Цинциннати, Огайо

Я провожу ладонями по черному фартуку, размазывая липкие остатки вермута по вышитому золотом логотипу «Teddy's Tavern[1]». Оглядываю длинный ряд клиентов, сидящих за полированной барной стойкой из красного дерева в фешенебельном ресторане в Хайд-парке. Большинство из них одеты в деловые костюмы — сбежали с работы, лишь бы успеть на «счастливый час»[2]. Все болтают со своими коллегами, и кажутся довольными. Проходит совсем немного времени, прежде чем меня просят приготовить еще один мартини.

— Джиа! — Теодор Ривз, также известный как Тедди, окликает меня из двери, ведущей на кухню. — Нат завалена заказами — новенькая не вышла сегодня. Сможешь пройтись по столикам в секции А?

Я смотрю на Наталию, мою коллегу и лучшую подругу. Она определенно выглядит измотанной.

— Слушаюсь, Тедди, — отвечаю я, шутливо отдав честь.

— Спасибо, куколка. В наши дни трудно найти хорошую помощницу.

Я обхожу бар и машу ему рукой.

— Да ладно. Ты же знаешь, никто не будет настолько идеален, как я, — шучу, направляясь к своей подруге. Увидев меня, плечи Наталии заметно расслабляются от облегчения.

— Чем могу помочь?

— Столику семь и девять нужно обновить напитки. Еда за столиком пять должна уже быть готова. Выбирай. Бери напитки или еду, — торопливо тараторит Наталия, заправляя выбившуюся прядь угольно-черных волос из хвоста.

— Принесу напитки. Так смогу следить и за посетителями бара, — предлагаю я.

— Хорошая идея. Не могу поверить, какой у нас сегодня аншлаг! Учитывая, что в Дэнбери проходит музыкальный фестиваль, думала, что будет спокойнее.

Приподимаю одну бровь и наклоняюсь к ней поближе, чтобы меня не услышал никто из посетителей.

— Серьезно, Нат? Перед тобой самая шикарная публика цинциннатских яппи — элита элит. Ты правда думаешь, что хоть кто-то из них пойдет на концерт Fall Out Boy[3] или Sublime[4]?

Она ухмыляется, а затем кривит гримасу, словно пытается представить это.

— Нет, полагаю, ты права. Не могу представить эту шикарную компанию даже близко с рок-концертом.

Смеюсь, похлопывая подругу по плечу, а затем направляюсь к столикам, где нужно обновить напитки.

Пять часов спустя ресторан выглядит опустевшим, в баре сидят всего несколько человек. Облокотившись на заднюю стойку, наблюдаю, как Наталия подсчитывает наши чаевые за вечер. Она протягивает мне пачку наличных на общую сумму в шестьсот долларов.

— Неплохие чаевые за вечер, — размышляю я, доставая сумочку из-под бара. Разделив деньги, кладу половину в свой кошелек, а остальное — в потертый, рваный белый конверт. После того, как ставлю сумочку обратно под прилавок, поднимаю глаза и вижу Наталию, которая смотрит на меня с грустным выражением лица.

— Что? — спрашиваю я.

— Просто думаю, подруга.

— О чем?

— Примерно через сколько смен будут погашены долги твоей мамы, — тихо отвечает она.

Эмоции обжигают горло. Я пытаюсь игнорировать укол боли, который ощущаю каждый раз, когда вспоминаю о матери. Наталия имеет в виду долг по кредитной карте, который я накопила, пытаясь помочь оплатить рецептурные препараты, необходимые, чтобы выжить в смертельной борьбе с раком. Хотя у мамы была приличная медицинская страховка — этого оказалось недостаточно. В конце концов, что бы я ни делала, ничего уже не имело значения. Никаких денег не было достаточно, чтобы спасти ее. Я потеряла маму из-за рака яичников почти год назад, и всё еще ужасно скучаю по ней. К сожалению, небольшого полиса страхования жизни хватило только на покрытие расходов за похороны. Остальную гору долгов по кредитной карте мне приходится тянуть на себе.

