По моему мнению, Фэн обладала худшими манерами обращения с больными на этой стороне горной границы, но я все равно был благодарен ей за мазь из растертых корней и трав, которую она нанесла на мою рану. Теперь в руке чувствовалась лишь тупая боль и небольшая пульсация под повязкой на предплечье, которая была плотно закреплена льняными полосками. Нельзя не признать, что из Фэн получился отличный целитель, несмотря на ее грубое обращение.

Она была необыкновенно привлекательна, дика и необузданна, возможно, чуть старше меня. Ее одежда была сшита из шкур разных животных – кабана, тигра и, как я предполагал, змеи. Ее кожа была темнее моей от долгих часов на свежем воздухе, черные волосы обрезаны чуть выше плеч, передние пряди обрамляли ее лицо, скрывая темно-коричневые глаза.

– Сколько еще? – спросил я.

– Спросишь еще хотя бы раз, и… – Фэн вздохнула. – Я уже говорила тебе, доедем к полуночи.

Фэн усадила меня на лошадь, а сама вела ее за повод, проходя через джунгли с поразительным мастерством. Хотя изначально я и был безнадежно потерян в этом лабиринте зеленых просторов, со временем я быстро научился распознавать метки, по которым она ориентировалась. Раньше я их не замечал: разные символы, вырезанные на коре деревьев, некоторые из них были выделены яркими красками.

Колонка из трех горизонтальных линий пророчила звук текущей воды впереди. Большой красный крест предупреждал о темных зарослях сразу за поворотом, где злые звери начинали рычать громче, когда мы проходили по их территории. Были и треугольники, указывающие направление на дым, – костер где-то вдали. Однако вскоре эти метки уступили место более постоянным ориентирам местности.

Маленькие статуи, вырезанные из камня, сидели на поваленных пнях или аккуратно сложенных каменных кучах. Было заметно, что за ними тщательно ухаживали, ведь хотя статуи были явно старые, им уже десятки лет, повреждены ветром, дождем и временем, ни одна не покрылась мхом или листвой. У подножий многих фигурок лежали маленькие подарки – растаявшие свечи, кусочки украшений и свежие фрукты.

Каждая статуя изображала дракона – его пасть была раскрыта в беззвучном рычании, длинный хвост изгибался позади, а передняя лапа была поднята, демонстрируя устрашающие когти. Они напоминали тех самых драконов, которых мы вырезаем на дверях домов в Цзяошане. Похоже, некоторые суеверия не знали границ. Возможно, мы не так уж и отличались от наших южных братьев.

– Как долго ты его выслеживаешь? – спросил я Фэн, пытаясь удобнее устроиться в седле. Внутренние стороны бедер все еще болели. – Как узнала, где искать дракона?

– Да никак, – сухо ответила она. – Просто удачное совпадение. Я шла по следу Фэй.

– Будь здорова.

– Я не чихала, идиот, – огрызнулась Фэн. – Зверь Фэй[27]. Именно он на тебя напал.

От одного воспоминания о его уродливом облике ладони стали влажными. В голове вновь зазвучало то жуткое эхо – голос, который был ни полностью человеческим, ни совсем звериным. Я слышал о Фэй, как слышал о злых духах, потерянных призраках, демонах… и драконах. Все это до недавнего времени казалось мне лишь выдумками, древними мифами и суевериями.

– Часто охотишься на них? – спросил я.

– Только когда они создают проблемы для моей деревни.

– Какие проблемы?

– Звери Фэй – предвестники разложения. Они убивают каждое растение, на которое наступят, и отравляют воды, в которых плавают.

Я поджал губы, сдерживая желание сказать, что любое растение погибнет, если на него наступить, но решил промолчать. Нож на ее поясе выглядел опасно острым.

– Хотя я давно уже их не встречала, – продолжила она. – Плохая примета. Грядут изменения, и большие. А теперь еще и дракон этот.

Задержав дыхание, я слегка наклонился вперед в седле:

– Ты не выглядела такой уж удивленной, когда увидела его. Уже сталкивалась с ним раньше?

Фэн покачала головой:

– Никогда напрямую, но чешуи этого я нашла, они разбросаны по всем джунглям. Яркие, как изумруды, скажу тебе, но стоят гораздо, гораздо больше.

– А откуда ты знаешь об этом?

Она прищурилась, подозрение отразилось на ее лице.

