернулись домой. Я не могла представить, чтобы раненного ветерана отправили в место, которое иначе как тюрьмой-колонией и не назовешь, чтобы запретили ему иметь жену и семью, только потому, что рана изменила его внешний вид.

–Что с вами не так? Вам должно быть стыдно, если вы так обращаетесь с вашими ветеранами.

–Кто такие ветераны?–задал вопрос незнакомец, и я отвела взгляд от Андера, чтобы ответить ему.

–Кто вы?

Я хотела знать, ведь я сидела почти голая в одной комнате с ним, и он явно думал, что у него есть право здесь находиться.

–Я доктор Халсен.

Тогда я осмотрела его, заметила ту же золотую окраску и такие же острые черты лица, что и у Найала и Андера. Его глаза были цвета бурбона со льдом, а его униформа представляла собой странную зеленую броню, больше напоминающую камуфляжный костюм, чем одежду медика. Он был такой же большой, выше двух метров ростом. Но не важно. Как сказала бы Дороти, я уже не в Канзасе.

–Ветераны–это солдаты, которые прошли службу и демобилизовались.

Он покачал головой, явно не понимая моих слов. Я вздохнула. Попробую еще раз, на их инопланетном языке.

–Воины, которые сражались на передовой. Некоторые из них были ранены, и их отправили домой с почестями. Мы называем их ветеранами, и я одна из них.

Я потянула одеяло, накрывавшее меня, когда доктор посмотрел на меня с замешательством в глазах.

–Как это возможно? Женщины не участвуют в войнах,–ответил он.

–Там, откуда я родом, женщины воюют. Они работают. Они служат в армии и правоохранительных органах. Они не сидят в стороне и не ждут мужчин, чтобы те их спасли.

Я уставилась на него, разозленная тем, как они обращались со своими солдатами в целом, и их женоненавистническим отношением в частности. Весь мужской тестостерон этой комнаты заставлял меня свирепеть. Ни один из этих инопланетян не заслужил моей преданности или доверия… ну, ни один, за исключением Найала, который спас меня от того разведчика Улья. Хорошо, возможно, Андер тоже заслужил мое доверие, когда избавился от тела того же разведчика.

Доктор подошел ближе, и я подвинулась назад в объятия Найала, прекрасно осознавая тот факт, что была голой под одеялом.

–Поразительно. И вы, вы сражались в битве?–спросил доктор, но не он, а Андер подступил ближе, желая услышать мой ответ.

Я кивнула.

–Да. Много раз.

Руки Найала сжались вокруг меня, но я проигнорировала его, удерживая взгляд доктора, чье недоверие было заметно в приподнятых бровях и сжатых губах, даже прежде чем он заговорил.

–Я вам не верю.

Я оттолкнула Найала и соскользнула с его колен. Если этот инопланетный придурок действительно врач, ничто из того, что я собирался показать ему, не должно его шокировать.

Я горделиво стояла, и красное покрывало окутывало мои плечи, как королевская мантия. Я подняла руку и перекинула свои длинные волосы вперед через плечо, чтобы они не мешали тому, что я собиралась сделать.

–Я получила эти шрамы не когда пекла печенье.

Не нарушая зрительного контакта, я сбросила одеяло на пол у своих ног и развернулась, чтобы он увидел уродливые шрамы с неровными краями, которые тянулись от моего плеча до талии, через мою ягодицу на ляжку. Андер шагнул ближе, его плечи напряглись, но Найал поднял руку, чтобы не дать ему вмешаться. Взгляд Найала был прикован к моему, а я смотрела на него с неприкрытым вызовом. Пусть только попробует остановить меня, пока я ставлю доктора на место.

Я знала, что Найал видел меня спереди, мою грудь и киску, но мне было все равно. Мне бы следовало поинтересоваться, почему я была голой при транспортировке, в то время как Найал и Андер были в одинаковых рубашках и штанах. Я спрошу потом, сейчас я должна кое-что доказать.

Я выставила свое тело напоказ не для того, чтобы дразнить и заманивать доктора. Я услышала, как он начал двигаться и, не сводя глаз с Найала, сказала:

–Не трогайте меня.

Тишина, а затем я услышала его голос, в котором теперь присутствовали ноты благоговения и уважения.

–Итак, это правда. Вы были ранены, и вас отправили домой? Вы одна из изгоев? Тех, что вы называете ветеранами?

Я собиралась придушить его. Я развернулась и подняла одеяло, чтобы прикрыться.

–Наши ветераны не изгои. О них заботятся, к ним относятся с уважением. Они возобновляют свою жизнь. Мы стараемся полностью интегрировать их обратно в общество. У многих из них есть семьи, и они возвращаются домой.

Он взглянул на меня непонимающе, и я снова перешла на инопланетную речь.

–Партнерши и дети, ожидающие их возвращения.

–У ваших изгоев есть право иметь партнерш?

Андер присел рядом со мной, глядя мне в лицо с благоговением. Я наклонилась и положила руку на шрам на его щеке, проведя по нему пальцами, как я и представляла, желая показать ему, что он не был менее привлекательным для меня из-за шрама.

–Некоторых возмущают все солдаты, но, в основном, эти люди злятся из-за войн на Земле, а не на солдат, которые воевали. Большинство наших людей относятся к солдатам с большим уважением.

Я улыбнулась, когда он вздрогнул от моих нежных прикосновений, и осознала, что своими действиями в свою очередь присваивала его.

–Неважно, были они ранены или нет.

Молчание мужчин вокруг меня было удушающим; я убрала руку и прочистила горло. Я осмотрела комнату странной формы. Она была круглой, с темным стеклом от середины стены до потолка. Пол был серым и гладким, словно мрамор. Я не видела двери или того, что происходило снаружи. Мы могли находиться на космическом корабле или в сотнях метров под землей. Я не могла этого знать.

–Так почему мы здесь? Зачем вы притащили меня в это ужасное место?

Комната не была ужасной, но, судя по тому, что они рассказали о Колонии, это явно был не Диснейленд. Я могла только представить, как выглядел мир снаружи этой комнаты.

–Не волнуйся, подруга. Мы будем здесь только до тех пор, пока не убедимся, что с тобой все в порядке,–пообещал Андер.

Он поднялся и встал рядом со мной, но был таким высоким, что ему пришлось согнуться в талии, чтобы заглянуть мне в глаза.

