Джессика

Черт, а парень умел целоваться. Это был не робкий поцелуй. Это было не просто прикосновение его губ к моим. Он не торопился. Как он и сказал, это был поцелуй мужчины, который пересек всю галактику, чтобы заявить права на меня. Он прибыл с планеты Приллон-Прайм ради меня и этого поцелуя. Каждая капля его энергии была сконцентрирована на моих губах. Его губы прижимались к моим с настойчивостью человека, у которого отняли абсолютно все.

Возможно, так оно и было, потому что ему тоже было отказано в паре. Приказ Премьера не позволил мне добраться до моего партнера, но также и ему до меня. На вкус он был как экзотическая пряность, такая непривычная, но в то же время до ужаса знакомая. Я таяла в его объятиях, отдавая всю себя этому поцелую. Ему.

Я не знала, сколько длился наш поцелуй. Я знала только то, что мое тело горело, как никогда ни с одним из парней до него–и это только от поцелуя! Даже легкая боль от моих ран только добавляла ощущений моим натянутым нервам. Удивительно, но боль пробудила меня и заставила хотеть большего.

К сожалению, большего получить не удастся. Не сейчас, посреди улицы, когда кровь стекает по моей спине, а инопланетный принц держит меня в объятиях как самую драгоценную вещь во вселенной.

Он был огромный, как профессиональный игрок в американский футбол. Одет как типичный байкер, обтянутый черной кожей, в черной футболке, которую мне так и хотелось сдернуть с него и пробежаться языком по его мощной груди и плечам. Одежда облегала его тело как вторая кожа.

Я и за сотню лет не догадалась бы, что он с другой планеты, но сейчас, видя его более острые черты, странное металлическое мерцание с одной стороны его лица и шеи, я не могла поверить, что не сообразила сразу. Его волосы были цвета темного золота, один глаз такого же цвета, а другой–немного светлее, как будто с серебряной контактной линзой. Странный цвет его кожи исчезал под воротником футболки, и мне было интересно, чувствовалась ли эта бледная серебристая кожа на ощупь по-другому, сколько его плоти она покрывала под одеждой. Цвет не был пугающим, но выглядело все так, будто его обрызгали спреем с блестками, а они каким-то образом въелись ему под кожу.

Я хотела попробовать ее на вкус.

Его рельефные мышцы заставляли меня чувствовать себя маленькой, слабой и очень, очень женственной. С моим ростом в почти метр восемьдесят это было непривычное для меня чувство.

Возможно, это из-за его внушительных размеров мне хотелось раствориться в нем, но скорее всего это умопомрачительный поцелуй так подействовал на меня.

Когда он поднял голову, по его взгляду я поняла, что он, как и я, не хотел прерывать поцелуй. Но сейчас было не время и не место, и ему это было известно, судя по тому, как он озирался по сторонам, оценивая окружающую обстановку.

Вскоре мы подошли к его машине; он посадил меня на пассажирское сиденье маленького седана и пристегнул, суетясь вокруг меня, как будто я была ребенком, а не взрослой женщиной, которая в состоянии позаботиться о себе. Я не сопротивлялась, когда его руки касались моего живота и бедер, пока он пристегивал меня. Жар его прикосновений моментально действовал на меня, согревая мои конечности.

Прилив адреналина, вызванный тем, что меня чуть не убили инопланетные существа, рассеивался, и я понимала, что грядет катастрофа. Раны болели, пульсируя с каждым ударом сердца. Мои мышцы ослабели, и только с усилием мне удавалось сделать глубокий ровный вдох. Руки дрожали, и я вся тряслась от внезапно охватившего меня леденящего холода.

Он закрыл дверь и подошел к машине с водительской стороны. Я подавила смех, когда он скрючился за крохотным рулем–машина явно была слишком мала для его большого тела. К решетке вентиляции был прикреплен гель с цветочным запахом, фигурка ангела-хранителя свисала с зеркала заднего вида, и в машине пахло лавандой.

–Чья это машина?

–Страж Эгара дала нам свой автомобиль, когда мы прибыли сюда.

