Кристин

Управляющий спас меня от неловкого положения, его приказ громкий, не терпящий никаких возражений: «Хант. Тайрэн. Никто никого не тронет, пока вы двое не получите разрешения быть на Базе от Доктора Сурнена. Вы провели последние несколько часов под контролем Улья. Вы никуда не пойдете без вооруженного сопровождения, пока Доктор не скажет, что вы чисты».

Тайрэн оборвал поцелуй и повернулся, оскалившись в направлении Максима. Я все еще не могла почувствовать ничего, что чувствовал он, его железный контроль преобладал над его эмоциями, избавляя меня от всего воздействия нашей связи через ошейники. Он уже сбил меня с ног однажды. Хант также сдерживался. Я держалась на адреналине, используя суету, чтобы выстоять. Я знала, что шок, дрожь, ночные кошмары придут позже, когда мой разум попытается обработать то, что я видела. Но на этот раз меня поддерживали мои пары. Теперь я не столкнусь с темными долгими ночами одиночества.

Хант ответил: «Мы в порядке. Нас не тронули».

К большому моему удивлению, Тайрэн не согласился: «Ты не в порядке. Твоя голова взрывается. И ты вероятнее всего окажешься в Капсуле».

Хант заворчал и я ощутила проблеск боли через мой ошейник. Да, они хорошо от меня оградились. «А ты? Ты тоже не выбрался из этого нетронутым. У тебя по меньшей мере три сломанных пальца и несколько ребер».

«Вы все туда попадете», − настоял Максим, − Ристон, Рэйчел, возьмите четверых людей и сопроводите каждого до медицинского корпуса». Он перевел взгляд со своей пары на своего второго и я узнала спокойствие, ширму контроля, которую часто носил Хант. И хотя он был устрашающим, Максим меня не пугал, что не предвещало никогда ничего хорошего, когда я не следила за своим языком. Как сейчас.

«У вас тут имеется команда криминалистов?» − я посмотрела на Рэйчел, которая вскинула брови в понятия-не-имею взгляде.

Она повернулась к своей паре, который смотрел на нее с вопросом в глазах. «Рэйчел?»

Рэйчел практически светилась, и до меня дошло, она была повернута на науке. Это возможно было по ее части. Ее пара знал это и хотел от нее совета. Он видел в ней равную, ее навыки были ценны для него и для Колонии. Позволив ей присоединиться к ним в этой миссии, как только их заверили, что она будет в безопасности. И в первый раз с нашего знакомства с ней, я ей завидовала. «Не думаю, но мне придется спросить Доктора Сурнена».

Ристон подошел к ней и ласково положил ладони ей на плечи: «Что такое команда криминалистов?»

«Группа следователей, команда, которая использует научные методы, чтобы раскрывать преступления, например собирать отпечатки пальцев, делать ДНК тесты…»

Я подхватила, где Рэйчел остановилась: «Анализ брызгов крови, химический анализ, реконструкция места преступления…»

«Мы никогда не нуждались в этом на Колонии, − отметил Максим, −у нас есть такие команды на Приллон Прайм, также как и боевых подразделениях, но мы никогда не имели проблем с криминальной деятельностью тут. До настоящего момента».

«У вас также никогда не было здесь невест», − настаивала Рэйчел.

«Или Улья». Это была я, делая всех от этого замечания очень несчастными.

Взгляд управляющего перешел с лица своей пары на мое, выражение было бесчувственным: «Ты знакома с этими командами криминалистов и с тем, что они делают?»

«Да. Я не ученый. Рэйчел придется делать лабораторные анализы. Но я могу собрать команду и получить то, что нам нужно». Я видела достаточно сцен преступлений за те годы, чтобы знать, что именно мы ищем и где начинать. Я могла собрать образцы как настоящий профи и доставить их Рэйчел или другим для исследования.

«Я помогу, − вызвалась Рэйчел, − а также Доктор Сурнен».

Управляющий кивнул: «Решено». Он повернулся в угол, туда где Киль присел на корточки рядом с мертвым Ульем, что-то ища. Я понятия не имела, что он делал. «Охотник».

Киль поднял голову и встретился взглядом с управляющим: «Да?»

«Ты поможешь Леди Закар. Я официально назначаю вас двоих ответственными за это расследование».

Рука Ханта крепче сжалась на моей талии, но Тайрэн фактически прорычал. «Нет!»

Я сжала зубы и повернулась к нему: «Да».

«Это слишком опасно». Выражение его лица стало холодным, отрешенным, но я не собиралась сдаваться, только не тут. Это очень важно.

«Я следователь по уголовным делам. Это то, чем я занимаюсь. Это моя специальность».

«Нет».