— Я должна всего несколько тысяч, — говорю, пожимая плечами.

Четыре тысячи двести девяносто восемь, если быть точным, но кто считает?

— Что будет после выплаты?

Поднимаю губы, обдумывая вопрос. Понимаю, к чему она клонит. Мы часто говорим о наших списках желаний и обо всем, что мечтаем сделать до тридцати. Единственное, что удерживает меня от того, чтобы начать вычеркивать пункты из списка — гребаный долг. Как только он будет погашен, я наконец смогу по-настоящему начать жить своей жизнью.

— Знаю, мы говорили о путешествиях, но, думаю, сначала хочу поступить в колледж, — выпаливаю я.

— Колледж? Ты никогда раньше об этом не говорила.

— Ну да… здесь можно заработать нормальные деньги, но я не хочу работать здесь вечно.

— Эй, я всё слышал! — кричит Тедди. — Что плохого в том, чтобы остаться здесь навсегда?

Я поднимаю глаза и вижу, что он сидит за столиком у дальней стены ресторана с Беном Сантосом, неофициальным вышибалой «Teddy's Tavern». Стопка книг в кожаных переплетах перед Тедди подсказывает мне, что он подсчитывает недельную выручку. Он подмигивает мне, и я улыбаюсь.

— «Навсегда» означает, что я не смогу взять отпуск на месяц, чтобы попутешествовать по Европе. Запомни мои слова — однажды я это сделаю. Но, — протягиваю с игривой ноткой, — может, останусь на полставки только ради тебя, старик.

Бен фыркает, Тедди бросает на него сердитый взгляд.

— Без тебя это место было бы совсем другим, — бурчит Тедди.

— А как же я? — с обидой в голосе спрашивает Наталия.

— Ладно, без тебя тоже, — нехотя признается Тедди, но мы понимаем, что он шутит. — Вы, девочки, держите место на плаву. Клиенты вас обожают.

Я уже собираюсь что-то сказать, но звук стакана, упавшего на барную стойку, останавливает меня.

— Эй, можно побыстрее, мне нужно еще выпить! — кричит мужчина, сидящий через пять стульев слева от меня.

Я быстро выпрямилась и направилась к нему. Клиент хмурится, но я натягиваю на лицо милую улыбку и тянусь за его стаканом, который был обновлен всего десять минут назад. Бросаю Бену косой взгляд, давая понять, что нам, возможно, стоит присматривать за этим парнем.

— Извините, что заставила вас ждать, сэр. Еще Jameson[5]? Чистый, верно?

— Верно, — подтверждает он, глядя на меня с прищуром. Парень точно не из постоянных клиентов, я в этом уверена. И место это явно не из тех, куда он заглядывает часто. Почти все, кто приходит в эту высококлассную таверну, выглядят так, будто только что сошли со страниц каталога Nordstrom[6].

От пятизвездочного ресторана буквально разит высшим классом — но только не от этого парня.

Он выглядит неряшливо: расстегнутая клетчатая фланелевая рубашка, а под ней выцветшая футболка с концерта какой-то группы. Волосы в полном беспорядке, и ему срочно необходимо побриться. Этому мужчине подойдет музыкальный фестиваль, а не элитный ресторан «Teddy's». И всё же в этой грубоватости есть что-то притягательное.

Я хватаю салфетку, ставлю на нее напиток и пододвигаю через бар. Только собираюсь спросить, не нужно ли ему что-нибудь еще, как он внезапно хватает меня за запястье. Пытаюсь выдернуть руку, но он держит крепко, а его взгляд блуждает по моему телу. Я борюсь с желанием закатить глаза. Когда работаешь за стойкой бара, к тебе регулярно пристают нахальные подвыпившие парни. В девяти из десяти случаев лучшее решение в подобных ситуациях — сразить их наповал своей добротой и побыстрее спровадить.