Он завел двигатель и включил печку. Слава Богу. Зубы начали отбивать дробь, когда я перестала ощущать его жаркие объятия.

–И телефон с гарнитурой тоже она дала тебе?–спросила я, откинувшись на сиденье и взглянув на него.

–Ты наблюдательна, невеста. И да, она дала мне эти примитивные средства связи.

Он улыбнулся и тронулся с места. Мы были недалеко от центра обработки невест, если мы туда направлялись. Сейчас мне было все равно, куда мы едем. Похоже, он не хотел навредить мне, чего я не могла сказать о большинстве мужчин этого города. Если Клайд знал о моем расследовании, то знали и другие. Никто бы не стал искать меня в центре обработки, так как никто не знал, что я была там ранее–следовательно, центр был удачным местом, чтобы скрыться. После моего знакомства со Стражем Эгара я достаточно доверяла ей, чтобы позволить осмотреть мои раны.

О больнице не было и речи. Я буду уже мертва к моменту, когда они внесут информацию о моей страховке в компьютер. У картеля были глаза и уши повсюду. После смерти Клайда я не беспокоилась о том, что он расскажет картелю, что я все еще на Земле, но как только данные обо мне появятся в системе больницы, они придут за мной. Я знала слишком много.

Я закрыла глаза и прислонила голову к раме окна, до того вымотанная эмоционально, что могла только пытаться понять, что за чертовщина творится вокруг. Смерть Клайда ранила меня, но не так сильно, как его предательство. Я все еще не переварила этого, и от ощущения потери иллюзий мне хотелось разрыдаться. Он был мне как отец, и я всецело ему доверяла. А сейчас я чувствовала себя маленькой глупой девочкой, которая восхищалась своим папочкой, абсолютно доверяя ему, потому что была слишком наивной, слишком молодой и зеленой, чтобы понять, что человек, держащий ее за руку, был монстром.

Клайд два года был моим командиром. Он взял меня под свое крыло, научил меня стрельбе и самообороне. Помогал мне чувствовать себя непобедимой, сражаться. Он заставил меня поверить, что мы делаем что-то хорошее и правильное в этом мире, что вносим свой вклад в борьбу добра со злом. Но оказалось, что он сущий дьявол, а я была слепа и не видела правды.

Как только эта мысль проскользнула в моей голове, боль усилилась, как будто нож вонзился в живот. Как он мог быть таким чудовищем? Как я могла не заметить этого? Я должна была знать. По крайней мере заподозрить. Может, я и подозревала, просто не признавалась себе.

Неужели я была такой слабой, такой эмоционально зависимой, что проглядела все улики?

Я всегда доверяла своему чутью, но в этот раз мои инстинкты подвели меня. Это потрясло меня больше всего. У меня было такое чувство, что я стою на шаткой почве, и это чувство нисколько мне не нравилось.

Клайд был убит руками Улья. Меня спас нареченный мне партнер и его второй, Андер. Мой партнер! Его появление, присутствие здесь единственного во вселенной идеально подходящего мне мужчины, придавало мне больше беспокойства. Он вез меня куда-то, и я была полностью в его власти.

А как он выглядел! По габаритам он был больше любого мужчины, которого я когда-либо встречала, с более резкими очертаниями тела. Он заметил, что я его разглядываю, и сузил глаза, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу.

–Не беспокойся. Технологии Улья не заразят тебя.

–Что?

Заразить меня? Он с ума сошел? Неужели я сделала неверный выбор, сев с ним в машину? Я могла бы выпрыгнуть на светофоре, но он поймает меня. Без сомнений, он был больше, сильнее, спортивнее, и определенно очень сосредоточен на мне.

Он поморщился, сжимая руки на руле так сильно, что казалось, того и гляди его согнет.

–Технологии Улья, которые ты видишь, не навредят тебе.

–О чем ты говоришь? О серебре?

Он бросил на меня взгляд, явно удивленный моей реакцией, но я и правда понятия не имела, что он имеет в виду.

–Да. Когда меня схватили бойцы Улья, их имплантационные команды мучили меня несколько часов. Большая часть вживленного ими была потом удалена. То, что ты видишь сейчас, уже не изменится. У меня также их метка, идущая от плеча, вдоль спины и вниз по ноге.

