Вашингтон, округ Колумбия

Пятница, 3 февраля 2023 года

23:56

В многочисленные обязанности детективов фирмы входило изучение потенциальных клиентов на предмет того, виновны ли они в преступлениях, в которых их обвиняют. В практике уголовной защиты было принято никогда не задавать клиенту вопрос о том, виновен ли он. Если адвокату приходится спрашивать, значит, он сомневается. А если он сомневается, то не сможет обеспечить надежную защиту. Но в «Ланкастер и Джордан» этот вопрос даже не приходил никому в голову. Каждый клиент невиновен, пока его вина не будет доказана, и у фирмы был целый штат детективов, которые могли это подтвердить.

Бывший работодатель Байрона Зелла обвинил его в растрате средств компании, и мистер Зелл обратился в «Ланкастер и Джордан» за юридической помощью после того, как его уволили и предъявили ему обвинения. Зелл был исполнительным вице-президентом, почти два десятилетия проработал на компанию и решительно отрицал обвинения во время первой консультации с Гарреттом Ланкастером. Алекс было поручено расследовать дело мистера Зелла. Формально дело принадлежало ей, и только ей, но, как обычно бывает у наставника и протеже, они с Баком регулярно работали над делами вместе. Спустя восемь лет Алекс уже не нуждалась в присмотре, ей просто нравилось его общество.

Ее задачей было достаточно глубоко изучить жизнь Байрона Зелла, чтобы определить – не однозначно, но с чертовски высокой вероятностью, – был ли он невиновным человеком, который пытался спасти себя, или последним преступником. Как Алекс решит эту задачу – вопрос неочевидный с моральной точки зрения, специфика ответа на который определялась воображением каждого конкретного детектива. А Алекс Армстронг обладала активным воображением.

Алекс считала, что именно с финансов Зелла лучше всего начать погружение в жизнь этого человека. Зелл уже передал свои финансовые документы в «Ланкастер и Джордан», и Алекс провела последнюю неделю, копаясь в его банковских счетах, инвестициях и активах. Пока все, что Байрон представил «Ланкастер и Джордан», было безупречно. Но Алекс и не ожидала найти ничего недобросовестного в документах, которые Зелл отдал по своей воле. Если он что-то скрывал, это было у него на персональном компьютере, и Алекс собиралась на этот компьютер взглянуть.

Как только Зелл скрылся за углом здания, Алекс надвинула кепку на глаза.

– Ты тренировалась открывать замок? – спросил Бак.

– Да.

– И как долго?

– Весь вчерашний вечер.

– И сколько времени понадобится на взлом?

– Меньше двух минут.

Бак кивнул.

– Тебе лучше поторопиться.

Алекс открыла дверцу машины и поспешила на другую сторону улицы. Проверка клиентов играла важную роль, если они хотели выиграть дело, и при этом нельзя было нарушать никаких законов. Гарретт недвусмысленно объяснил это Алекс во время ее официального собеседования в фирме. Фирма должна была знать правду о потенциальных клиентах, но эта правда должна была быть получена законным путем. Гарретт прочитал ей эту лекцию только один раз. Он объяснил ей правила фирмы и последствия незаконного получения информации во время собеседования, на котором присутствовали Жаклин Джордан – партнер Гарретта и вторая основательница фирмы – и Бак Джордан. Гарретт сказал ей об этом, чтобы поставить галочку, и больше не упоминал ни разу. Вместо этого он отпустил Алекс на вольный выпас в возрасте двадцати одного года, чтобы она училась хитростям профессии у легендарного Бака Джордана – человека, который нарушил больше законов в борьбе за правду, чем любой из клиентов, которых когда-либо представляла компания «Ланкастер и Джордан».

За все эти годы Гарретт ни разу не поинтересовался, какими методами Алекс собирала информацию. В первые дни работы она полагала, что молчание Гарретта свидетельствует о его доверии к ней. Спустя годы, воочию наблюдая за закулисными махинациями своих коллег-детективов, она поняла правду. Гарретт не спрашивал, потому что не хотел знать.

Положение Алекс в «Ланкастер и Джордан» было сложным. Алекс по необъяснимой причине желала произвести на Гарретта хорошее впечатление, поэтому старалась больше любого другого детектива в фирме. Она была готова нарушать правила и законы, но никогда не поставила бы под угрозу Гарретта лично. Их отношения были сложными и зародились в тот момент, когда Гарретт ворвался в комнату для допросов в ночь, когда была убита ее семья.