–Корабль ждет, чтобы доставить нас на линкор Дестон. Но прежде, чем мы уедем, тебя должен осмотреть доктор, чтобы убедиться, что ты готова к церемонии присвоения.

Я оценила состояние своего тела. Раны от картечи больше не болели. На самом деле, я чувствовала себя так, словно этого и не было вовсе. У меня не было никаких других жалоб, хотя я чувствовала небольшую боль между бедрами. Я покраснела, думая о том, как пальцы Андера заполнили меня. Трахали меня. Доводили меня до оргазма снова и снова. Нет, это еще было не все. Он прижал свой рот к моей киске и лизал мой клитор, сосал его, щелкал по нему языком, даже покусывал его, пока я не кончила. Моим последним воспоминанием о Земле было то, как я лежала на коленях у Найала в центре обработки, и оба моих партнера доводили меня до оргазма своими ртами.

Боже, Земля. Я больше не была на Земле. Эта мысль промелькнула в моей голове и быстро исчезла, потому что Андер нависал надо мной, а Найал придвинулся и прижался горячим телом к моей спине. Я была окружена и больше не могла видеть другого мужчину в комнате. Я не скучала по нему. Меня раздражало его отношение, его сомнение в моих способностях исключительно потому, что я была женщиной.

–Я в порядке. Мне не нужен осмотр доктора.

–Нет, нужен,–возразил Андер.

Он выпрямился и подошел к столу в нескольких шагах за Найалом, который я не заметила раньше. Андер поместил руки на твердую поверхность. Доктор, который все еще был здесь, начал извлекать странные предметы с полок, расположенных вдоль стены. Впервые осмотревшись по сторонам, я поняла, что мы находимся в процедурной комнате, и они собирались осмотреть меня. Все трое.

Это было совсем не то же самое, что «взгляните на шрамы у меня на спине». Это был медицинский осмотр.

Судя по тому, как Андер смотрел на меня, он не собирался менять свое мнение. Я подняла подбородок, чтобы взглянуть на Найала в надежде, что он поймет.

–Я в порядке. Правда.

Он поднял руки и обхватил мое лицо, повернув мою голову к себе.

–В тебя стреляли, Джессика, и тебя излечили палочкой РеГен двадцатилетней давности. Нам следовало подождать, прежде чем начать процесс связывания, но мы не могли предвидеть, насколько сильной будет твоя реакция. Мы не дали тебе возможности оправиться от нашего семени и переправили тебя через всю галактику. Мы не знаем, была ли ты повреждена во время транспортировки. Я не доверяю старой палочке РеГен, которая была использована для регенерации твоей плоти, а также для залечивания любых невидимых повреждений. Кроме того, нам нужно знать степень серьезности других твоих травм.

–Каких других травм? Я в порядке.

Я прищурилась. О чем, черт возьми, он говорит? У меня не было никаких других травм.

–На тебе много шрамов, моя невеста-воительница. Я не знаю, была ли ты полностью излечена от твоих боевых ран. Мы должны знать, сможешь ли ты без риска выносить ребенка. Сможем ли мы трахать тебя так, как нам захочется. Ты приняла семя, которое мы извергли на тебя. Связывание началось, но твоя реакция была очень …–его глаза потемнели от желания, которое я уже распознавала в глазах своего партнера,–… обостренной.

–Это плохо?–спросила я, сбитая с толку. Им что, не нравились страстные женщины?

–Мы знали, что реакция твоего тела будет уникальной, но ощущения, которые ты испытала, когда мы втирали наше естество в твою кожу, побледнеют по сравнению с интенсивностью, которую ты испытаешь, когда мы поместим наше семя глубоко в твое тело.

Боже, у меня случится чертов сердечный приступ, если все будет еще интенсивнее. При этой мысли моя грудь налилась, и я знала, что мои партнеры встретят гостеприимную влагу у меня между ног.

Андер глубоко вдохнул и чуть не зарычал через всю комнату. Он мог чувствовать, какой я была мокрой, черт побери. Как они это делают? Я сжала ноги, но знала, что это бесполезно.

–Иногда мы будем брать тебя больше одного раза.

Я покачала головой, пытаясь разобраться в том, что случилось со мной за последние несколько часов. Я помнила, как Найал держал меня, трогал меня. Помнила, как была поражена, увидев рот Андера на моей киске, как почувствовала жар их семени, когда они сжали члены в руках и залили меня своей первобытной «заявкой».

После этого… все вокруг стало нечетким. Я пыталась вспомнить, кто из них схватил меня за бедро, кто посасывал мои соски, чьи руки были в моих волосах, и чьи пальцы внутри меня… все слилось воедино… в удовольствие, такое сильное, что я не могла дышать. Я была потеряна, утонула в этом удовольствии, утонула в этих мужчинах. В моих мужчинах, если верить их утверждениям. В моих партнерах. Я подняла глаза и увидела, что Найал пристально смотрит на меня.

–Ты все еще ощущаешь нашу связь, подруга. Не пытайся отрицать свое желание. Ты кричала в моих руках, твои хриплые крики удовольствия все еще звучат в моих ушах. И хотя мне приятно знать, что ты так… захвачена нашей связью, твоя реакция не похожа на ту, что ожидают от невесты Приллона.

Я вспыхнула. Я чувствовала, как жар румянца покрывает мое лицо и шею. Мне не нужно было напоминать, как сильно мне понравилось то, что они сделали со мной. Понравился каждый поцелуй, каждая ласка. Но когда мне сказали, что моя реакция не была нормальной, это только подтвердило то, что я сама уже подозревала. Я не годилась в принцессы. Если я не могу выдержать интенсивного воздействия их инопланетного семени на своей коже, им следует поискать невесту в другом месте. Я потеряла контроль и… должно быть, потеряла сознание, потому что не помнила ничего больше. И они даже не трахнули меня!

Они доводили меня до оргазма снова и снова, и наслаждение было таким интенсивным, что я полностью потеряла себя. Я забыла, где находилась, и мне было все равно. Я потеряла контроль над собой, и это было опасно. Я бы позволила им делать с собой все что угодно.

Все что угодно. Я, вероятно, даже умоляла бы их о большем.

–Это не значит, что меня нужно осмотреть. Это значит, что у вас это хорошо получается.