Я уже начинала испытывать жалость к нему. Улей действительно хорошо поработал над ним. Я слышала слишком много рассказов о пытках и страданиях солдат за линией врага. И я знала из первых рук, что некоторые шрамы не видны на теле.

–Это опасно?

–Нет.

–Это болит?

–Нет.

–Хорошо.

Я пожала плечами и стала следить за дорогой.

–Так что? Ты теперь супер быстрый или невероятно сильный? Все заживает скоро, или ты имеешь какое-то преимущество в бою?

Я задрожала, представляя, какие потрясающие вещи я смогла бы вытворять с имплантами киборгов в теле. Я была бы как Бионическая Женщина, только в десять раз круче. Я могла бы купить костюм супер героя и вытворять всякие геройские штучки по-настоящему. Это было бы чертовски круто. Я бы одевалась во все черное и крушила плохих парней по ночам.

Он так долго молчал, что я повернулась посмотреть на него.

–Да. Я намного сильнее большинства воинов. Импланты также повысили скорость моей реакции.

Он наблюдал за мной с растерянным выражением лица.

–Ты задаешь странные вопросы. Не боишься меня?

Я чуть не подавилась смехом. Я сидела в его машине, уже раненная и преследуемая сумасшедшим инопланетным монстром, который пытался меня убить.

–Ты наименее пугающее существо из всех, кого я встречала за последние дни.

Он посмотрел на меня, нахмурив брови, и я отвернулась к окну, наблюдая за пробегающими мимо деревьями.

Отлично. Разумеется, я чем-то обидела его. Я знала его всего десять минут, и уже сморозила глупость. Он отрекся от меня раньше. Почему же он был здесь сейчас? До того, как меня бросили на произвол судьбы в центре обработки, отказав в транспортировке, я бы чувствовала восторг и волнение, предвкушая встречу с ним. А сейчас? Я не чувствовала облегчения. Или надежды. Я чувствовала себя уязвленной. Преданной.

Почему он пришел за мной сейчас? Что изменилось? Неужели не нашлось никого, кто подходил ему лучше? Я жаждала ответа, но гордость не позволяла мне задать эти вопросы. И не только он был здесь, но кто такой, черт подери, этот Андер? Второй? Что это вообще значит? И почему Андер, незнакомый инопланетянин, так одержим мной, что готов убивать за меня и хвастаться этим?

Что беспокоило меня еще больше, так это то, почему меня это так заводило? Меня обычно не привлекали мужчины типажа мачо. Черт, да и не было у меня много парней. Вообще, я была вполне счастлива, заботясь о себе сама. По моему опыту, мужчины были слишком эгоистичны, чтобы справиться с сильной женщиной. Им нужны были хныкающие, жеманные школьницы, которые лапали бы их и говорили им, как хороши они в постели, какие они сильные и красивые. В общем, осыпали бы постоянными похвалами, которые недалеким мужчинам было необходимо слышать.

У меня не было на это времени. Я четыре года была солдатом. Мой отец был полицейским, которого убили в наркопеределке, когда мне было шестнадцать. Мать умерла от рака четыре года спустя. Я выросла без братьев и сестер, без розовых очков на глазах. Я знала, кто я. Точно не та женщина, ради которой мужчина–или инопланетянин–пересек бы галактику. Черт, ради меня мужчина даже не мог приехать с другого конца города. Мои родители жили в реальном мире. Я знала о существовании наркотиков, проституции и коррупции прежде чем мне исполнилось десять. Вследствие этого я знала, насколько важно сражаться за истинное правосудие.

Если бы хорошие люди не боролись за этот мир, он бы давно скатился в тартарары. Я видела коррупцию и зло, разрывающие основы общества. Зная теперь, что в этом были замешаны люди, похожие на Клайда, я просто кипела от гнева и досады. Я была бойцом. Я отслеживала путь денег, вырученных от продажи наркотиков, публиковала разоблачительные статьи о коррупции на каждом уровне власти, и я была неподкупной.