Ей было всего семнадцать лет, когда в ее жизни появились Гарретт и Донна Коппел. Родителей не было, никто не мог ее приютить, а единственный дом, который она знала, был обнесен сигнальной лентой, и ей некуда было идти. Гарретт и Донна убедили судью предоставить им временную – и анонимную – опеку. Поскольку ее испытания начались, когда Алекс была несовершеннолетней, и продолжались, когда Алекс уже исполнилось восемнадцать, условия ее освобождения из колонии для несовершеннолетних включали обязательства по руководству и надзору. Алекс согласилась пожить с Ланкастерами, когда они предложили взять ее к себе. Через несколько месяцев начался судебный процесс против штата Вирджиния, который быстро дошел до суда из-за вопиющего характера произошедшего и юридической мощи адвокатской конторы Гарретта Ланкастера. На протяжении всего процесса никто из представителей прессы так и не узнал, что Алекс жила у адвоката, который ее представлял. И спустя столько лет никто не пронюхал, что она работает на того самого человека, который спас ей жизнь.

Перебегая дорогу, Алекс понимала, что попасть в здание будет нелегко, но далеко не невозможно. Ей просто нужно придерживаться плана. Накануне она все отрепетировала и была уверена, что сегодня все пройдет гладко. По крайней мере, до двери квартиры Зелла. А там ей придется прибегнуть к помощи навыков, приобретенных во время стажировки у Бака Джордана, если она надеется пробраться дальше. Она миновала парадный вход и свернула за угол, чтобы попасть в гараж. Воспользовавшись украденным накануне ключом-картой, она пробралась через ряды машин к служебному лифту, где ввела четырехзначный код – тоже украденный, – открывающий ей доступ. Алекс предполагала, что все ее передвижения фиксировались камерами наблюдения, которые висели в каждом углу гаража, но была уверена, что бейсболка, солнцезащитные очки и массивный дождевик хорошо ее замаскируют. Она также была уверена, что камеры наблюдения на тридцать восьмом этаже уже отключены.

С тех пор как полиция и пресса лишили ее прежней жизни и всех ее школьных друзей, у нее осталась дружба только с теми, с кем она провела семьдесят один день в колонии для несовершеннолетних. Это было братство очень разных союзников, вынужденных помогать друг другу внутри Аллегейни, как только гас свет и по этажам начинали бродить настоящие преступники. Эти отношения пережили проверку временем и принесли в качестве результата небольшой список людей, которые с готовностью брали у Алекс подработку, когда ей требовалось что-то сомнительное. Для сегодняшнего задания она заплатила одному из своих друзей из колонии тысячу долларов, чтобы тот закрасил камеры наблюдения на тридцать восьмом этаже, где находилась квартира Байрона Зелла. Если он выполнил свою часть сделки, а она знала, что так и произошло, он сейчас сваливает с тридцать восьмого этажа.

Открыв двери лифта, она бросила быстрый взгляд на гараж, чтобы убедиться, что она одна, и забралась внутрь. Через минуту вышла на шестом этаже: выше этот лифт не поднимался. Она наметила маршрут накануне, сначала с помощью чертежей здания, которые скачала с сайта округа, а затем – когда совершила пробный проход, и теперь легко пробиралась через лабиринт подсобных помещений. Близилась полночь, почти весь персонал уже ушел, и Алекс никого не встречала, перебегая из комнаты в комнату. Наконец она вышла в главный коридор через одну из дверей. За углом находился стандартный пассажирский лифт. Она нажала кнопку вызова и подождала всего несколько секунд, пока двери откроются. Внутри нажала на тридцать восьмой этаж и опустила голову, прикрыв лицо от камеры наблюдения в лифте. Меньше чем через десять минут после того, как Байрон Зелл покинул здание, Алекс стояла перед дверью его квартиры.

Репетируя взлом, Алекс переоделась в костюм уборщицы и смешалась с десятками других людей, которые убирались и обслуживали здание. Когда она была на тридцать восьмом этаже, то сфотографировала дверь квартиры Байрона Зелла и провела остаток вечера, осматривая замок, чтобы понять, с чем столкнулась. Теперь она достала из заднего кармана кожаный футляр. В нем были инструменты для взлома замков, изначально подаренные ей Баком на годовщину работы в фирме, которые сослужили ей хорошую службу за эти годы. Спустя столько лет маленький кожаный футляр лежал привычно и удобно у нее в руках.

Она достала из набора Г-образную отмычку и выбрала острие подходящего размера, которое определила в ходе исследований предыдущей ночью; вставила отмычку в сердцевину дверного замка, слегка повернула его влево, продолжая постоянно надавливать. Затем вставила острие поверх отмычки и принялась за решение головоломки. Взлом замка – именно головоломка. Просто вместо того, чтобы собирать разрозненные кусочки, здесь нужно было определить порядок скрепления запорных штифтов и силу давления, необходимую для их взлома. Попытка сделать это на замке, с которым раньше никто не работал, называлась «слепой отмычкой», и у Алекс был большой опыт в этом деле.