Я выговорила последнюю фразу с трудом, признаваясь, как он и Андер действовали на меня. Если меня будут осматривать, так это должен быть психиатр. Ни одна женщина не должна чувствовать такую сильную привязанность к двум мужчинам, которых она только что встретила. Ни одна женщина не должна была позволить им делать то, что я позволила сделать с собой. Нет, не просто позволила. Умоляла о большем.

–Мы еще не трахнули тебя,–сказал Андер, как если бы мне нужно было об этом напоминать.–Но мы сделаем это. Скоро.

Я посмотрела на доктора и бросила на Андера предупреждающий взгляд, но он, казалось, не смутился, как я.

–Я в порядке.

–Если ты так… перевозбуждаешься лишь от моих пальцев и моего рта, от нашего семени на твоем животе и груди, возможно, мы можем навредить тебе, когда в тебя войдут наши члены.

–Андер,–выдавила из себя я, уж очень мне хотелось, чтобы он заткнулся прямо сейчас.

–Он говорит правду,–добавил Найал.–Мы должны защищать тебя, а не вредить тебе. Мы должны убедиться, что ты достаточно здорова, чтобы мы могли присвоить тебя, как полагается.

Он встал, взяв меня на руки, и посадил на стол.

–Что ты имеешь в виду, как полагается?

Что это может быть, помимо секса? Если быть полностью честной с собой, я не была так уж против того, чтобы оседлать огромный член Найала, или против того, чтобы по очереди брать их члены в рот, пробуя на вкус их семя, пока оргазм бушует в моем теле.

–Меня осматривают уже второй раз.

Стол был похож на стол в центре обработки, где Страж Эгара убрала куски металла из моей спины и бедра и использовала тот удивительный зонд для исцеления.

–Если бы со мной было что-то не так, Страж Эгара заметила бы это.

–Это не правда,–сказал Андер.–Мы дали тебе наше семя, наше удовольствие уже после.

Его огромные руки открыли покрывало, чтобы обнажить мое тело для доктора. Но с исчезновением гнева я обнаружила, что осмотр мне невыносим. Я не хотела, чтобы врач смотрел на меня, не говоря уже о том, чтобы трогал.

–Андер!

Я вцепилась было в одеяло, но он схватил меня за руки и встал в головах стола, потянув меня в лежачее положение и крепко удерживая мои запястья в одной из своих больших ладоней. Мои руки были над головой, спина выгнулась, и груди устремились вверх.

Подняв глаза, я с прищуром посмотрела на это животное.

–Отпусти меня!

Он медленно покачал головой.

–Тебя осмотрят. Наша задача–обеспечить твою безопасность и благополучие.

Найал встал рядом со мной и наклонил голову.

–Мы будем трахать тебя, Джессика. Часто и основательно. Доктор должен убедиться, что ты сможешь вынести требования своих партнеров.

Андер понюхал воздух.

–Ты чувствуешь ее запах?

Найал перевел взгляд на Андера.

–Да. Интересно.

Я пыталась вырваться из хватки Андера, но знала, что это бесполезно. Я все равно пыталась. Врач, черт бы его побрал, молча стоял у подножия стола. Очевидно, он ждал разрешения, чтобы начать.

–Что такого интересного, черт побери?–спросила я.

Найал изогнул бровь от моего злого тона. Это не его прижимали к столу в голом виде перед совершенно незнакомым мужчиной.

–Интересно то, что тебя это возбуждает.

–Нет!

Я возразила, но мои соски превратились в твердые пики. Я крепко сжала бедра вместе, сопротивляясь. Возможно, если я сомкну их, мои партнеры не смогут почувствовать запах, показывающий, что крепкая хватка Андера делает с моим телом. Логика, стоящая за всем этим, была совершенно нелепой, и это сбивало меня с толку. Каким-то образом в глубине души я осознавала, что если эти мужчины собираются заявить свои права на меня, то мне необходимо знать, что они сильнее меня. Я провела свою жизнь, защищая других людей, и еще не встретила мужчины, который заставил бы меня почувствовать, что он действительно мог бы защищать меня лучше, чем я сама.

Андер мог удерживать меня в лежачем положении всего лишь одной крепкой хваткой. Какую-то часть меня это доминирование злило, и мне хотелось отбиваться, вырываться из его хватки. Но другая часть меня, та часть, которую я хранила глубоко в душе–кричащая девочка, которая хотела, чтобы мир снова стал безопасным местом? Она пробуждалась сейчас, надеясь освободиться. Чем больше я боролась с ней, тем более дикой она становилась внутри, пока властные прикосновения Андера не породили гражданскую войну между моим сердцем и разумом. Я дернулась вверх, и мое сердце стучало так громко, что я была уверена, что в соседней комнате был слышен его стук.

Мне необходимо было знать: что бы я ни сделала, Андер будет там, достаточно сильный, чтобы контролировать меня, контролировать мир вокруг меня.

Найал перехватил мои извивающиеся бедра толстым черным ремнем и прикрепил его к столу, чтобы я больше не могла их приподнять. Когда я попыталась брыкнуться, он поднял обе мои ноги в стремена, которые доктор вытянул из-под стола. Без сомнения, он скрывал их, потому что, если бы я увидела их раньше, я бы бросилась к двери. Они, конечно же, были похожи на те, что были в кабинете моего гинеколога. Найал привязал мои лодыжки к толстому металлу. Закончив, он посмотрел на Андера.

–Тебе нужны ремни для ее рук?

Андер усмехнулся и наклонился, чтобы прошептать свой ответ мне прямо в ухо.

–Нет. Мне нравится держать ее.

О, Боже. От этого мне стало по-настоящему горячо.

Найал ухмыльнулся; он использовал какой-то странный рычаг, чтобы отрегулировать стремена, широко раздвинув мне ноги–моя голая киска на виду, край задницы практически свисает со стола. Найал встал между моих ног вместо доктора, сунул один палец в мою киску, и я тяжело задышала.

–Она такая мокрая, Андер. Мы могли бы взять ее прямо сейчас, покрыть наши члены ее влажным соком, поиметь ее грубо и быстро.

Руки Андера напряглись на моих запястьях, но он не причинил мне боли. Я хотела извиваться, но даже этот маленький акт неповиновения не был мне доступен из-за тяжелого ремня на бедрах. Я была так зла, что хотела плюнуть в Найала и выцарапать ему глаза, но при этом ужас как завелась и надеялась, что он сбросит штаны и оттрахает меня, пока Андер будет держать меня и смотреть.

Что, черт возьми, со мной не так?