И какую награду я получила? Меня подставили, признали виновной и приговорили всю жизнь быть невестой инопланетного воина, которого я ни разу не встречала.

Но потом даже он, черт возьми, не захотел меня. Да, я была странной. При своем мнении. Упрямой и волевой. Слишком высокой, слишком большой и слишком прямолинейной. Я пошла в армию, чтобы научиться сражаться, поступила в колледж, чтобы научиться применять разум в войне. Я не играла милую девочку, я не лгала, и я не принимала никакого дерьма от мужчин. Никогда.

Этот парень появляется внезапно, он и его друг ведут себя как неандертальцы, спасают меня от плохих парней, и все–я возбуждаюсь и теку?

Что, черт возьми, со мной не так? Мне не нужно было, чтобы мужчина спасал меня. Мне вообще не нужен был мужчина. Даже для секса, ведь вибратор отлично делал свою работу. Но тот поцелуй…

–Я, кажется, теряю рассудок.

–Ты ранена и в шоковом состоянии. Не беспокойся, подруга, твой рассудок на месте.

Ладно, мистер горячий пришелец.

–Не слишком ли буквально ты все воспринимаешь?

–Я не понимаю твой вопрос.

–Неважно. Так что это были за существа?

Я открыла глаза, изучая взглядом мужчину, который спас меня от верного пленения. У него было мужественное лицо, с более угловатыми чертами, чем у человека, но от этого не менее привлекательное. Он заполнил машину, как гора, которую поместили в наперсток, но управлял ею с завораживающим мастерством, хотя я была уверена, что до прибытия на Землю он никогда не водил автомобиль.

И это не говоря о том, что его сильные руки вызывали у меня в воображении образы, как он прикасается ко мне, проникает в меня этими длинными пальцами и доводит меня до оргазма. А тот поцелуй? Я хотела еще. Святые угодники, любая здравомыслящая женщина захотела бы еще. Он был большим, и сильным, и заставлял меня чувствовать то, чего я никогда не чувствовала прежде–например, трепет. Уважение. И он был отчасти машиной. Исходя из того, что он сказал о том, как был захвачен Ульем и использован в качестве какого-то эксперимента, он был теперь и всегда будет отчасти машиной. Сама идея была безумна.

Даже так, он был прекрасен, мускулистый и огромный–думаю, он был способен сразиться с гризли и одолеть его голыми руками. Странный блеск его кожи действовал как приманка для моих пальцев. Я хотела потрогать ее, хотела исследовать и выявить отличия в его теле, которые делали его сильнее и быстрее других представителей его расы. Улей, возможно, пытался превратить его в оружие для своих целей, но вместо этого они создали себе могучего врага.

Мне хотелось забраться к нему на колени и заявить свои права на него. Меня приводила в ярость мысль о том, что он может прикасаться к другой женщине, носить ее на руках, клясться убить за нее, защищать ее, говорить ей, что собирается трахнуть… Я пока не знала точно, чего хочу от него. Но мысль о том, чтобы другая женщина дотронулась до него, была совершенно неприемлемой.

От одного его до чертиков сексуального вида я ощущала влажный жар в трусиках, что само по себе должно было характеризовать меня как легкомысленную, поверхностную и похотливую девицу, но кроме этого, с ним я чувствовала себя… в безопасности.

Я чувствовала себя оберегаемой и защищенной–как с отцом, пока его не убили. Когда отца застрелили, я уяснила мою первую настоящую истину–никто не бывает в безопасности, и ни один мужчина не будет достаточно силен, чтобы защитить меня. Поэтому сейчас я задвинула эти чувства подальше, так как мне не нужен мужчина. Это была моя мантра. Мне не нужен мужчина.

Слава Богу, Найал начал говорить, потому что пока я думала о том, что мне не нужен мужчина, мое либидо думало о том, чтобы оставить этого мужчину себе для еще одного смехотворно горячего, умопомрачительного поцелуя. Киска снова намокла при мысли о том, что мои губы до сих пор горят от того поцелуя, и он определенно это почувствовал. Как, я понятия не имела, но его ноздри раздулись, он повернулся ко мне, обжигая меня взглядом, и отвернулся обратно к дороге.