– Я продала парочку старому северному ублюдку несколько лун назад. Какому-то доктору. Он отдал целое состояние за те две чешуйки, что у меня были. Было непросто их пронести через пограничников.

Мое сердце пропустило удар. Доктор Ци. Так вот она, женщина, о которой он говорил в свои последние минуты. Не могу поверить, как мне повезло найти ее так быстро, хотя, разумеется, она должна была оставаться где-то поблизости от границы, раз регулярно продавала такие товары за северные монеты.

Смерть шла за мной по пятам и тяжким грузом давила на плечи. Я старался не думать о влажном звуке, с которым клинок капитана Тяня вонзался в тело врагов. Отгонял воспоминания о капитане, растоптанном собственными солдатами, о том, что его почетный ранг никак не смог предотвратить страшный исход. И потом я думал об А-Ма, почти сдавшейся болезни, пока я не подсыпал драконью чешую в ее еду. Мне нужно выполнить свою миссию и позаботиться о ее здоровье.

С помощью знаний Фэн о джунглях и ее навыков охотницы у меня есть гораздо больше шансов снова найти это существо. Но как мне убедить ее взять меня с собой? И даже если мы его найдем, я не уверен, что мне делать с той нитью, что связывает меня с тем, кого я должен поймать. Я не мог позволить ей навредить дракону, пока все не выясню. Но в физическом поединке с охотницей я не имел ни малейшего шанса на победу, даже если бы у меня не было ран.

Прежде чем я успел предложить присоединиться к ней, Фэн повела нас за последний поворот. Она отодвинула большие пальмовые листья, открывая вид на деревню, скрытую в самом сердце джунглей. Дома были построены из коричневой глины и покрыты соломенными крышами; на дверных косяках сушились гирлянды из перца, чеснока и местных трав. Земля была относительно ровной, выжженной десятками лет человеческого труда, а высокая ограда из водяных тростников окружала всю деревню, защищая ее от хищников.

В деревне Фэн жило не больше пятидесяти человек, все они носили похожие лохмотья из шкур – трофеи охот. Жители деревни собрались у большого костра, делились историями за чашами с похлебкой в столь поздний час. Когда Фэн и я подошли, разговоры постепенно затихли. Я заметил по выражению лиц местных, что никто особо не обрадовался нашему прибытию.

– Что она тут делает? – пробормотал кто-то едва слышно.

– Ее запрет был снят? – ворчала молодая женщина в глубине толпы.

– Кто этот мужчина? Торговец с Севера?

– Не может быть. Они давно уже перестали заходить в эти края.

– Так чего она тащит его сюда?

Я осторожно спешился, ласково похлопав уставшую лошадь по шее.

– А ты популярна, – тихо сказал я Фэн.

В ответ она лишь бросила на меня колкий взгляд.

– Закрой пасть и дай мне разобраться, – ответила она, поворачиваясь к людям. – Где глава? Хочу поговорить с бабушкой.

Все взгляды в толпе одновременно обратились к пожилой женщине. Она медленно поднялась, на ее лице отпечатался след тяжкого бремени, что она несла на себе все эти годы. Она была невысокой, едва ли доставала мне до плеча, но уважение, с которым к ней относились, было невозможно не заметить. Люди склоняли головы, пока она шла, и с каждым ее шагом пространство вокруг, казалось, заполнялось ее присутствием. Ее белые как снег волосы мягкими волнами спадали на плечи. Глубокие морщины на лбу и обвислые щеки придавали ей грузный вид, а шаркающая походка только подчеркивала это.

Я и сам невольно склонил голову, не зная, что сказать. Напряжение в воздухе было столь густым, что оно прилипало к коже, становясь тяжелым и невыносимым. Матриарх деревни даже не удостоила меня взглядом, ее тусклые серые глаза были сосредоточены исключительно на Фэн.

– Осмелилась вернуться? – пропела пожилая женщина. – Значит, убила его?

– Нет, бабушка. Но я видела его. Мы оба видели. – Она подтолкнула меня локтем. – Дракона. Так ведь?

Во рту окончательно пересохло.

– Да, это правда.

Выражение лица главы стало жестким, полным явного неодобрения.

– Совсем ничему не научилась? Ты правда хочешь его убить?

– Да, бабушка.

– Тогда тебе не место здесь.

Фэн шагнула вперед, преисполненная решимости.

– Бабушка, послушай…

– Это неземные создания, они созданы магией. Божества, что живут среди смертных. Убить одного – навлечь беду на всех нас.