Найал повернулся к доктору и кивнул, прежде чем отойти, уступая тому место, чтобы он мог сделать то, что собирался сделать со мной. У меня не было надежды избежать того, что они планировали, что бы это ни было.

Я видела, как Найал слизывал сок моей киски со своего пальца, как будто я была на вкус как наисладчайший мед.

Решив не сдаваться, я повернулась, чтобы посмотреть, как приближался доктор. Вид у него был терпеливый и совершенно бесстрастный. Я не увидела ни возбуждения, ни излишнего рвения в его взгляде, и от этого мне стало легче. Но когда он взял в руки два фаллоимитатора, я выгнула спину и удвоила свои усилия, пытаясь разорвать железную хватку Андера.

Глава 10

Найал

Я наблюдал, как доктор приблизился к моей партнерше. Было нечто прекрасное в ее непокорности. Я всегда представлял себя рядом с послушной и уступчивой королевой, но теперь благодарил богов и протоколы процесса подбора за эту бунтарку, воительницу, которая готова бороться и не страшится шрамов своего партнера.

–Ни за что. Какого черта ты делаешь?–закричала она на доктора, но тот проигнорировал ее протест и разложил свои инструменты на маленькой полочке, которую выдвинул сбоку из стола.

–Что это за осмотр такой, если для него нужны эти… штуковины?

Он поднес руку к ее бедру, но она стала выгибаться и сопротивляться Андеру так отчаянно, что я испугался, как бы в ее сердце не лопнул кровеносный сосуд, если мы сейчас же ее не успокоим. Использование медицинского оборудования было необходимо, чтобы обеспечить ее выживание на Приллоне. Мне нужно было удостовериться, что мы не повредим ей, полностью присваивая ее. Кроме того, мы забрали ее с Земли без надлежащей обработки, и потому ей не вживили необходимые биологические импланты, которые позволят ей жить счастливой и здоровой жизнью на Приллоне.

Я поднял руку, и доктор отступил назад. Джессика судорожно хватала ртом воздух, когда я приблизился.

–Джессика, пожалуйста. Мы не причиним тебе боль. Доктор следует стандартному протоколу. Все невесты проходят через точно такое тестирование. Даю тебе слово. Доверься мне. Я бы не позволил ему причинить тебе вред.

–Чушь. Полный бред. Для медицинского осмотра не требуется никаких фаллоимитаторов, поганые вы извращенцы. Отпустите меня!

Она стала дергаться так сильно, что прибор, отслеживающий ее кровяное давление и пульс, начал тревожно пищать.

–Ей нужно успокоиться. Может случиться инсульт.

Слова доктора серьезно встревожили меня, и я понял, что настало время показать моей партнерше, что такое настоящая Приллонская дисциплина.

Я подошел и положил руку на ее грудь.

–Успокойся, Джессика. Осмотр необходим. Прекрати сопротивляться, иначе мне придется отшлепать тебя по заднице до жгучей красноты.

Она глянула на меня, выгибая спину в попытке вывернуться из хватки Андера.

–Что? Как трехлетнюю девочку? Нет. Отпусти меня.

–Доверься нам, партнерша. Доктор не причинит тебе боли,–это Андер попытался помочь,–Если доктор сделает тебе больно, он умрет, обещаю.

–Нет.

Она продолжила бороться, поворачивая голову и изгибая шею в попытке укусить мою руку и высвободиться.

–Я предупредил тебя, Джессика. Теперь я покажу тебе, что бывает за неповиновение партнеру.

Я убрал руку с ее груди и подошел к нижней части стола, где расположилась ее идеально круглая задница, а ноги были широко разведены и зафиксированы ремнями. Я нежно погладил ладонью ее гладкую, округлую плоть, чтобы она знала, где я нахожусь и где собираюсь ударить ее.

–Сейчас я отшлепаю тебя, потому что ты отказываешься слушать. Когда дело касается твоего здоровья и безопасности, Джессика, я не потерплю протеста.

Я встретил и удерживал ее взгляд, пока она не успокоила дыхание достаточно, чтобы сказать:

–Не смей.

Я ударил сильно и быстро, и она закричала, но от ярости, а не от боли.

–Это раз.

–Ублюдок.

–Это будет стоить тебе еще одного шлепка, Джессика. Тебе лучше научиться следить за своим языком.

Теперь я ударил ее всерьез, оставив на ягодице пунцово-красный след, и с удовлетворением отметил, что ее неудержимый словесный поток затих и превратился в немую ярость. Розовая киска призывно заблестела от влаги, когда мои пальцы принялись исследовать складки между ее ног, давая ей время привыкнуть к новому положению, принять меня в качестве своего господина, истинного партнера.

Как я и ожидал, эта пауза посреди урока позволила ее пламени снова разгореться.

–Это все? Если так, то дай мне встать и можешь убираться. Я все равно не позволю этому извращенцу-доктору трахать меня своими секс-игрушками.

Я встретился взглядом с Андером и кивнул ему, давая понять, чтобы тот держал Джессику крепче. Я скользнул двумя пальцами в ее мокрую киску и стал трахать ее ими, большим пальцем лаская клитор, доводя ее до грани, почти до пика, а затем убрал руку.

–Это всего лишь начало твоего урока, поскольку ты все еще позволяешь себе разговаривать с партнером с таким неуважением.

Из ее груди вырвался стон наслаждения, и я с удовольствием отметил, как ее пустая киска сжалась в отчаянном желании получить то, в чем я ей отказал.

–В этот раз ты будешь считать, Джессика. Считай до двадцати, пока я буду наказывать тебя за непослушание. Когда мы закончим, я снова приглашу доктора продолжить осмотр.

–Я не хочу осмотра.

Ее грудь вздымалась, прекрасное тело было открыто нашим взорам. Я еле сдерживался, чтобы не сбросить штаны и не трахнуть ее прямо здесь, на краю этого стола. Но мы были тут не за этим. Доктор должен был установить биологические импланты, а также проверить ее здоровье, перед тем, как мы с Андером полностью овладеем ею. Я не хотел терять время на ее упрямство и сопротивление стандартному медицинскому осмотру.

–Я знаю. Но это необходимо. Ты позволишь доктору сделать свою работу, или я буду шлепать тебя, пока до тебя не дойдет. Это понятно?

–Иди к черту.

