– Сай?

Прикосновение прохладных пальцев к моей щеке вырвало меня из легкого сна. В расщелину ущелья пробивался мягкий утренний свет. Я сразу же сел, сердце бешено заколотилось, когда по венам разлился резкий прилив адреналина.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я, убирая с лица Цзинь несколько выбившихся прядей.

– Гораздо лучше, спасибо тебе.

– Я безмерно рад это слышать, мое солнышко.

– Нам нужно уходить, – сказала она, с трудом выпрямляясь. – Охотница может все еще нас искать.

– Но куда мы пойдем?

Цзинь покачала головой:

– Я не знаю. Иногда мне кажется, что в этом мире больше не осталось мест, куда мы могли бы сбежать.

– Мы что-нибудь придумаем, – уверенно сказал я. – Пока мы вместе, все будет хорошо.

Она медленно кивнула:

– Нам нужно найти место, чтобы смыть с себя кровь. Кто знает, какие твари могут выйти на наш след.

– Это ты так намекаешь, что мне пора помыться?

Цзинь с улыбкой сморщила нос и сжала его пальцами.

– Нет, конечно же.

Я тихо рассмеялся, с облегчением замечая тепло в ее глазах, когда она опустилась рядом со мной.

– Как думаешь, в моей крови достаточно магии, чтобы исцелить тебя?

Цзинь покачала головой:

– Я бы не стала рисковать. Мы оба слишком слабы, а количество крови, необходимое для полного исцеления, слишком велико.

– В оазисе… Сколько ты мне дала?

– Я истекала кровью почти час.

Я поморщился. Одна лишь мысль о том, чтобы истощить себя таким способом, вызывала у меня отвращение, да и времени на это у нас не было. Такой метод следовало оставить на крайний случай.

Вместо этого я мягко взял ее запястье, встретившись с ее опьяненным взглядом, и поцеловал ее. Ее палец нежно скользнул по моим губам, дыхание вырвалось из слегка приоткрытого рта. Я довольно зажмурился, оставляя цепочку поцелуев от уголка ее губ к линии челюсти и дальше, к изгибу шеи, наслаждаясь тем, как она вздрогнула от удовольствия.

– Нам пора, – выдохнула она, но в ее голосе не было уверенности. – Сохрани свой голод на потом.

– О, можешь не сомневаться.

Мы оба поднялись на ноги, осторожно оглядываясь. Цзинь была права – нужно поторопиться. За последние несколько недель мы усвоили одно: оставаться на одном месте слишком долго для нас губительно.

– Нам придется вылететь отсюда, – сказала она. – Держись крепче.

– Но так нас легче заметить.

– Я буду быстрой. Как только выберемся из ущелья, я снова превращусь в человека, и мы продолжим путь пешком.

Я медленно кивнул, обдумывая наши варианты. Безусловно, это был куда лучший способ выбраться из этого проклятого места, чем пытаться карабкаться наверх.

– Не бойся, – тихо сказала она. – Я тебя не уроню.

– Об этом я беспокоюсь меньше всего.

В одно мгновение она изменила форму. Я знал, что никогда не перестану восхищаться ее грацией и красотой в обличье дракона. Ее сверкающая чешуя поймала тусклый свет, засверкав, словно драгоценные камни. Цзинь вонзила когти в землю, склонив голову и мягко ткнув меня носом, подталкивая к себе на спину. Я забрался на нее и вцепился в гриву, резкий вдох вырвался из груди, когда она выпрямилась во весь рост.

Земля исчезла под нами, и мы взлетели, ветер взвыл, оглушая, пока Цзинь стремительно набирала высоту. Я прижался к ее спине, крепче сжимая пальцы в ее гриве, зажмурив глаза, пораженный ее скоростью. Еще мгновение назад нас окружала беспросветная тьма ущелья, а теперь…

Теперь мы уже касались облаков. Внутри меня вспыхнуло детское волнение. В детстве я часто мечтал узнать о том, как выглядит мир с высоты, действительно ли облака такие же мягкие, какими кажутся. Я был охвачен необъяснимым спокойствием, зачарован бескрайней лазурью неба. В этот миг все остальное перестало иметь значение – мир внизу, тревоги, страхи, даже наши враги. Все это осталось далеко, так далеко.

Я летел. Впервые за семь тысяч лет я вновь мог взглянуть на королевство, что когда-то принадлежало мне. От вершин самых высоких гор до небес – мой дом. Мысли о том, что император отнял его у меня, вызывали лютую ярость.

Цзинь начала плавный спуск, осторожно приземляясь в самом сердце бамбукового леса, что покрывал бо́льшую часть Лунных островов. По счастливой случайности мы оказались рядом с горячими источниками – от воды поднимался густой пар, а со всех сторон нас окружала плотная стена деревьев. Она, должно быть, заметила этот лес с высоты. Это было идеальное укрытие, спрятанное от посторонних глаз.