— Хотите что-нибудь поесть? Кухня технически закрыта, но уверена, что смогу попросить повара что-нибудь для Вас приготовить, — говорю с приторно-сладкой улыбкой.

— Не хочу ничего есть, — бормочет он. — Слышал, местные клиенты тебя любят. Понимаю, почему. Кому может не понравиться упругая маленькая попка? Джиа, так тебя зовут, да?

Улыбка тут же сползает с моего лица. Когда моя стратегия «сразить добротой» не работает, всегда есть запасной вариант — более грубый. Он еще ни разу не подводил.

— Джианна, если быть точнее. Только друзья зовут меня Джиа, — отвечаю я, ясно давая понять, что он мне совсем не друг. При попытке снова отдернуть руку, он только сильнее сжимает ее. Вглядываюсь в его стеклянные глаза, и по спине пробегает холодок. Похоже, он начал пить задолго до того, как забрел в «Teddy's». Что-то в глубине его взгляда вызывает мурашки по коже.

— Сэр, пожалуйста, отпустите меня.

— А что, если я не хочу? — усмехается он.

Краем глаза замечаю, как Бен резко вскакивает со стула. Прежде чем он успевает подойти к жуткому парню, со своего места поднимается другой мужчина — с темными волнистыми волосами. Он сидел через два стула от меня, и я почти забыла, что он вообще здесь. Темноволосый молча хватает пьяного парня за ворот потрепанной футболки и резко разворачивает его. Всё происходит быстро, но в то же время словно в замедленной съемке.

— Девушка попросила отпустить, — рычит незнакомец.

Пьяный клиент вздрагивает, слегка покачивается и поднимает обе руки вверх.

— Что за фигня, мужик! Я же просто пошутил.

— Шути в другом месте. Это не смешно.

Бен медленно подходит ближе, готовый вмешаться, если что-то пойдет не так. Тедди идет за ним следом. Оба выглядят как хищники, преследующие свою добычу.

— Ты слышал его. Проваливай вместе со своими шуточками, — говорит Бен, вставая между мужчинами, в попытке разрядить обстановку без насилия. Вся ситуация ощущается странно. Обычно подобное здесь не происходит.

Пьяный мужчина медленно переводит остекленевший взгляд с одного мужчины на другого, а потом на меня. Морщится, делает шаг назад:

— Ладно, ладно. Я понял. Ухожу, — бормочет он.

Не говоря больше ни слова, он направляется к выходу. Делает это неуклюже, с показной бравадой, опрокидывая каждый пустой стул, мимо которого проходит.

— Придурок, — бурчит Наталия.

— Прошу прощения. Мне не стоило вмешиваться такими образом. Это инстинкт, полагаю, — говорит брюнет.

Я наконец перевожу на него взгляд. Он достает бумажник и передо мной мелькает полицейский значок. Видимо, мой спаситель не просто хороший парень — он еще и коп.

Качаю головой, потирая запястье.

— Нет, всё в порядке. Главное, он ушел до того, как ситуация обострилась. Эм... спасибо за помощь, — говорю, слегка пожимая плечами. — Может выпьете за счет заведения? — предлагаю я.

— В другой раз. Мне пора, — отвечает он. Лезет в карман, достает кожаный кошелек и бросает на стол полтинник. — Этот кусок дерьма не заплатил за выпивку, но этого должно хватить. Хорошего вечера, Джианна.

Я замираю, услышав, как мое имя срывается с его уст. Должно быть, он слышал мой разговор с пьяным парнем, но в том, как он произносит мое имя, есть нечто особенное, и я невольно краснею.

Снова смотрю на своего спасителя. И только сейчас по-настоящему замечаю, насколько он привлекателен. Из-за этой суматохи я не смогла разглядеть скульптурные скулы и полные губы, глубокие темно-карие глаза в тон его кудрявым волосам. Он выглядит старше меня, но не намного — ему около тридцати, не больше. Белоснежная рубашка, обтягивающая широкие плечи, аккуратно заправлена в брюки цвета хаки.