Я не могла думать о своей сумасшедшей реакции на мужчину, который наполовину был машиной. Я отчаянно желала его. Эта потребность, эта жажда напомнила мне о приступе похоти, который я пережила, когда была под кайфом от Си-бомбы, а я никогда не хотела быть зависимой ни от чего, даже от мужчины.

Или хотела? Неужели вот так чувствуешь себя, когда у тебя есть пара–как будто испытываешь зависимость от наркотика? Постоянно хочешь его прикосновений, желаешь его внимания? Если так, я не уверена, что мне это нравится.

–Существа, с которыми ты столкнулась, были солдатами Улья,–сказал он, прерывая мои мысли.–Я не знаю, как они оказались здесь.

Я уже и забыла, что спросила об этом.

–Улей?–спросила я.–Раса пришельцев, из-за которой Земля вынуждена была вступить в Коалицию?

Я прочла об Улье все источники, легальные или нет, какие могла найти. По большей части, земляне знали то, что им говорили. Некая раса пришельцев собиралась напасть на Землю, и Межпланетная коалиция планет вмешалась и предложила защиту в обмен на наших солдат и невест. Коалиции было все равно, откуда были эти рекруты, лишь бы мы выполняли квоту. Пришельцев не волновал тот факт, что представители Земли решили отправлять осужденных преступниц, вроде меня, в качестве невест. Вдобавок к покровительству Коалиции, лидеры Земли были рады избавиться от худших отбросов общества.

Учитывая, что предназначенный мне партнер отказался от меня, у пришельцев теперь явно повысились стандарты в отношении невест. Они бы приняли воровку. Убийцу? Без проблем. Но меня? Нет. Это сбивало с толку и ранило сильнее, чем боевая рана, когда-либо полученная мной.

–Почему Улей здесь?–резкий тон моего голоса был отчасти вызван еще не прошедшей обидой.

–Даже если они сделали все… вот это с тобой,–я взмахнула рукой в его направлении.–Они не причинили вреда людям на Земле.

Как и было оговорено, Земля посылала Коалиции невест и солдат в обмен на защиту от Улья. Если военные силы инопланетян не справлялись со своей работой и не могли удержать Улей подальше от нас, то жители Земли должны были знать об этом.

Я сняла ремень через голову и положила драгоценную камеру со всеми содержащимися в ней уликами на пол между ног. Я понимала, что провоцирую его, но мне было плевать. Дорогой мне человек только что подстрелил меня, и какое-то существо гналось за мной. Разведчик Улья–чтобы это ни значило–хотел забрать меня в какой-то «центр». Зачем?

–Ты задаешь слишком много вопросов, подруга.

–Я тебе не подруга,–отрезала я.–Просто ответь на вопрос.

Он зарычал на меня! На самом деле зарычал, его глаза замерцали, он убрал одну руку с руля и засунул ее себе в штаны. Он погладил свой член раз, два, три раза, затем вытащил руку и потянулся ко мне.

Фу! Какого черта?

Я попыталась увернуться от его руки, но он был огромен, и в этой крохотной машине от него некуда было деться. Он схватил мое обнаженное предплечье, и я почувствовала влагу на своей коже. Мерзость! Что он себе позволяет?

Я попыталась освободить свою руку, но хватка извращенца была как тиски. Он держал меня осторожно, но не собирался отпускать. По какой-то нелепой причине он не давал мне стереть свою смазку с моей кожи. Потому что это точно была смазка с его члена, больше нечему.

–Какого черта ты творишь?–закричала я.

–Разделяю свое естество с моей партнершей.

–Ты с ума сошел или просто полный извращенец? Да, поцелуй был отличный и все такое, но обычно парни не дрочат в присутствии женщины, которую едва знают. Поэтому я спрошу еще раз. Какого. Черта?

Вместо ответа он широко улыбнулся мне. Его взгляд напугал меня больше, чем все остальное, что я видела сегодня. Это был взгляд полного, абсолютного собственника.

–Делаю так, чтобы ты знала, кому принадлежишь.