Однажды шёл по осенней тайге сытый медведь. Засохшая трава под его лапами шуршала, пожелтевшие листья падали на его густую шерсть. Лениво поглядывал медведь на красные ягоды калины, на увядшие кусты черёмухи. Увидел у горелого пня муравейник – не тронул его. Наткнулся на норку бурундука – не разрыл её.

Шёл медведь и сам себя нахваливал:

– Вот какой я добрый: никого не трогаю, никому жить не мешаю. Вот какой я хороший: всем только добра желаю. И почему только пасечник меня от пчёл прогоняет? Чем я его обидел?

Подошёл медведь к болоту и услышал, как кто-то мычит. Догадался медведь, в чём дело, и ухмыльнулся:

– Да это пёстрая корова пасечника в болоте завязла! Отомщу-ка я этому пасечнику, задеру двурогую! Эта корова мне всегда не нравилась: шкура слишком пёстрая, шея очень тонкая, рога короткие… И телята у неё глупые…

Пытался раззадорить себя медведь, припоминая всё плохое, что знал о корове. Но рассердиться на неё так и не смог.

– Нет, не получится у меня корову задрать. Зла на неё не хватает! Да и добрый я, не могу на плохую корову сердиться. Пойду взгляну, что она на болоте делает.

Медведь пробрался сквозь густую болотную траву и увидел между кочками рога коровы.

– Ты зачем в болото залезла, пёстрая? – стал медведь её упрекать. – Как теперь выбираться будешь? Совсем тебе головы своей не жалко! Если утонешь, кого обвинят? Меня! Так и скажут: корову медведь съел!

Так медведю стало жалко себя – прямо до слёз!

– Ладно уж, вытащу тебя, пёстрая, – сказал медведь. – Сделаю доброе дело для пасечника! Пусть знает, что сердце у меня доброе! А ну, пёстрая, держись! – рявкнул он, ухватился за голову, рванул, что было силы, и… оторвал её.

– Ну, что главное в корове? Конечно, голова! – решил медведь. – Значит, главное я сделал. Голову твою, пёстрая, я спас. Видишь, какой я добрый!