Я просунул три пальца в ее киску, жестко и глубоко, доставая кончиками до самой задней стенки. Глухо вскрикнув, она изогнула спину, а ее киска сжалась вокруг моих пальцев. Я массировал ее клитор, пока она не начала всхлипывать, но не дал ей кончить. Она сдастся мне полностью и во всем, а иначе не сойдет с этого стола.

–Не забудь считать, Джессика. Я вынул пальцы и снова начал шлепать ее голую задницу. Она начала считать только на третьем ударе.

–Три.

–Начинай считать сначала, партнерша. Мы начнем с «раз».

Она вздрогнула, когда я снова ударил ее, но прошептала слово, которое я хотел услышать.

–Раз.

Шлеп.

–Два.

Шлеп.

Я продолжил до двадцати, и ее задница приобрела роскошный красный оттенок, пульс бешено скакал. Она дрожала, выгнув спину, из глаз лились слезы. Когда я закончил, ее голос превратился в прерывистые всхлипывания, но она была спокойна и покладиста в руках Андера.

Я вернулся на свое место сбоку от нее, положив большую ладонь ей на грудь. Она смотрела в сторону, стараясь не встретиться со мной взглядом.

–Теперь ты готова разрешить доктору осмотреть себя, партнерша?

–Я не понимаю, зачем это нужно.

Она была недовольна, но слушала.

–Доктор должен проверить твою нервную систему, чтобы удостовериться в ее нормальной работе. Тебе необходимы некоторые импланты, чтобы жить в нашем мире. Также он проверит твою репродуктивную систему и проведет обследование на предмет болезней.

–Что это? Какие импланты?

Она содрогнулась, ожидая моего ответа. Правда была в том, что я и сам точно не знал, как все это работает, поэтому повернулся к доктору.

–Доктор? Пожалуйста ответьте на вопрос моей партнерши.

Доктор сделал шаг вперед, но Джессика дернулась в руках Андера, и он остановился на месте, начав говорить.

–Вам не был вживлен полный комплект биопроцессорных имплантов Приллона. Это необходимо сделать.

–Что это значит?

Доктор кивнул головой.

–Наши технологии перерабатывают всю материю в ее изначальную форму. Одежда, которую мы носим, пища, которую едим, отходы наших тел–все это утилизируется и используется нашими системами. Приллонским детям вживляют нужные импланты при рождении. Но так как вы с Земли и не прошли полную обработку перед… несостоявшейся транспортировкой, вы не обладаете имплантами, необходимыми для жизни на наших военных кораблях.

Он широко развел руки и сделал неуверенный шаг вперед.

–Клянусь честью Приллонского воина и доктора, я не причиню вам вреда.

–Хорошо. Делайте то, что положено.

Она закрыла глаза и отвернула голову; челюсти были напряжены, но руки расслаблены под хваткой Андера. Он наклонился над нашей невестой и нежно поцеловал ее, убирая губами слезы с ее щек.

–Хорошая девочка, Джессика. Не волнуйся, подруга. Я не дам тебя в обиду. Даю слово.

Я снова встал сбоку от нее, на расстоянии вытянутой руки от доктора и с видом на нежную розовую киску Джессики. Я доверял доктору, но только до определенной границы. Мы находились в Колонии, и я не мог быть до конца уверен в его преданности. Одно неверное движение, проблеск вожделения в глазах, и я снесу ему голову с плеч. Он взглянул на меня, держа наготове первый инструмент. Я положил руку Джессике на бедро, давая понять, что стою здесь и охраняю ее.

–Начинайте, доктор.

Доктор широко раздвинул распухшие половые губы Джессики, и я не мог оторвать глаз от вида, представшего моим глазам, пока он готовился ввести внутрь ее тела длинный толстый сканер для проверки репродуктивной системы и тестирования на болезни. Регулируемая насадка была призвана проверить нервную систему моей партнерши и реакцию на сексуальное стимулирование, но она еще не была подсоединена к чувствительному клитору Джессики. Я знал, что все это у Джессики работало отлично, ее отклик на рот Андера между ног был более чем убедителен. Однако протоколы должны быть соблюдены, иначе она не будет принята в качестве Приллонской невесты. А Джессика будет не просто Приллонской невестой, а Приллонской принцессой.

Доктор надавил, и толстый внушительный прибор вошел в мокрую киску моей партнерши, растягивая и раскрывая ее. Тихий стон Джессики вызвал у меня каменную эрекцию. Длинный зонд размером почти с мой собственный член медленно исчезал в ее жадных розовых складках. Станция обработки данных на стене начала отображать цифры и другую информацию, которую я не понимал, но доктор, считав данные, одобрительно кивнул. Затем он взял второе устройство, которое, как я знал, предназначалось для попки Джессики. Оно было намного меньше члена Андера и было призвано проверить ее готовность к одновременному совокуплению с обоими партнерами–единственному способу установить между нами настоящую связь.

Я провел рукой по гладкому бедру Джессики, чтобы она почувствовала мое присутствие и чтобы напомнить себе, что она реальна и принадлежит мне. Как же я хотел, чтобы этот осмотр быстрее закончился.

Доктор должен был вручить нам брачные ошейники, но не раньше, чем Джессика успешно пройдет медицинскую проверку. Без моего ошейника на шее каждый мужчина в Колонии будет считать себя вправе посоперничать со мной за нее.

И они будут соперничать. Я уже слышал, как воины собираются и топчутся с другой стороны стекла, наблюдая за осмотром моей прекрасной партнерши. Они имели право быть свидетелями, и я не сомневался, что по крайней мере один из них бросит мне вызов. Единственный вопрос, который крутился у меня в голове, скольких из них нам с Андером придется убить прежде, чем мы вывезем нашу партнершу с этой планеты.

***

Джессика

Я была пристегнута к смотровому столу, распахнута и открыта доктору, который вставил гигантский дилдо в мою сочащуюся влагой киску. Я не знала, что будет происходить дальше, но Андер не ослабил захват на моих запястьях, а шершавая ладонь Найала теперь поглаживала внутреннюю сторону моего бедра вниз и вверх, будто он ласкал котенка.

Я не вполне осознавала, что со мной только что произошло, но кожа на моих ягодицах саднила, я была полностью унижена, и так нуждалась в прикосновении Найала, в его спокойном контроле, что мне нетерпелось сползти со стола прямо в его объятия. Впервые за многие дни, даже недели, мой ум был спокоен и ясен, страх ушел. Я чувствовала умиротворение.