– Они такие же, как и другие бессмысленные звери, – возразила Фэн.

– Ты порочишь их честь, дитя, а значит, позоришь нас. Убирайтесь оба, или в следующий раз не выживете, когда мы встретимся.

Очевидно, я встрял в чужую проблему. Боюсь, это моя величайшая слабость – совать нос не в свои дела, но я не могу с собой ничего поделать.

– Дорогая госпожа, – сказал я, шагнув вперед. – Видимо, произошло какое-то недоразумение. Мы проделали долгий путь. Не могли бы мы остаться здесь на ночь и уйти с рассветом?

Старушка лишь фыркнула в ответ. Ее родство с Фэн было заметно невооруженным глазом.

– Заткнись, чужак. Мы не любим северных шпионов.

– Вовсе не шпион, – настаивал я. – Может, я и с Севера, но я всего лишь скромный владелец чайного домика, не больше.

После моих слов Фэн испустила вздох раздражения.

– Вода с листьями? Мерзость.

Я оставил ее комментарий без ответа.

– Пожалуйста, госпожа, лишь одна ночь отдыха. Утром мы уедем.

– Что еще за «мы»? – удивилась охотница.

Но я лишь отмахнулся от Фэн и продолжил смотреть на матриарха. Несомненно, ночь в джунглях полна опасностей. Если Фэй и драконы действительно существуют, что еще за чудовища могли поджидать нас в темноте? Старушка молчала, погруженная в размышления. В ней совсем не чувствовалось слепого упрямства. Поэтому ее слова оправдали мои ожидания.

– Используйте заброшенную хижину на краю деревни. К вам никто не подойдет, и вам никто не поможет. Убирайтесь с первым лучом.

Жители разошлись молча, но несколько из них плюнули нам под ноги. Фэн не отреагировала. Вместо этого она приосанилась, гордо подняв голову и расправив грудь. Лишь когда все разошлись, охотница зашагала прочь.

– Пошли уже, Заварник воды с листьями, – крикнула она мне через спину.

Хижина, про которую говорила матриарх, находилась в ужасающем запустении. Стены были треснутыми, а соломенная крыша зияла дырами. Как это строение до сих пор не развалилось – оставалось загадкой. Я осторожно опустился на бамбуковую циновку в углу. Фэн, похоже, не заботили ни плачевное состояние этого места, ни ее недавняя встреча с жителями деревни. Она выглядела слишком энергичной для такого крошечного жилища, даже на одну ночь. Двигалась по комнате с привычной легкостью, не натыкаясь на низкую мебель, несмотря на темноту. Подозрения только усилились, когда Фэн остановилась у одной из деревянных половиц, присела и без труда подняла ее, открывая тайник с мазями и лечебными снадобьями. Покопавшись в нем, вытащила маленькую глиняную банку и небрежно бросила ее мне.

– Намажь рану перед сном.

Я склонил голову набок, разглядывая ее девушку с любопытством.

– Это твой дом?

– Родителей, – отрезала она.

– А сейчас они…

– Я уйду раньше тебя, – перебила Фэн. – Как заметят мое отсутствие, деревенские, может, дадут тебе поесть.

– Значит, разделяемся?

– Охота на дракона в самом разгаре. Вчера я впервые за долгое время его увидела. Нужно идти по следу, а ты мне только мешаешь.

Я неловко поерзал на жесткой подстилке.

– Что глава имела в виду, когда говорила о гневе и бесчестии?

Фэн фыркнула:

– Они просто дураки. Жители моей деревни считают этих тварей божествами.

– А ты не считаешь?

– Боги не истекают кровью. Их нельзя ранить. А я ранила. Вот тебе и правда.

Странно, но в ее рассуждениях была логика. Я откинулся назад, разглядывая лицо Фэн в лунном свете. Девушка словно состояла из одних лишь острых углов и резких граней, воительница до кончиков пальцев.

– Но если дракона можно ранить, это еще не значит, что его нужно убивать, – возразил я. – Может, твои соседи в чем-то правы?

– У них опилки в голове! – огрызнулась она. – Представляешь, какое имя я могу себе сделать? Как звучит: Фэн – убийца драконов!

Я нахмурился:

– То есть гонишься за славой?

– Не только. За богатством тоже. Ты знал, что раньше из драконьих костей делали украшения? А из чешуи – лекарства? Такие деньги могли бы кормить всю деревню годами.

Я вздрогнул и с трудом сглотнул при упоминании драконьей чешуи.