Его дерзкая ухмылка сбивает дыхание. Знает он или нет, это природное очарование завораживает. Когда он направляется к выходу, я импульсивно окликаю его.

— Подожди! Я даже не знаю твоего имени!

Он оглядывается через плечо, одаривая меня еще одной убийственной улыбкой.

— Итан. Итан Уокер. Может, еще увидимся, Джианна.

И... уходит.

Как только за ним закрывается дверь, Наталия тут же налетает на меня:

— Джиа, о Боже! Этот парень чертовски великолепен! И он явно влюблен в тебя!

— Нат! — шипит Тедди. — Говори тише. Здесь клиенты.

— Извините, — шепчет она, вцепляясь в мою руку. — Джианна Валентини! Ради всего святого! Он горячий коп! Тебе нужно пойти за ним. Ты будешь сумасшедшей, если не сделаешь этого.

— Пойти за ним? И что сказать? — спрашиваю, чувствуя, как румянец на щеках вспыхивает с новой силой.

— Не знаю. Пригласи его на кофе или что-нибудь еще!

Я смотрю на нее, потом перевожу взгляд на входную дверь. Он, наверное, уже давно ушел.

Но… а вдруг нет?

Я не ходила на свидания больше четырех лет. Колледж был не единственным, что я пропустила, когда заболела моя мать, свидания тоже были в списке упущенного. Ее болезнь не оставляла времени на личную жизнь. В итоге я, вероятно, самая неопытная двадцатичетырехлетняя девушка на планете. Понятия не имею, как пригласить парня на свидание. Ну, может, и знаю, но жутко стесняюсь.

Наталия продолжает настаивать, подталкивая меня к двери, повторяя, что это пойдет мне на пользу. Возможно, она права. Пора двигаться вперед. Жизнь — это умение продолжать двигаться несмотря ни на что. Наконец, я поворачиваюсь к ней, улыбаясь:

— Пожелай мне удачи!

— Удачи! — слышу ее слова и выбегаю за полицейским.

Распахиваю входную дверь таверны и оглядываюсь. Несколько машин проезжают мимо, нарушая ночную тишину, но улица почти пуста. Его нигде не видно. Плечи опускаются, разочарование накрывает с головой, от того, что упустила шанс на первое настоящее свидание за много лет.

Фыркаю от досады. Так нелепо. Может он женат. Возможно именно поэтому и отказался от предложенного мной напитка. Я даже не подумала взглянуть на его руку, чтобы проверить наличие кольца. Если бы он был заинтересован во мне, как думала Наталия, то наверняка бы остался поговорить. Уже собираюсь развернуться и уйти, когда замечаю знакомую фигуру, садящуюся в BMW последней модели, припаркованную дальше по улице.

Это он.

— Итан!

Он останавливается, поворачивает голову, медленная улыбка расползается по его идеальному лицу. Перебегаю улицу, стараясь не выглядеть слишком отчаянной.

Просто веди себя спокойно. Ты сможешь это сделать.

— Эй, — приветствует он, когда я подхожу ближе.

— Эй, — повторяю, как идиотка. Это будет сложнее, чем я думала. — Так, эм… Я чувствую, что должна тебе за то, что там произошло. Что скажешь? Хочешь как-нибудь выпить по чашечке кофе?

Итан снова улыбается, его сексуальная ухмылка становится шире. Он не отвечает сразу, и от этой паузы у меня всё сжимается внутри. Стою, почти подпрыгивая от ожидания. Спустя несколько секунд, которые кажутся вечностью, он отвечает:

— Хорошо, давай выпьем кофе. Но только при одном условии.

— Каком? — нахмуриваюсь в замешательстве.

— Я буду называть тебя Джиа.