Согласно моим представлениям, я должна была разозлиться на него за такое обращение со мной, за его наказания и требования быть послушной. Но вместо этого его прикосновения разожгли во мне еще большую жажду, и мне хотелось, чтобы доктор оставил нас наедине, чтобы внутри меня оказался член Найала, а не этот твердый зонд. Однажды я уже испытала невероятное блаженство от связи с моими партнерами через их семя, и теперь нуждалась в нем так отчаянно, что могла бы устыдиться, если бы прямо сейчас мне не приходилось иметь дело с еще более унизительными вещами. Например, с пальцем доктора, который исследовал тугое девственное отверстие моей задницы, а затем стал проскальзывать внутрь при помощи какой-то теплой и вязкой смазки.

Я охнула.

Я знала, какие ощущения бывают от нанесения смазки, но вместо холодного желе, к которому я привыкла в кабинете моего доктора, здесь была жидкость, похожая на теплое масло, и она полилась внутрь моей попки, покрывая все внутри субстанцией, еще больше обострившей мою чувствительность.

Когда круглая головка второго прибора начала штурмовать мое тело, я поняла, что держать глаза закрытыми было не лучшим решением. В самом деле, из-за этого я просто фокусировалась на каждой детали, от меня не ускользало ни малейшее ощущение. Я могла отследить частоту дыхания Андера и слышать быстрый стук его сердца. Найал, стоявший рядом со мной, казался настороженным и бдительным, а еще он будто испытывал гордость, словно демонстрировал мою киску толпе, как трофей.

Бесстрастный доктор творил со мной такие вещи, которые мне не доводилось испытывать прежде. Когда странное устройство начало входить в мой зад, я сжала дырочку, сопротивляясь, желая помешать проникновению.

Найал ударил меня по внутренней поверхности бедра одним быстрым резким шлепком, и у меня перехватило дыхание от неожиданности и жара, ударившего в кровь.

–Прекрати сопротивляться Джессика. Дай ему сделать то, что нужно, чтобы мы смогли наконец уйти.

Я открыла глаза и наткнулась на пристальный взгляд Андера, наполненный таким необузданным желанием, что я застыла, не в силах оторваться от него.

–Твоя задняя дырочка девственна, не так ли?

Вопрос прозвучал непристойно и многозначительно.

Я залилась краской и кивнула.

В ответ из глубины его груди раздалось рычание.

Я облизнула губы.

–Андер. Отвлеки меня.

Он улыбнулся. Боже, какой красавец! Сильная челюсть, пронзительные глаза, неукротимый взгляд. Я могла забыться, просто глядя на него, но этого было недостаточно.

–С удовольствием!

Продолжая держать меня, он перехватил руки, чтобы встать сбоку от стола напротив Найала и иметь возможность наклониться ко мне. Даже не успев занять новую позицию, он опустил голову и поцеловал меня как одержимый. Его поцелуй воспламенил меня, и я расслабилась, пока доктор растягивал и раскрывал мое отверстие, вводя внутрь то второе устройство медленными осторожными толчками. Я была заполнена до отказа и чувствовала, что взорвусь, если мне не позволят или кончить, или покончить с процедурой.

Пока Андер целовал меня, Найал накрыл свободной ладонью мою грудь, пощипывая сосок и крепко сжимая ее, так что я выгибалась навстречу его властной руке. Второй рукой он скользнул с бедра к моему клитору и водил вокруг него, поддразнивая, пока я снова не начала вырываться из крепкой хватки Андера–уже не потому, что хотела вскочить со стола, но потому, что мне нужно было больше, чем они позволяли мне получить.

Большие пальцы Найала широко раздвинули мои половые губы вокруг дилдо, а язык Андера скользнул глубоко в рот. В этот момент я почувствовала, как к клитору подсоединили странное присасывающееся устройство. Это не были губы Найала–я помнила, как это ощущалось, когда мужчина сосал меня там, внизу, пока я не закричала. Это же ощущение было странным, будто от вакуумной насадки, сделанной из мягкой резины. Я попыталась оторвать свой рот от Андера и спросить, что происходит, но он отказал мне в этом, еще больше наваливаясь на верхнюю часть моего тела, так что я почувствовала себя в западне. Теперь меня удерживали не только ремни и его руки, но и огромный размер и грубая сила его тела.

По правде говоря, мне не так уж и хотелось разбираться, потому что меня снесло волной ощущений. Я забыла про доктора и его дурацкий осмотр. Я думала только о двух моих громадных воинах, их руках и ртах, и о твердых толстых предметах, вторгшихся в мою киску и задницу. Да, в задницу. Должна была признать, что, несмотря на неудобство, это только усилило возбуждение, струившееся через тело.

Найал заменил руку на моем соске своим ртом, а доктор, похоже, включил что-то, потому что посасывание на моем клиторе стало быстрее. Сосет. Отпускает. Сильнее. Отпускает.

Устройство к тому же начало вибрировать, а Найал протянул руку мне между ног и стал вынимать большой длинный фаллоимитатор из моей киски и вставлять его обратно.

Он увеличил темп, трахая меня этой штуковиной, в то время как вторая машина обрабатывала клитор с запрограммированным мастерством, доводя меня до безумия. Она будто знала, когда ко мне приближался оргазм, и останавливалась в последний момент, не давая кончить.

Это продолжалось и продолжалось. Когда доктор начал трахать вторым дилдо мою задницу, я застонала подо ртом Андера; мне не оставалось ничего, кроме как отдаться моменту и отчаянию, которое вырывалось из-под контроля в моем теле.

Я больше не была собой. Осталось только мое тело, сгусток нервных окончаний и вожделение без имени и воспоминаний. Я принадлежала моим партнерам, и они могли делать со мной, что пожелают. Эта идея пугала, но их единственным намерением было доставить мне удовольствие.

Андер выпустил мой рот, и я повернула голову набок, пытаясь перевести дыхание, в то время как оба прибора входили и выходили из моего тела, а вибрирующая сосущая насадка увеличивала силу и скорость.

Я открыла глаза и увидела в нескольких сантиметрах лицо склонившегося надо мной Найала, который напряженно смотрел на меня.

–Ты хочешь кончить, подруга?

Он почти полностью вынул дилдо из моей киски, держа его прямо возле входа, намеренно дразня меня.

Я практически зарыдала. Там теперь было пусто, так пусто.