Моя любимая в облике дракона осторожно вошла в воду, ее длинное тело с легкостью уместилось в горячем источнике. Цзинь нырнула, скрываясь под поверхностью, и спустя несколько мгновений всплыла уже в человеческом обличье. Она улыбнулась мне, скрываясь в завесе пара, и принялась стягивать с себя промокшую одежду, перекидывая ее через край источника.

Я с улыбкой поднял ее одеяния, отжал их и развесил на низкой ветке.

– Стирка и купание в одном флаконе, – заметил я. – Восхищаюсь твоей практичностью.

Цзинь подплыла к небольшому водопаду, где вода стекала вниз с каменного выступа, спрятанного в недрах земли. Из воды виднелась только ее голова, волосы черными змейками струились вокруг лица.

– Ты собираешься стоять там или все-таки зайдешь? – вкрадчиво спросила Цзинь, отплывая чуть дальше. – Тут мелко, – с улыбкой добавила она, будто бы успокаивая меня.

Мои губы дрогнули в улыбке. Как я мог ей отказать? Я быстро сбросил одежду и шагнул в воду, прокладывая путь через горячий источник к Цзинь, что ждала меня под водопадом. Дно здесь было ровным, и мне не пришлось бороться с паническим страхом утонуть, как обычно. Горячий пар проникал в легкие, пропитывал кожу, но ничто не могло удержать моего внимания так, как Цзинь.

Капли стекали по ее плечам, скользили по изгибам спины. Жар источника окрасил ее щеки и грудь, придавая коже глубокий, живой оттенок. Ее ресницы дрогнули, когда я приблизился, легко обвивая ее талию руками. Я не знал, кто из нас потянулся к кому первым, но это и не имело значения. Наши губы нашли друг друга, идеально совпав.

Мы потерялись в нетерпеливых прикосновениях, в сбивчивых поцелуях, в тихих стонах желания. Я не понимал, где заканчивается она и где начинаюсь я. Она заполняла каждую мою мысль. Мы двигались с жадностью, сливаясь в одно целое, пытаясь восполнить сотни потерянных жизней, сотни жизней, прожитых в разлуке.

Я молча молился богам, прося их лишь об одном. Пусть в этот раз я останусь с ней.

Цзинь провела языком по моей шее, впиваясь в кожу, оставляя свой след. Жадность в ее глазах вытеснила все прочие мысли. Я крепче сжал волосы девушки у корней, запрокидывая ее голову назад, и прижался губами к ее горлу, едва касаясь зубами нежной кожи.

– Давай же, – прошептала она с хитрым смешком. – Не сдерживайся, Сай. Заставь меня вспомнить, как это было прежде.

Я не удержался. Впился зубами в ее кожу, оставляя крошечные следы. На ее нежной шее, на изгибе плеча, на ключице – неведомый мне инстинкт требовал покрыть ее своими метками. Пусть весь мир знает, что она моя.

Ее удовольствие пронеслось по нашей связи, переплетаясь с моим в совершенной гармонии. Я удерживал ее, позволяя насладиться волной экстаза, а затем последовал за ней.

В тишине, что последовала после, была своя особая близость. Нам не нужны были слова, клятвы, заверения. Небеса сами предначертали нашу судьбу, соединив наши души. Я не мог представить, как смогу вынести даже мгновение без нее.

Мы оставались в воде еще какое-то время, неторопливо смывая следы ночи. Оба устали, заслуживали хотя бы короткой передышки. Цзинь зачерпнула горсть воды и вылила мне на голову с тихим смехом, после чего сжала мои плечи, мягко массируя напряженные мышцы. Я ловил каждую возможность украсть у нее поцелуй, позволяя себе в полной мере насладиться покоем этого мгновения, ведь знал, как быстро он может оборваться.

– Нам придется вернуться в деревню за припасами, – сказал я. – Я могу пойти один. Возьму все необходимое, и мы отправимся на запад так далеко, как сможем.

– А охотница? Если ты вернешься в деревню, не будет ли она тебя поджидать?

– Возможно. Но она не сможет заставить меня говорить или убедить остаться.

В ее взгляде промелькнуло сомнение, и я не винил ее за это.

– Это неразумно, Сай…

– Тогда давай ты будешь следить за мной, – предложил я. – Останься на краю леса, пока я схожу в деревню. Просто заберу припасы, поблагодарю за гостеприимство и исчезну. Фэн не рискнет ничего предпринять при свидетелях.

– А если она расскажет им? О том, кто мы на самом деле. Она видела меня. Как думаешь, они ей поверят?

– Не знаю, – признался я. – Тем более мне нужно действовать быстро. Если что-то пойдет не так, ты будешь рядом.

Я почувствовал ее тревогу сквозь нашу связь, но она сказала:

– Хорошо.

Мы выбрались из горячего источника, быстро вытерлись и оделись. Я заплел ее волосы, коротко поцеловав перед тем, как добавить в ее прическу серебряную заколку.

– Нам пора.