Прикидываюсь спящей, устроившись на диване первого этажа. Пыхтение рядом говорит, что Туман явно плохое задумал. Так оно и есть! Меня отрывают от мягкой поверхности, и, прижав к мускулистой груди, несут вверх по лестнице. Положив на мягкую кровать, рядом устраивается массивное тело, под которым прогибается матрац. Рука ложится на бедро и замирает. Покрываюсь мурашками с головы до пят от одного прикосновения. Удивляюсь тому, что он себя сдерживает. Его не спящий «друг» упирается, и я пытаюсь чуток отползти от соприкосновения, но опять оказываюсь прижатой очень плотно. Шевелиться боюсь. Просто затихаю.

Дождавшись размеренного дыхания за спиной, осторожненько выбираюсь из захвата, и на цыпочках крадусь на первый этаж, постоянно оглядываясь. Щас водички попью и снова на диванчик… Да, блин! На диване уже сидит, щурясь, Туман. Я топчусь босая в его футболке, едва прикрывающей попу.

— Я воды ходила пить. Ты чего тут?

— Подойди! — хриплый голос.

Пока прикидываю, какую отмазку придумать, чтобы держать его на расстоянии вытянутой руки… Ситуация начинает меняться со скоростью тикающего секундомера:

Раз — Туман нависает темным силуэтом.

Два — кольцо рук, шарящих по телу. Футболка сдернута и летит в сторону.

Три — губы терзают мои, не давая даже сделать вздох.

Пути моей мышечной памяти прорываются сквозь кожу, откликаясь на каждое движение. Жестокая борьба разума и тела. Я теряю себя в крепких объятьях. Тумана трясет. Он бессвязно повторяет: «девочка моя, моя любимая девочка… только не отталкивай!». Я подумаю об этом завтра! Падают последние попытки сопротивления. Круговоротом все. Время вспять. Кипит внутри и рассыпается взрывными фейерверками. Потом опустошение и просадка сознания, что я дура озабоченная…

Опять пошел дождь. Капли стучат в окно. У меня свой дождь из глаз вытекает обидами не прощенными. Мы молчим. Муж гладит мои волосы. Губы Тумана прижаты ко лбу, словно он пытается мне что-то вложить в голову. Все еще всхлипываю и пытаюсь вырваться. Вздохнув, Игорь расцепляет руки и дает мне уйти.

— Лиль! — несется в спину. — Позволь мне все исправить! Пожалуйста!

Подхватив тряпочку, натягиваю футболку на голое тело.

— Я не знаю, — отвечаю честно и заставляю себя посмотреть прямо ему в глаза. Выдавливаю подобие улыбки и, развернувшись, иду наверх. В спину печет взгляд. Я передергиваю плечами, пытаясь скинуть.

Наш путь не простой. Уже не понимаю от чего бегу. Мне нужно осмыслить происходящее. Две потрепанные души снова ищут путь навстречу.

— Доброе утро, жена! — получаю поцелуй в плечо, с которого сползла ткань.

Иллюзия, что все хорошо. Даже солнышко пробивается сквозь щели запахнутых штор. Я поворачиваюсь к Туману и ловлю настороженный взгляд.

— Игорь, зачем все это? Наиграешься в заботливого мужа и потом снова пропадешь…, — кусаю губу от обиды.

— Не пропаду, — ведет указательным пальцем по руке. – Лиль, я продаю бизнес. Мы начнем все сначала: ты, я и наш сын. Родим еще одного ребенка.

— Туман, ты меня за идиотку держишь? Из твоего болота с крокодилами так просто не уходят! — скидываю шаловливую ручонку.

— Будет не просто, но без тебя мне не справится!

Какой же ты гад, Туман! Снова нашел нужные ключи к отзывчивому сердцу. Я пытаюсь придумать свой план, но у меня уже ничего не выходит. Ловкий манипулятор опять дает зыбкую надежду на будущее.