Я подняла бровь и скрестила руки, отходя и освобождаясь из объятий Ханта, чтобы уставиться на гигантского мужчину, которого я любила: «Я та, кто я есть, Тайрэн. Если тебе это не нравится, я полагаю, ты можешь найти себе другую пару».

Я скинула эту бомбу прямо ему в руки и повернулась, чтобы последовать за Ристоном и остальными обратно на Базу 3, где я могла смыть с себя эту кровь и найти теплую постель. В одиночестве. Во мне не было энергии, чтобы в данный момент со всем этим разбираться. Каждая унция силы воли и огня, которыми я обладала, были сосредоточены на поиске моих пар. И мы это сделали. Мы спасли их.

Я спасла их. С помощью Киля. Киля и Марца и того гигантского зверя Резза. Я потащила их с собой, и они пошли в поисках своего друга. Мне было их жаль, потому что мы обнаружили Лейтенанта Перро, но он был для нас потерян. Трансформирован. Его нельзя было спасти и Тайрэн подарил ему смерть, которую он желал. Но по крайней мере сейчас его друзья знали, что с ним случилось. У них была завершённость. Это было больше, чем получили некоторые.

Я могла иметь дело с Килем, работать с ним, чтобы это выяснить. Мне действительно понравилась их группа, Киль, Марц и Реззер. Они были моими друзьями. А лучше всего то, что они уважали меня и мой выбор. Прикрывали меня в бою. Сделали свою работу и дали мне выполнить мою.

Я отказывалась возвращаться в теплицу, как маленькая хорошая орхидея.

Я не была долбаной орхидеей.

Мое горло горело от невыплаканных слез, которые я не показывала. Я не буду плакать. Я не дам волю сердцу, зная, что моим мужчинам глубоко насрать на то, что я могу делать. Мне нужно было быть ценным членом общества, а не невестой сидящей на проклятом пьедестале. Я не собиралась быть секс игрушкой или чем-то еще, и не важно насколько умопомрачительным был секс.

Хант и Тайрэн последовали за мной, но я их проигнорировала, совершенно отключаясь от них. Один из них, вероятнее всего Хант, потянулся сзади, чтобы положить руку мне на плечо. Я его стряхнула и ускорила шаг. Я не хотела, чтобы они ко мне прикасались. Не сейчас. Ни тогда, когда они разделяли чувства. Может быть и никогда больше. Они, возможно, хотели меня трахнуть, но казалось, что это все, чего они хотели.

Слезы, которые текли из моих глаз каждые несколько шагов? Я не могла их остановить. Они не имели значнеия. Должно быть грязь попала в глаза.

***

Тайрэн, два часа спустя, Медицинский блок

Доктор Сурнен провел ReGen палочкой над моей головой и я использовал каждую каплю своего контроля, которым обладал, чтобы оставаться спокойным достаточное время для того, чтобы тот выполнил свою работу. Моя броня исчезла, на замену ей пришли бледно голубая рубашка и штаны. Я не сражался, однако я был более тревожен, чем там в той пещере Улья.

Кристин меня оттолкнула. Оттолкнула нас. Я ничего не чувствовал через наши ошейники, кроме пустоты. Разочарования. Холодной как лед решимости. Что-то было не так. Кристин была жаром и огнем, страстью и радостью. А не этой мрачной пустотой.

Час назад, Хант вылез из ReGen капсулы, его голову вылечили. Он был единственным, на ком оставалась броня. Он чуть не рухнул, когда мы прибыли, поэтому они положили его в капсулу вот так.

Управляющий Максим настоял на том, чтобы мы все сразу направились в медицинский блок и я не стал спорить, желая знать, что Кристин в порядке. Меня не беспокоили мои чертовы пальцы или ребра. Я волновался о ней, чтобы она была цела. Чтобы на ней не осталось ни единой царапины после битвы.

Теперь, когда опасность миновала и Ханта подлатали, я не мог оторвать глаз от нашей пары.

Я хотел трахнуть Кристин, утонуть в ней, в том удовольствии, которое только ее тело может мне дать. Забыть наше суровое испытание, забыть, что она находилась в опасности. Что мы могли потерять ее. Я хотел наконец-то утвердить ее, заставить переживание о том, что ее могут у нас забрать, что она может принадлежать другому, исчезнуть. Я хотел, чтобы весь стресс из моей жизни растворился. Черт, я хотел чтобы всё и все исчезли, тогда я и Хант смогли бы остаться одни с нашей парой.

Как только нас исцелили, мои пальцы больше не были сломаны, а голова Ханта полностью восстановилась, я предположил, что она должна быть между нами. Да, я хотел трахнуть ее, но также я хотел ее и наказать. Боги, она подвергла себя опасности и ей следовало бы знать, что этого делать не позволено.

Я бы лучше умер в этой пещере, чем узнал что моя красотка пострадала или ранена. Или хуже. Только боги знали, что Улей делал с женщинами.