–Да.

–Попроси как следует, Джессика.

Он до боли сдавил мой сосок, так что моя пустая киска сжалась в болезненном спазме.

–Пожалуйста,–я посмотрела в его глаза, отливающие золотом и серебром, и дала ему то, чего он хотел, повторяя это слово, будто заклинание:

–Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

Рука Андера скользнула от моего запястья к плечу, и будто теплым одеялом накрыла горло, но не сдавливала: этот жест просто давал понять, что я принадлежу ему, нахожусь под его полным контролем, и что мне не остается ничего, кроме как подчиниться.

–Кончи для нас. Кончи сейчас.

Голос Найала стал таким глубоким, каким прежде я его не слышала. Слова прозвучали, как неоспоримый приказ.

Мое тело мгновенно отозвалось взрывом и криком наслаждения. Казалось, теперь этому не будет конца, потому что каждый раз, когда я думала, что выхожу из оргазма, Андер врывался в мой рот, пробуя и исследуя, Найал и доктор продолжали трахать меня своими приборами, а присоска на клиторе сосала еще сильнее, оттягивая плоть и вибрируя так мощно, что я выгибалась дугой и кончала, снова и снова.

Я потеряла счет времени, но когда все наконец закончилось, с моего изможденного тела лился пот. Андер нежно убрал волосы с моего лица, а Найал стоял будто страж надо мной, не переставая гладить мой живот и бедра, давая понять, что он рядом.

–Итак, доктор?

Отрывистый вопрос Найала вывел меня из оцепенения. Мне тоже хотелось знать, что доктор собирался сказать обо всем этом.

–Она справилась очень хорошо, мой принц.

Он вытащил дилдо из моей киски, увлекая за собой и странную штуковину с клитора.

–На самом деле, уровень отклика ее тела намного выше, чем у большинства Приллонских невест.

Я хотела закатить глаза, но удержалась и просто закрыла их, пока Найал снимал мои ноги с подставок и освобождал бедра от ремня.

–Установка имплантов прошла успешно? Она готова к транспортировке на военный корабль?

Прикосновения Андера стали невероятно нежными, когда он начал массировать мои виски, в которых располагались нейростимуляторы. Затем его руки зарылись в мои волосы и стали растирать кожу головы.

–Да. Импланты полностью готовы к работе.

Я совсем забыла про эту часть осмотра. Пока меня удовлетворяли, доктор вживил мне Приллонские импланты. Куда-то. Боже, оргазм работает лучше, чем анестетик.

–Она готова.

Я открыла глаза и нахмурилась.

–Хм, думаю, вы кое-что забыли.

Смущаясь, я указала себе между ног, где в моей заднице все еще находился твердый предмет.

Легким движение Найал провел пальцем по моей щелке и подтолкнул предмет.

–Нет. Эта пробка останется в твоей заднице.

Я приподнялась на локтях.

–Что? Зачем?

–Потому что ты должна быть растянута для наших членов. Мы возьмем тебя… вместе, Джессика.

–Ты еще не видела мой член,–сказал Андер, и я повернулась к нему.

–Могу тебя заверить, он намного больше, чем эта игрушка. Найал возьмет твою киску–он имеет на нее единоличное право, как твой основной партнер. Я не буду трахать тебя туда, пока ты не забеременеешь его ребенком. Но я буду трахать твою задницу, что является моим правом и привилегией в качестве твоего второго партнера.

Я подумала о члене Андера, и мне пришлось поверить, что он такой же большой, как и все его тело. Мое отверстие сжалось, обхватывая инородный предмет, глубоко проникший и раскрывавший меня. Дырочка не закрывалась, и я чувствовала себя … переполненной. Какие же ощущения будут от члена Андера?

–Я не хочу, чтобы эта штука оставалась внутри меня. Это неудобно,–прокомментировала я.

–Она причиняет тебе боль?–спросил Андер изменившимся от беспокойства голосом.

–Доктор,–прорычал он.

Не было сомнений, что Андер сломал бы доктору шею, если бы устройство, которое тот вставил, причиняло мне вред.

Я подняла руку.

–Нет, оставь его. Мне не больно, просто… странно. У меня раньше никогда ничего не было…–я откашлялась,–там внутри.

Тут Андер улыбнулся.

–Я буду очень рад стать первым, партнерша. Пробка останется внутри. Ощущая, как этот длинный твердый предмет растягивает тебя, представляй себе, что я трахаю тебя туда, представь мой член, наполняющий тебя, в то время как Найал берет твою киску.

Его слова разбудили во мне опасный жар: я вообразила, как оседлаю твердый член Найала и подниму задницу, предлагая Андеру тоже взять меня, подвести к черте, за которой я потеряю всякий контроль.

Я не была монашкой и посмотрела достаточно порно, чтобы знать, о чем он говорил. От мысли оказаться между двумя такими мощными мужчинами моя дырочка снова судорожно сжалась вокруг пробки. Я закусила губу и отвела взгляд в сторону–моя киска опять стала мокрой. Мне хотелось угодить Андеру, и я не стала протестовать против пробки в заднице. Я хотела, чтобы они трахнули меня, поделили между собой и набили меня до отказа своими членами. Если, чтобы добиться желаемого, мне придется немного походить с этой штукой внутри, то я сделаю это.

Мое желание отдаться им обоим казалось мне странным. Я была современной, преуспевающей, эмансипированной женщиной. Я не поклонялась мужчинам и ни от кого не принимала всякого дерьма. Так почему же мысль оказаться полностью подчиненной двумя моими партнерами так чертовски возбуждает меня? Идея отдать кому-то полный контроль над собой была постыдной. Позволить отшлепать себя–это то, против чего еще несколько дней назад я боролась бы до последней капли крови.

Но теперь, когда я познала это ощущение забвения и освобождения, передав им контроль, я знала, что буду жаждать его снова и снова. Черт, быть может, я всегда его жаждала. Но до этого момента, до Найала и Андера, я не встретила достойного мужчины, достаточно сильного, сильнее меня–того, кому можно сдаться.

Мои мысли удивили меня, ведь прежде я бы никогда не подчинилась мужчине таким образом. Я хотела дать себе волю и уступить контроль. Хотела знать, что могу доверять им, что они смогут позаботиться обо мне. И что шокировало больше всего, я хотела угодить им обоим, свести с ума, заставить отчаянно желать удовольствий, которые предлагало мое тело. Я хотела быть всем, что им нужно. Всем.

