В семь часов утра Майк плечом толкнул дверь в тренажерный зал, и Рори помахал ему с беговой дорожки:

– Привет! Что-то ты сегодня рано!

Майк бросил свою спортивную сумку на пол:

– Не мог уснуть, вот и решил: пойду потренируюсь – больше пользы будет.

– Я слышал, как ты спускаешься. Сначала я подумал, что это Брюс, но он, похоже, сейчас занят. Честно говоря, я бы на его месте тоже предпочел полежать в постели с шикарной блондинкой, а не идти на тренировку. Хотя это немного странно, когда этажом ниже живет твоя бывшая жена. Ничего не скажешь – очень современная семья! – Рори покачал головой и ускорил шаг. – Кстати, как тебе внучка Эвелин?

– Которая юристка? Вообще-то я с ней особенно не общался.

– Вот как? – Кажется, Рори ему не поверил. – Имечко у нее то еще. Интересно, как так вышло?

Майк встал на соседнюю дорожку:

– А что ж ты сам у нее не спросишь?

– Не хочу. Несса сказала, что она занимается защитой женщин от сексуального насилия, дискриминации и так далее. Такую женщину не дай бог обидеть. А зная себя, скажу, я ее точно обижу. И потом, она какая-то слишком высокая. То ли дело Несса… Правда, в ней есть какая-то мягкость? Она всегда говорит, что хочет похудеть, но, по-моему, она и так идеальна. И, черт возьми, я просто обожаю ее волосы! Вьются как шелк! Особенно когда мокрые… – Он с трудом перевел дыхание. – А ты пробовал ее хлеб на «Гиннессе»? Пальчики оближешь! – И Рори действительно поцеловал кончики своих пальцев. – И к тому же питательный!

Майк улыбнулся:

– Действительно, это очень вкусно.

– Ты представляешь, этот скот Райан, ее бывший, напрашивается к ней пожить перед отъездом в Берлин! Он звонил ей на прошлой неделе перед барбекю.

– Постой, ты еще не сказал ей, что любишь ее?

– Слушай, хорош! Мое сердце и так уже разбито. Я для нее не существую, разве что как друг. И еще этот пластический хирург тоже вокруг нее увивался, – нахмурился Рори. – Сердцеед несчастный! Еще и богат к тому же. Несса рассказывала, что у его семьи есть собственность по всему миру…

– Я уверен, для Нессы это все не имеет значения.

– С другой стороны, – Рори поднял большой палец, – он ведь живет в Бостоне, а сюда только на три месяца приехал. Да еще постоянно мотается куда-то в Индию, поправляет детям лица за бесплатно.

– Кстати, он мог бы поправить тебе нос, – ухмыльнулся Майк.

– Все у меня нормально с носом! Этот перелом, чтоб ты знал, мой знак отличия! Помнишь, Кубок чемпионов, «Томонд Парк» [10], две тысячи пятнадцатый…

– Да-да, ты и Конор Мюррей…

– Да и потом, – разошелся Рори, – я не думаю, что этот Аристотель из тех, кто в конце концов остепеняется. А Несса – прирожденная хранительница домашнего очага. Что-то мне подсказывает, ему нужно совсем другое.

– Значит, ты можешь его не опасаться, – сказал Майк. – Только вроде бы его Аристес зовут.

– Да какая разница? А вот Труф, кажется, ему очень понравилась. Я видел, как он на нее смотрел.

– Правда? – безразлично отозвался Майк.

Рори понял, что потерял слушателя, и ускорил шаг:

– Ладно, хватит болтать. Давай, Форрест, беги!