Кристин сидела в кресле по другую сторону медицинского блока, споря с медицинским офицером, который пытался проводить ReGen палочкой по ней.

«Я в порядке».

«Леди Закар, я должен настоять».

Она закатила глаза и сидела без движения, пока мужчина делал свою работу, палочка сканировала ее через кремового цвета штаны и рубашку, которую ей выдали медики. Мы все были голыми, вымытыми, обследованными − все, кроме Ханта. Я хотел, чтобы она была в голубом, моем голубом, но рубашка все же лучше, чем броня, которая была на ней до этого, пропитанная кровью. Кровью Улья.

С такой же легкостью она могла быть и ее.

В тот момент, когда палочка указала, что она в порядке, она оттолкнула медицинского офицера и спрыгнула с кресла, как будто она очень сильно куда-то торопилась. А так и было. Подальше от меня. От нас.

Она поспешила в прилегающий коридор, но от нас нельзя убежать. Ханта и меня проверил доктор и мы оба поджидали ее. Мы были не более, чем в двух шагах.

Как только мы зашли в наши апартаменты, я не мог больше сдерживать свой язык:

«Я хочу отшлепать тебя по заднице, пока она не станет огненно красной».

Мой голос был глубоким и властным, но ему не хватало обычной убедительности. Я знал, что Кристин это слышит, потому что она повернулась ко мне лицом, она не опустила глаза вниз в подчинении, а вместо этого встретилась с моими с сохраняющейся обеспокоенностью. Я почувствовал, что ее стойкий гнев смешан со смятением.

«Потому что я пошла спасти тебя?» − спросила она.

«Потому что ты рисковала своей жизнью ради моей».

«Наших», − добавил Хант. Он стянул свою броню через голову, и бросил на пол. я ощутил его усталость и она навесилась на мою.

«Мы должны защищать друг друга», − возразила она, поставив руки на бедра.

Я медленно покачал головой, схватившись за край ее рубашки своими пальцами. «Нет, мы должны защищать тебя

Как только одежда прошла через ее голову, я откинул ее в сторону. Да, это идеальная кожа, идеальные груди, которые я люблю. Я бережно провел линию вдоль ее плеча.

«Вы чуть не умерли сегодня и мы собираемся насчет этого спорить?» Она задрожала от моего нежного прикосновения и я ощутил взрыв ее возбуждения. «Я больше, чем игрушка для траха, знаете ли. Я не могу оставаться запертой в комнате. Я сойду с ума. Я собираюсь работать с Килем и возглавить команду криминалистов».

«Я не позволю, чтобы ты пострадала!» − закричал я.

«Это жизнь». Она пожала плечами, но я распознал железную волю, поднимающуюся внутри нее, этим нельзя было не восхищаться. Хант стоял позади меня, молчаливо ожидая, пока я совладаю со своими бушующими эмоциями. Он был спокоен и я использовал его как якорь.

«Хант?»

«Подави ее и она выберет другого, кого-то более сильного, который позволит ей делать то, от чего она становится счастливой».

Черт. Когда он выложил это так, я почувствовал себя задницей. Она так и сказала в пещере, но я подумал, что она блефует. Возможно и нет. Я знал, что она права, что Хант прав, но я не мог остановить инстинкты бурлящие во мне, чтобы защитить ее, оставить в безопасном месте, укрыть от невзгод.

«Ты хочешь быть частью команды криминалистов?» − я едва смог выговорить эти слова.

Я чувствовал необходимость в ней, желание поучаствовать, быть полезной. «Да. И если ты остановишься и на минутку задумаешься, работа делается после того, как что-то случится. Не перед, не в течение. Я буду окружена воинами все время. Я буду в безопасности».

То, что она говорила, имело смысл. «Ты больше не будешь лезть в битву?»

Она потерла ладонями руки, будто замерзла. «Мне не нравится драться. Я не хочу делать это снова. Я надеюсь, что обнаружение подземного форта сделает так, чтобы Улей был ликвидирован, навсегда».

«Краэл сбежал, − добавил Хант, − опасность остается большой».

«Тогда мы встретимся с ней лицом к лицу вместе». Она потянулась и положила руку мне на щеку. «Но я не собираюсь противодействовать Улью, чтобы быть счастливой. Мне вполне достаточно быть причастной к изучению и ликвидации последствий».

Хант поднял бров: «Так ты не будешь снова сражаться с Ульем?»

Кристин поджала губы: «Я не хочу, но если они угрожают вам, я буду делать то, что нужно. Это мой выбор».

Я вздохнул, прослеживая определенную модель в формулировке − она хотела иметь выбор. Мы откровенно поделились чувствами с ней, когда она сломя голову бросилась навстречу опасности. Она хотела быть той, кто решит, что делать, взять наши желания в расчет, как она это сделала. Она хотела, чтобы мы доверяли ей.

