Туман

Началась свистопляска! Проверки полезли одна за другой: налоговая, прокуратура, пожарные… Даже «неизвестные» жители района подали жалобу, что спутниковая антенна на нашем главном офисном здании их, сука, облучает. Твориться такой пиздец, что сутками приходится отмахиваться. Докапываются до каждой буквы в документах, до каждой лампочки. «Они че там, в унитазных бачках, портал наркотрафика ищут?» — наблюдаю по камерам очередную делегацию проверяющих. Но я никому не позволю, как ослу, водить морковкой по носу! Сто пудов, это Валет гайки закручивает, блядина!

Злой, не спавший больше суток, в мятой рубашке. И что, думаете, сейчас делаю? Как решаю свои проблемы? Скидываю Серебряковой свой адрес, с просьбой приехать.

Откинувшись в кресле, пытаюсь успокоиться. Даже с закрытыми глазами знаю, чей стук каблучков приближается к кабинету. Распахивается дверь и ее запах заполняет легкие.

— Игорь? — пальчики проходятся по щетине на скуле.

Загребаю ее между ног перед собой. Дышу, уперев голову в живот. Лиля запустила руки в мои волосы и перебирает, вызывая волну совершенно противоположных эмоций, что гнобили меня минуту назад.

— Хочу тебя! — лезу под юбку вдоль гладкой кожи, добираясь до трусиков.

— Туман, плохо выглядишь, — в ее голосе беспокойство.

— Похрену! — рывком переворачиваю вожделенную женщину и нагибаю, укладывая на стол грудью.

Коленом раздвигаю ноги. Серебрякова не протестует. Ее кроет то же желание. Девочка стонет и трется попкой…

— Игорь Демьянович? — залетает в кабинет секретарша — явно бессмертная.

— Вышла! — рявкаю. — Меня нет на полчаса!

Слышу Лилькин хихик. Она прыскает в кулак, прижимаясь щекой к поверхности стола и кидает хитрый взгляд назад. «Я тебе сейчас покажу веселье!» — наматываю на кулак темную гриву волос.

Хорошо покричали! Наверное, вся контора слышала наши возгласы. Ноги не держат. Сижу в кресле, посадив на колени разомлевшую Лилю.

— Что у тебя происходит? — ее губы у виска. Теплое дыхание щекочет кожу.

Теперь мысли складываются в четкую линию. Валет целиться в меня, а рикошетом вышибет себя с насиженного места.

— Твой папенька устроил мне Форд Боярд! — сжимаю ее ляжку сильней.

У Лильки уже красуется засос на шее. Метки ставлю свои. Теперь и синяк будет от моей лапы.

— И что думаешь делать? — жмется ближе, и ведет носом по шее.

— Сделаю тебе ребенка. Мне уже пора о наследниках подумать…

— Нашел себе породистую кобылу, да? — Серебрякова пытается вырваться из захвата, но я вцепился намертво.

Теперь, что мое — никому не отдам. Никогда не трахал баб без резинки… Только ее. Чистая женщина, красивая. Пахнет свежестью и какими-то сладостями. Нет, цветочек! Ты уже попала!

Лилия Серебрякова

Черт знает что! Нахрена я сюда приперлась?! Заявочки пошли! Ребенка ему подавай! У-у-у-у, морда бандитская! — перехватил обе руки, которыми пыталась ему настучать по дурной голове, тащит к двери. Я даже трусы надеть не успела! Пытаюсь тормозить, втыкая каблуки в пол — что не сильно помогает.

— Туман! — нам навстречу целенаправленно идёт Хрусталь. — Есть дела поважнее, чем бабу тискать, ты не находишь?

— Вот и займись! Пошерсти, кто сливает инфу! Я один это дерьмо разгребать должен? — рычит Туманов, продолжая выволакивать меня дальше.

— Детка, как он тебе надоест, ты скажи! Я аккуратно буду обращаться, не пожалеешь, — скалится седой.

— Еще слово, Хрусталь, и зубы будешь собирать с пола! — огрызается Игорь.

«Поразительно толстокожие и черствые создания! Им плевать на мое мнение!» — пытаюсь увернуться и куснуть нахала-захватчика.

— Не балуй! — получаю шлепок по заднице.

Ему пофигу, что люди смотрят, прижимаясь к стене. Охранник отворачивается, делая вид, что ничего не происходит. Меня дергают, как куклу за собой, только волосы назад…

— Я сама! — пытаюсь договориться, что не надо тащить, словно я у него кур воровала, а Туман застукал за горяченьким.

— Конечно сама, — этот паразит поднимает меня и закидывает на плечо, сбивая дыхание.

Щас блевану утренним кофе! Спазмы в животе усиливаются. Мычу, что мне уже хреново от этой встряски. Резко ставит на ноги у машины. У меня голова закружилась. Начинаю сползать ближе к земле. Ворчит чего-то. Поднимает под мышки и заталкивает за заднее сидение.

— Поедем спать! Устал я что-то, — заводит движок и посматривает в зеркало внутрисалонное, словно пытаясь разглядеть там правильный ответ.

М-да, Лиль! А что ты хотела? Что Туманов серенады будет тебе петь под луной и в любви признаваться? Везет в свою берлогу, будто так и надо…

— Проходи! — кидает ключи на полочку в прихожей.

«Ух, ты! Тумановское логово!» — любопытно мечусь по большому пространству лофта, заглядывая в каждый угол.

Наглая морда ушел в душ, скидывая вещи прямо на ходу. Пялюсь на широкие плечи, рельефную спину. Стоп! Это что? Шрам от пулевого ранения? — хлопаю глазами, застыв напротив уже закрывшейся двери ванной.