Первый день наступления подошел к концу, но боевые действия были продолжены. 1172-й стрелковый полк получил приказ в 24.00 перейти в наступление с задачей овладеть Васнево и Василево с дальнейшей задачей выхода к Рогачеву[336].

Итог ночных действий подвело боевое донесение № 50 от 7.00 7 декабря:

«1. В 24.00 6.12.41 с целью облегчить положение частей, действовавших под Подвязново, Бунятино, полк 1172 и остатки 923 сп атаковали Васнево, Василево, после залпа батареи РС по Рогачево. Подразделения 923 сп два раза врывались в Василево, но каждый раз с большими потерями отбрасывались назад. 2 раза подразделения 923 полка бежали с поля боя на Прожектор, открывая Рогачевское направление, и оба раза под воздействием силы оружия были возвращены назад. По докладу к-ра полка, в полку осталось около 250 штыков. Остатки полка мною подчинены комдиву 348.

Полк 1172 дважды занимал Василево и один раз Васнево, но выбивался из населенных пунктов сильным пулеметным и минометным огнем. Понеся большие потери, особенно в командном составе, полк был отброшен на берег р. Яхрома и перешел к обороне…

5. В боях на фронте Васино, Василево 923 сп показал крайнюю неустойчивость и неорганизованность. Полк 1172 показал неподготовленность к ночным действиям и полную неподготовленность автоматического оружия к стрельбе при низкой температуре и растерянность КНС в сложной обстановке»[337].

Как видим, расчет на использование охотничьих навыков уральцев в ночных боях, о чем писал командующий 30-й армией, себя не оправдал. Впрочем, мы не знаем точно, существовали ли подобные иллюзии в декабре 1941 г., или же это лишь красивая версия для мемуаров. В отчете о ходе операции этой лирики нет, и речь идет просто о наступлении без артподготовки. Что касается неустойчивости 923-го стрелкового полка, то, несмотря на приведенные факты, эта часть продолжала вести бои и достигла успеха, заняв в конце концов большую часть Василева.

К сожалению, мы не можем точно указать времени, когда этот успех был достигнут. На процитированном выше донесении можно найти резолюцию полковника Хетагурова:

«Командующему ВВС 30 армии полковнику Белову.

Бомбите с 11.00 восточную окраину Рогачево, Рогачево, Мал. Рогачево.

[В] Василево наши, учтите»[338].

Следовательно, очередной раз наши части ворвались в Василево между 7.00 и 11.00.

При обращении к документам противника мы видим следующую картину. После полуночи в журнале боевых действий 14-й моторизованной дивизии сообщается, что на фронте, занимаемом 14-м разведывательным батальоном и 54-м мотоциклетным батальоном (т. е. на участке Синьково – Подвязново), все спокойно. Зато «53-й пп (мот.), напротив, устраняет охватывающие атаки противником населенного пункта Василево. Передний край обороны перемещается на западную окраину Василева»[339]. Согласно немецкому документу все эти события произошли между 1.30 и 2.30. Затем в течение дня Василево не упоминается. Как мы знаем из нашего источника, ночные действия наших стрелковых полков не дали результата, что противоречит сведениям врага. Почему противник не внес исправлений в журнал боевых действий? Скорее всего потому, что, в конечном счете, немцам все же пришлось оставить большую часть деревни. Но этому предшествовал еще целый день упорной борьбы.

А. Н. Шорников, старший политрук, военком 923-го сп.

В истории немецкого полка, часть которого оборонялась в Василеве, можно найти сведения о контратаке и борьбе за потерянную немцами восточную окраину деревни.

«На следующий день, 7.12, противник также атаковал непрерывно с севера и северо-востока на Василево. Полк приказал при всех обстоятельствах удержать деревню, чтобы оставить свободным путь отступления. При ледяном холоде минус 30 градусов стоял 3-й батальон 11-го пп (мот.) в оборонительном бою. Для поддержки этого батальона прибыли войска военной полиции в составе 30 человек под командованием оберлейтенанта Руперти, рота обеспечения (6 рота 87-го пп) и часть истребительно-противотанковой роты»[340].

Это второй источник, где в качестве участника боев за Рогачево упоминается подразделение 87-го пехотного полка. Как эта рота оказалась в отрыве от своей дивизии, мы сказать не можем. Для обстановки, сложившейся тогда под Москвой, в такой ситуации ничего необычного не было. С подобным случаем мы уже встречались и в наших войсках. Так, два взвода 927-го стрелкового полка как раз бились в тот момент за Василево вдали от своей части в составе 923-го полка.

Однако к противнику подошло не только подкрепление в виде пехоты, но и бронетехника.

