Обсудив вопрос о штанах с матерью,– отец обратился за советом к Альберту Рубению, но Альберт Рубений обошелся с ним на этой консультации еще в десять раз хуже (если это возможно), чем отец обошелся с матерью. В самом деле, Рубений написал целый ин-кварто De re vestiaria veterum[132], и, стало быть, его долгом было дать отцу кое-какие разъяснения. – Получилось совсем обратное: отец мог бы с большим успехом извлечь из чьей-нибудь длинной бороды семь основных добродетелей, чем выудить из Рубения хотя бы одно слово по занимавшему его предмету.

По всем другим статьям одежды древних Рубений был очень сообщителен с отцом – и дал ему вполне удовлетворительные сведения о

Toгe, или мантии,

Хламиде,

Эфоде,

Тунике, или хитоне,

Синтезе,

Пенуле,

Лацерне с куколем,

Палудаменте,

Претексте,

Саге, или солдатском плаще,

Трабее, которая, согласно Светонию, была трех родов. —

– Но какое же отношение имеет все это к штанам? – сказал отец.

Рубений выложил ему на прилавок все виды обуви, какие были в моде у римлян. – — Там находились

Открытые башмаки,

Закрытые башмаки,

Домашние туфли,

Деревянные башмаки,

Сокки,

Котурны

И военные башмаки на гвоздях с широкими шляпками, о которых упоминает Ювенал.

Там находились Калоши на деревянной подошве,

Деревянные сандалии,

Туфли,

Сыромятные башмаки,

Сандалии на ремешках.

Там находились Войлочные башмаки,

Полотняные башмаки,

Башмаки со шнурками,

Плетеные башмаки,

Calcei incisi[133],

Calcei rostrati[134].

Рубений показал отцу, как хорошо все они сидели, – как они закреплялись на ноге – какими шнурками, ремешками, ремнями, лентами, пряжками и застежками. —

– Но я хотел бы узнать что-нибудь относительно штанов, – сказал отец.

Альберт Рубений сообщил отцу, что римляне выделывали для своих платьев различные материи – одноцветные, полосатые, узорчатые, шерстяные, затканные шелком и золотом. – Что полотно начало входить в общее употребление только в эпоху упадка империи, когда его ввели в моду поселившиеся среди них египтяне;

– — что лица знатные и богатые отличались тонкостью и белизной своей одежды; белый цвет (наряду с пурпуром, который присвоен был высшим сановникам) они любили больше всего и носили в дни рождения и на общественных празднествах; – что, по свидетельству лучших историков того времени, они часто посылали чистить и белить свои платья в шерстомойни; – но что низшие классы, во избежание этого расхода, носили обыкновенно темные платья из материй более грубой выделки – до начала царствования Августа, когда рабы стали одеваться так же, как и их господа, и были утрачены почти все различия в одежде, за исключением latus clavus[135].

– А что это такое latus clavus? – спросил отец.

Рубений ему сказал, что по этому вопросу между учеными до сих пор еще идет спор. – — Что Эгнаций, Сигоний, Боссий Тичинский, Баифий, Будей, Салмасий, Липсий, Лаций, Исаак Казабон и Иосиф Скалигер все расходятся между собой – и сам он расходится с ними. – Что великий Баифий в своем «Гардеробе древних», глава XII, – честно признается, что не знает, что это такое – шов – запонка – пуговица – петля – пряжка – или застежка. —

– Отец потерял лошадь, но остался в седле. – Это крючки и петли, – сказал отец, – и заказал мне штаны с крючками и петлями.