Поиски оказались тщетны, и Стелла чувствовала, что этот кошмар становится даже слишком реальным. Она хотела только уличить Брюса и Аннику в том, что они плохо присматривают за Фредди на ярмарке, и сразу вернуть его обратно, а в итоге эта безобидная уловка закончилась официальным делом о пропаже ребенка.

Стражи порядка отнеслись к произошедшему очень серьезно и немедленно организовали скоординированные поиски. Бледная как полотно Стелла кое-как отвечала на вопросы о возрасте, росте, цвете кожи Фредди и о том, во что он был одет. Несса стояла рядом с ней и подсказывала.

Доброта и одновременно серьезность женщины-полицейского только усиливали растущее отчаяние Стеллы. Фредди, ее милый мальчик, действительно исчез, и, что хуже всего, это произошло по ее вине. Конечно, она не стала рассказывать полиции, что случилось на самом деле. Возможно, она и растерялась, но она никогда не была дурой. Вместо этого она, как заведенная, повторяла, что в последний момент передумала и решила подняться в замок на ярмарку. Ее сын должен был находиться под присмотром ее бывшего мужа и его подружки. Она принялась искать сына, но не нашла. Зато нашла своего бывшего мужа – оказалось, он только что вывихнул лодыжку. И ни он, ни его подруга, похоже, понятия не имели, куда подевался Фредди.

Все сразу поняли, что стряслась какая-то беда. В округе объявили тревогу.

И вот прошло уже два часа. Стелла сидела одна в своей квартире, пока другие люди искали ее ребенка. Ей предложили помощь профессионального консультанта, который мог бы посидеть с ней. Стелла отказалась, сославшись на то, что к ней уже едет мать. Несса и доктор Эд тоже предлагали посидеть с ней, но Стелле сейчас не хотелось никого видеть. Даже Морин. По крайней мере, благодаря этой хитрости она добилась, чтобы ее оставили в покое. У нее из головы не шло бледное растерянное лицо Брюса, дикий ужас Анники. Эти образы, не переставая, мелькали у нее перед глазами.

Она сидела, тупо уставившись на телефон в своей руке, и пыталась заставить себя набрать номер матери, но безуспешно. Она просто не сможет произнести эти слова… что Фредди нет… что он пропал… и что это все ее вина. Она надеялась, что сейчас телефон зазвонит, ей сообщат хорошие новости, и наконец настанет спасительное облегчение. Какой-то внутренний голос шептал ей, что это только кошмарный сон и что она скоро проснется. Но телефон молчал.

Она почувствовала дрожь – сначала в руке, а потом и во всем теле. Ее затрясло. Она выронила телефон и, обхватив голову руками, горько разрыдалась. Чувство вины пожирало ее. Ничтожество. Ужасная мать. Плохой, отвратительный человек. Сначала она потеряла мужа, а теперь и сына. Ее карьера тоже под угрозой. Ей некуда бежать. Некуда спрятаться…

Вот на полках аккуратно стоят фотографии из счастливого прошлого. Они словно смеются над ней. Стены сжимаются и как будто давят на нее. На полу звонит телефон – эта пронзительная безжалостная мелодия звучит как обвинение. Она этого не вынесет. Не сможет поднять трубку. Услышать, какая страшная, жестокая участь постигла ее мальчика. Ей надо выбраться… Она сама его найдет. Материнское сердце поможет ей… и все будет хорошо. Но сначала надо кое-что сделать.

Стелла бросилась в комнату Фредди и схватила маленького игрушечного динозавра, без которого он никогда не засыпал. Сжимая игрушку в руках, она чувствовала, что Фредди как будто находится где-то рядом.

Она найдет его и заберет. Они будут вдвоем, подальше от Брюса и Анники, от всех, кто хотел отнять у нее сына. Они вместе начнут все сначала… и тогда все будет хорошо.