«Командир полка полковник Шюрманн прибыл к 3-му батальону 11-го пп (мот.) с тремя другими противотанковыми пушками на самоходных лафетах. Войска военной полиции во главе с оберфельдфебелем Рейнхольдом ворвались в занятую часть деревни и смогли ее очистить. Силою до батальона русские атаковали снова. Огневая мощь батальона [немецкого] была слабой, так как многие пулеметы выбыли из строя. Поэтому наступавшие русские захватывали все большую и большую территорию. Собственная артиллерия и тяжелые минометы быстро расстреляли боезапас. Под этим давлением первые дома пришлось сдать. Занятая врагом часть деревни была изолирована для предотвращения дальнейшего проникновения противника. Поскольку никаких других доступных подкреплений не было, майор Вольде должен был решиться перенести передний край обороны назад. На восточной окраине Рогачево были заняты новые оборонительные позиции. Были использованы 9-я рота 11-го пп (мот.), 6-я рота 87-го пп, 7-я рота 53-го пп (мот.) и саперный батальон. В распоряжении резерва находились 1 взвод саперов 630-го саперного батальона, 1-й бронированный взвод связи, военная полиция и противотанковые орудия на самоходных лафетах. 6-я батарея 14-го ап (мот.) также должна была взаимодействовать с 3-м батальоном 11-го пп (мот.)»[341].

Результаты этого боя увидел М. И. Сурин, который вернулся в Василево только 9 декабря.

«На восточной окраине сгорели дома, а «речной конец» – улица к Лбовке – наполовину выгорела. На окраине Василево стояла небольшая разбитая пушка. Мы назвали ее «пушкой-собакой» за стрельбу, похожую на лай. В самой деревне стояли три брошенных немецких автобуса и десятка два мотоциклов. Это был транспорт, на котором немцы во время боя подбрасывали подкрепления.

Засев в овощехранилище и домах, они вели сильнейший пулеметный огонь на восток. Из овощехранилища наши бойцы их выбили, забросав гранатами. Там впоследствии захоронили 12 немецких трупов, собранных по деревне. Еще два немецких солдата (чех и словак) сдались только 12 декабря. Все это время они прятались в землянке».

Возможно именно в борьбе за упомянутое овощехранилище отличился красноармеец А. В. Немыкин[342].

О том, кто сражался в этот день в районе Василево с нашей стороны, мы можем судить только по спискам потерь и наградным листам. Фамилии некоторых из бойцов, например В. Ф. Пышкина[343], присутствуют и в тех и в других документах. В этот день в 923-м стрелковом полку погиб 61 человек. Местом гибели всех указано Василево. 1172-й сп потерял за день 43 человека, у 41 из них место гибели – Васнево, а у двоих – Василево. Возможно, часть погибших под Васнево также участвовала в наступлении на Василево.

Чтобы провести охватывающую атаку с севера, как это написано в истории немецкого 11-го пехотного полка, надо было пройти мимо Васнева. Так проник в Василево политрук И. А Левитин.

«7 декабря 5-й роте 923 стр. полка приказано было наступать на дер. Василево со стороны гор. Рогачева с правого фланга. В одном из сараев в деревне засели пять автоматчиков. Под командой политрука Левитина сарай был забросан бутылками с горючей жидкостью и подожжен. Выбежавшие автоматчики были перебиты бойцами, бывшими с политруком. В доме сидел автоматчик и отстреливался, Левитин хотел бросать в него гранату, но в это время из дома выбежал мальчик 9 лет и сообщил, что в доме есть двое детей с матерью, ей крикнули, чтобы она вышла. Мать с детьми выползла из дому, политрук броском гранаты через дверь уничтожил автоматчика, находившегося на печи.

В бою был ранен, но оставался в строю и своим примером увлекал бойцов…»[344].

Скорее всего, в этот день совершил свой героический поступок лейтенант З. Г. Абдулин, который «в первом бою 6.12.1941 года под селом Василево ворвался в село со своими бойцами 1-го взвода и лично сам забросал огневые точки противника гранатами и уничтожил около 10 немцев»[345]. Как мы уже знаем, во время первой атаки 6 декабря батальон 1172-го стрелкового полка не смог даже подойти к деревне.

Были отмечены наградами: политрук В. И. Щепалов[346] и сержант С. И. Китаев[347]. Как и на других участках фронта под Рогачевом, в 923-м стрелковом полку отличились те, кто оказывал на поле боя помощь раненым: красноармеец Е. Н. Волобцов[348], санинструкторы А. П. Каланчук[349] и М. Б. Елесина.

Из этих троих нас должна особенно заинтересовать последняя фамилия. Это один из немногих известных нам случаев, когда за окрестности Рогачева сражались уроженцы этих мест. М. Б. Елесина родилась в с. Куликово. По сведениям, опубликованным ее внуком в Интернете, прежде чем вступить добровольцем в Красную Армию, ей пришлось перейти линию фронта: «Местную жительницу Марусю Елесину (ныне Талимову) наши разведчики встретили у деревни Василево Московской области, где проходил укрепрайон немцев. Она передала им ценные сведения о противнике и перешла с разведчиками линию фронта. Ее определили в воинскую часть санинструктором»[350].

Вместе с солдатами и командирами санинструктор М. Б. Елесина[351] делила тяготы фронтовой жизни, и только под Москвой она вынесла с поля боя свыше 50 раненых бойцов.