У этого замка было пять штифтов. Закрыв глаза, Алекс подводила острие к каждому штифту, нащупывая тот, который оказывал наибольшее сопротивление. Найдя его – в данном случае это был второй, – она приподняла острие вверх, чтобы установить верхний драйвер, и услышала щелчок. Затем вернулась к первому штифту и начала снова, на этот раз почувствовав сопротивление в четвертом штифте. Легким движением запястья она установила его на место. То же самое она провернула с каждым из пяти штифтов, потратив чуть больше трех минут на весь процесс. Затем повернула отмычку, взялась за ручку двери квартиры Байрона Зелла и надавила большим пальцем на защелку. Дверь открылась как по волшебству.

Внутри она положила инструменты обратно в кожаный футляр и сунула его в карман. В квартире было темно, и она дала глазам привыкнуть. Затем сунула руки в латексные перчатки и стала пробираться вперед. Ей нужно было одно, и только одно: финансовые записи Байрона Зелла. С помощью маленького фонарика Алекс нашла кабинет, села за стол и включила компьютер. Экран ожил и осветил комнату жутковатым голубым светом. Первая удача заключалась в том, что мистер Зелл не защитил свой компьютер паролем. Пролистав его файлы, она через несколько минут оказалась в папке с финансовыми документами. Времени на то, чтобы прочитать их, не было, но это и не входило в ее планы. Копировать файлы было слишком рискованно, ведь она могла оставить после себя цифровой отпечаток. План Алекс был гораздо проще, и в качестве сообщника оставался только Байрон Зелл.

Алекс быстро вошла в его электронный почтовый ящик, который открывался автоматически. Она нажала на новое сообщение, прикрепила к нему все финансовые документы, адресовала письмо Гарретту Ланкастеру из «Ланкастер и Джордан» и озаглавила его «Частные документы для ознакомления». В теле письма Алекс напечатала всего одно предложение:

Мистер Ланкастер, прилагаю запрошенные вами документы.

Алекс отправила письмо и только вышла из компьютера, как у нее зазвонил телефон.

– Да, – прошептала она, поднеся телефон к уху.

– Он вернулся, – сказал Бак. – Пора сваливать.

– Вернулся, в смысле?

– Только что вошел в вестибюль. Возможно, он уже в лифте.

– Черт, Бак! Ты только что его увидел? Он появился из воздуха?

– Покричишь на меня позже. Но сейчас убирайся оттуда к черту, Алекс!

Алекс закончила разговор, убрала телефон в карман и перевела компьютер в спящий режим. Поставила кресло на место и побежала по квартире. Захлопнув за собой дверь, проверила, сработал ли замок, затем протерла ручку тряпкой и поспешила к лифту. Когда она уже собиралась нажать кнопку вызова, лифт бибикнул, прибывая из лобби первого этажа. Она развернулась и помчалась по коридору, распахнув дверь на лестничную площадку как раз в тот момент, когда в коридоре появился Байрон Зелл. Алекс придержала дверь и посмотрела в щель между ней и косяком. Она смотрела, как Зелл идет по коридору в сторону от того места, где она спряталась на лестничной клетке, вставляет ключ в замок и входит к себе в квартиру. Как только он оказался внутри, она позволила двери на лестницу захлопнуться и спустилась по ступенькам на этаж ниже.

Там она вышла в коридор и села в лифт, спускавшийся на шестой этаж. Проделала обратный путь через подсобки, спустилась на служебном лифте в гараж и уже через минуту была на улице. Там она открыла дверь своего внедорожника, села за руль и посмотрела на Бака.

– Ты ведь специально это сделал, а?

– О чем ты говоришь?

– Ты ждал, пока Зелл окажется в холле, прежде чем позвонить мне.

– Конечно нет, – сказал Бак неискренним тоном, который должен был выразить, как он шокирован таким обвинением. – Я отвлекся, вот и все.

– Чушь. Бак Джордан не отвлекается во время слежки.

Бак лишь улыбнулся в ответ. Алекс покачала головой и завела двигатель.

– Мне бы не помешала еще минута, – сказала она. – Я чуть не столкнулась с ним в лифте.

– А в остальном как все прошло?

Алекс кивнула.

– Я достала все, что нам было нужно.

– Тогда я бы сказал, что вечер прошел удачно и всему было свое время.