– Любопытно.

Фэн кивнула:

– Ничего. Придет время, и они поймут, как сильно ошибались.

– Убьешь его, даже если он последний в своем роде?

– Тем более убью! Я бы уже давно прикончила тварь, но никто в деревне не помогал выследить добычу.

– Почему ты просто не уйдешь? – спросил я. – Они ведь не слишком-то тепло тебя принимают.

– У тебя есть семья, Заварник?

Я сжал зубы.

– Только мать.

– Спорил с ней хоть раз?

Я пожал плечами:

– Бывало.

– И все равно любишь?

– Конечно.

Фэн вновь медленно кивнула:

– Мы можем быть не в ладах, но они все равно моя семья. Когда я убью этого дракона, слава и богатство будут у меня в кармане. Я смогу прокормить их всех. Может, сейчас они не понимают, ради чего это все, но когда-нибудь точно поймут.

Она занялась костром у давно потухшего очага, собирая сухую траву и тонкие ветки. Действовала молча, будто привыкла к одиночеству. Достала из одного из многочисленных мешочков на поясе два кремня и методично высекала искры, пока одна из них наконец не вспыхнула. Фэн была так поглощена работой, что на мгновение мне даже показалось, будто она забыла о моем присутствии.

– Ты очень находчива, – заметил я. – Охотишься, готовишь себе лекарства, разводишь огонь… Впечатляет.

– Трехлетний бы справился.

– Я не справлюсь.

– Значит, ты идиот. – Фэн бросила на меня тяжелый взгляд. – Хотя я поняла это, едва увидев тебя.

Я фыркнул:

– Не обязательно быть такой грубой. У меня тоже множество талантов.

Она лишь приподняла бровь, но дальше расспрашивать не стала. Ее равнодушие было почти осязаемым. Вдруг до меня дошло – это мой шанс! Если сумею втереться в доверие к этой колючей охотнице, смогу узнать больше о Южном царстве. Я бросил взгляд на свою нить Судьбы. Она вновь безжизненно лежала на земле. Даже если бы я мог пойти по ней прямо к дракону, вряд ли пережил бы такое путешествие без навыков Фэн.

– Госпожа, – заговорил я спустя некоторое время. Огонь уже разгорелся, теплые языки пламени растопили холод, пробравший меня до костей. – Позвольте мне сопровождать вас в поисках дракона.

Фэн усмехнулась:

– С какой стати?

– Я превосходный повар. Смогу нас кормить. Что бы ты ни поймала, я поджарю.

– Ничего сложного. Насаживаешь на палку, держишь над огнем – и готово.

– Я могу рассказывать истории, развлекать тебя в дороге, – не сдавался я.

– От твоей болтовни даже зверь сам сбежит куда подальше.

Я вздохнул:

– Чем больше рук, тем быстрее работа?

– Ты просто хочешь убить его и забрать всю славу себе.

Это было неправдой. Я не желал дракону зла, даже если он мог бы проглотить меня целиком одним движением. Связь между нами, пусть и мимолетная, казалась неоспоримой. У меня было слишком много вопросов. Вопросов, которые так и останутся без ответа, если Фэн первой найдет и прикончит его.

– Признаю, мне могли бы пригодиться несколько чешуек, – ответил я, частично приоткрывая правду. – Для моей больной матери. Мне наплевать на саму охоту. Но ты ведь и сама понимаешь, что идти против такого существа в одиночку – безрассудство. Думаю, наша встреча была предначертана. Я… я умею сражаться.

– Ты же говорил, что владелец чайного дома.

– А человек не может знать два дела сразу? К тому же этот дракон явно умен, раз столько лет ускользает от людей. Разве не было бы разумно, если бы кто-то прикрывал твою спину?

Фэн не ответила.

– Я у тебя в долгу, – продолжил я. – Ты спасла мне жизнь. Остальные не торопятся присоединиться к твоей охоте, так возьми меня. Можешь даже использовать в качестве приманки. С напарником ты точно добьешься желаемой славы.

Девушка молчала. Тени вокруг удлинялись, серебряная луна поднималась все выше. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Фэн наконец заговорила.

– Ладно, Заварник. Можешь пойти со мной. Но запомни – встанешь у меня на пути или попробуешь украсть мою добычу, распорю тебя от горла до живота.

Я медленно кивнул, стараясь не смотреть на ее нож.

– В этом я даже не сомневаюсь.