Наклоняясь к ее прикосновению, я вздохнул. «Я все еще хочу отшлепать тебя. Но я также чертовски устал, чтобы даже поднять руку и опустить ее на твою задницу». Я опустился перед ней на колени, стягивая брюки с ее бедер и отбрасывая их вместе с ее ботинками. Я поднял глаза, чтобы встретиться с ее взглядом: «Давай поспим, а потом поговорим еще».

Я вздохнул, ощутив тяжелый вес изнеможения, давящий на меня.

Вставая, я взял ее за руку и повел к кровати. Краем глаза увидел, как Хант направился в ванную, услышал как включился душ.

Я отдернул покрывала и Кристин забралась на кровать. Я сбросил с себя одежду и оставил ее валяться на полу.

«Ложись».

Она устроилась в центре кровати, когда Хант вошел в комнату, обошел дальнюю сторону кровати и скользнул под одеяло возле нее.

Мой член напрягся при взгляде на нее. Голая, ее груди вздымались, соски затвердели. Она не была с нами скромной, никогда, ее ноги немного раздвинулись и я смог увидеть влажное желание. Она может быть расстроена из-за нас, но все равно она нас хотела. Также как и несколькими днями ранее, когда я взял ее в машинном отделении.

Я хотел трахнуть ее здесь и сейчас, но не время. Я прошелся к ванной комнате, но не задержался в кабинке, только наспех смыл последние остатки крови и грязи от этого тяжелого испытания. Больше, чем мне нужна была ванна, мне необходим был момент, чтобы привести в порядок мысли, отвлечься от мыслей о Лейтенанте Перро и его печальной кончине. О судьбе других.

Возвращаясь в комнату пару минут спустя, я почувствовал, что Кристин оставалась подавленной, но Хант успокаивал ее своими мягкими прикосновениями, водя по ее коже вверх и вниз, по ее бедру, вдоль живота. Он не трогал ее в интимных местах. Не сейчас, но его член был тверд как камень и она извивалась.

Вся кровь прилила к моему и он набух, мои яйца заболели. Ей нужен был хороший трах. Мы все нуждались в интимной близости, чтобы знать что мы целы и живы.

Я скользнул в кровать рядом с ней, прижался ближе, чтобы она чувствовала каждого из своих пар. Я облокотился на локоть, головой упершись в ладонь. Вторая ладонь на ее животе.

«Ты не сбежишь и не выберешь другого, пока мы будем спать?»

«Я сбежала только для того, чтобы найти вас, − она попыталась выкрутиться, но наши руки на ней легко удержали ее между нами, − ты знаешь, каково это было, не знать в порядке ли вы?»

Ее паника разожглась во мне и был только один способ ее утешить. Знать, что мы целы и здесь с ней. Не только как воины, но и как ее пары. Мы дадим ей то, в чем она нуждалась.

Я проигнорировал ее слова. «Подчиняйся, Кристин». Ее глаза немного расширились, но она облизала губы на мой властный тон. В конце концов у меня было достаточно энергии, чтобы дать ей то, в чем она нуждалась. «Мы здесь. Мы в безопасности. Ты нашла нас, теперь наша очередь позаботиться о тебе».

Она зашевелилась под нашими ладонями и я не почувствовал ее злости через ошейник, только… согласие. Да, наше обнадеживающее присутствие было именно тем, что ей нужно. Она хотела быть пойманной между нами. Удерживаемой. В безопасности от осознания того, что мы были единственными ответственными. Что мы все в безопасности.

«Когда нас забрали, твой мир вышел из под контроля, не так ли?» − спросил я.

Она кивнула.

«Твоя уверненность ослабла, твоя защита исчезла. Твои пары пропали».

Слезы наполнили ее глаза.

«Ты была такой храброй, пара», − добавил Хант.

Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, слезы катились по ее щекам и капали на кровать.

«Тебе больше не нужно быть храброй. Мы здесь».

Да, Хант был прав. Ей больше не придется нести всю ответственность на своих хрупких плечах.

«Почувствуй нас, пара». Пальцем я повернул ее щеку к себе так, что ее блестящие глаза встретились с моими. «Почувствуй нашу силу. Она удерживает тебя между нами. Как раз там, где ты хочешь быть. Перестань бороться. Уступи», − настаивал я.

Слезы потекли горячим ручьем. Я повернул ее к себе, положил ее голову себе на грудь и позволил ей плакать.

Я взглянул на Ханта, который кивнул, лаская ее спину, пока она давала выход слезам. Вымотав ее, плач перешел в икоту, затем во всхлипы, потом она уснула.

Только после этого мы расслабились, отдаваясь нашему истощению, довольные тем знанием, что Кристин там, где ей следует быть. Между нами.