Доктор протянул три длинных черных ленты, и Найал принял их и сжал в кулаке.

–Спасибо.

Доктор занервничал, и мне показалось, что я услышала что-то–глухие удары, как будто по ту сторону стены кто-то боролся. Он проговорил:

–На вашем месте я бы поторопился.

Найал повернулся ко мне и протянул руку Андеру, который взял одну ленту и поднес ее к шее. Найал сделал то же самое, положив третью ленту на стол рядом со мной. Я удивилась, зачем они надели эти черные чокеры, но ленты у меня на глазах поменяли цвет на насыщенный темно-красный и, казалось, вплавились в кожу мужчин так, что стали больше похожи на татуировку, чем на ошейник.

Найал снова взял третью ленту, а Андер помог мне сесть–осторожно, не забывая про штуковину в моей заднице.

–Это для тебя, партнерша.

Я дрожащими пальцами взяла черную ленту.

–Что это?

–Наш брачный ошейник. Он отмечает твою принадлежность нам на период заявления прав. Никакой другой воин не сможет приблизиться к тебе или попытаться украсть тебя у нас. Эти ошейники свяжут нас воедино, в семью.

Я взглянула на кажущуюся безобидной черную полоску в своей руке и осознала, что на самом деле я держала. Это была их версия обручального кольца. Присвоение навсегда. Большая жирная отметка на теле женщины, сообщавшая: занята.

И они даже не спросили меня. Серьезно? Я не была одной из тех девушек, которые ждут большого представления от предложения руки и сердца, но было бы неплохо, чтобы меня хотя бы спросили, согласна ли я. А как же полагающаяся речь, как там ее–«Я люблю тебя и хочу быть с тобой вечно»? После всего того, что они только что со мной сделали, а вернее, позволили доктору сделать со мной, у меня не было настроения принимать еще одну порцию насилия и принуждения. В моей заднице была пробка, потому что им так хотелось и потому что я была достаточно честна с собой насчет собственного желания быть трахнутой ими обоими хотя бы разочек, но это…?

Я сомкнула кулак вокруг ленты и опустила его на колени.

–Нет.

Найал сердито глянул на доктора, который отступил назад, бормоча что-то про поединки и убийства. Я могла бы попытаться разобрать его слова, но была слишком занята, пытаясь вызывающим взглядом приструнить двух огромных властных инопланетян.

–Надевай, сейчас же.

Губы Найала превратились в тонкую полоску, глаза сузились в попытке внушить мне страх и заставить подчиниться.

–Джессика, по Приллонским законам я не могу заставить тебя надеть мой ошейник. Однако, если ты не наденешь его прямо сейчас, ты подвергнешь себя риску.

Я сердито уставилась на него в ответ. Серьезно? Он только что позволил доктору трахнуть меня парочкой дилдо и волшебной сосущей насадкой в стране сексуальных фантазий, а сейчас ожидает, что я соглашусь принять предложение, которого он мне даже не сделал? Я оглядела комнату. Нет. Не видно никаких громадных монстров, готовых сразить меня за отказ от его не-предложения. Только я, мои партнеры и доктор, который уже сделал со мной все, что только возможно. Они не запугают меня и не заставят подчиниться. Не в этом случае.

–Там, откуда я родом, когда мужчина просит женщину,–позволь мне повторить это ключевое здесь слово, просит женщину стать его женой,–он обычно опускается на одно колено и выдает ей чертовски вескую причину принять его предложение.

Найал приподнял бровь, но на этом все и закончилось.

–Надень ошейник.

–Нет.

–Надень ошейник на шею прямо сейчас.

–Попроси как следует, Найал.

Я бросила ему в лицо его же собственные слова и скрестила руки на обнаженной груди. Я больше не смущалась своей наготы и восседала, будто королева перед подданными. В моем теле не было ничего, на что трое мужчин в этой комнате не насмотрелись предостаточно, а моя задница и киска все еще горели и пульсировали после оргазма. Наверняка стол подо мной был скользким и мокрым.

Андер, сидевший рядом, поднялся с места и, не обращая на меня внимания, повернулся туда, где, очевидно, был дверной проем. Серебристые глаза Найала стали черными как угли, но мне было плевать, что он злится. Я тоже злилась.

Сначала его глупый отец отказал мне в транспортировке, потом меня выследил Улей и чуть не убил мой старый наставник. Найал спас мне жизнь, но хитростью заставил меня быть с ними обоими сразу после того, как меня подстрелили. Они забрали меня с моей планеты, привязали, отшлепали, трахнули странным медицинским оборудованием и заставили потерять над собой контроль перед полным незнакомцем. Я проявила гибкость, адаптируясь к ситуации. Я согласилась со всем, что они хотели, вопреки здравому смыслу. И теперь я не собиралась принимать предложение этих неандертальцев, которые не удосужились даже спросить меня!

Я смело отвечала на его взгляд, ожидая, когда он наконец поймет, чего я от него хочу, что мне от него нужно. Его плечи опустились, глаза снова стали серебристыми.

–Чего ты хочешь, Джессика?

Я увидела капитуляцию в его глазах и почти смягчилась. Но черт возьми! Я хотела получить настоящее предложение. После всего, через что они уже заставили меня пройти, я заслужила хотя бы это. Не то что я собиралась сказать «нет». У меня не было дома, не было жизни, к которым я могла бы вернуться. Если бы я вернулась домой,–что, вероятно, уже все равно невозможно,–то была бы мертва меньше чем через неделю.

И еще, как ни больно мне было в этом признаться даже себе, я бы невероятно сильно скучала по этим двум воинам. Мы были знакомы всего несколько часов, но я уже ощущала их своими.

Я смотрела в непонимающие глаза Найала, прикидывая, как бы объяснить ему, чего я хочу, и не казаться при этом законченной сентиментальной идиоткой. В этот момент дверь слетела с петель, и в комнату ворвались два огромных воина.

У самого большого была такая же серебристая кожа, как у Найала, но серебро покрывало его грудь и шею, а не лицо. Глаза были теплого коричневато-медового цвета, но над правым глазом в плоть было вживлено странное металлическое приспособление вроде второй брови. Он даже не посмотрел на меня, сразу взглянув на Найала.

–Я вызываю тебя на поединок за право закрепить за собой эту земную женщину в качестве моей невесты.