Туман пришёл откуда-то из-за МКАД, пришёл ночью, как вор, на мягких лапах и скрыл всё Карасёво-Лопатино. Залило белое молоко и улицу Аляпьева, и улицу Алабьева, и квартал института с его бетонным жёлтым забором, за которым вставали корабельные сосны с тёмной жёсткой хвоей, и только светились часы на башне проходной и чёрной бесформенной тучей плыла над площадью огромная голова основателя института, оторванная силой тумана от своего основания.

Утонул и парк возле метро, и дома казались айсбергами, чьи вершины обдувает ленивый ветер, и птицы молчали, придавленные этим небывалым туманом. Редко-редко проезжала по дороге машина, она тяжело несла перед собой свет своих фар, словно прозрачные расходящиеся колонны, а навстречу ей вырастали диковинные деревья со светящимися круглыми кронами: зелёными, красными, жёлтыми. Такими виделись в тумане светофоры.

Весь город замер. МЧС разослало всем грозные предупреждения, но и без них соваться на улицу не хотелось: пандемия и туман заперли людей в квартирах. Редко кто выходил в магазин, и только курьеры шныряли на велосипедах по городу, как жёлтые и зелёные призраки. В своей фирменной расцветке, с огромными квадратными сумками за спиной, они казались муравьями особого рода, инопланетными захватчиками, понемногу занимающими пустой город.

В такой-то день, трудно отличимый от белой ночи, вышли гулять сотрудники агентства «Утюг». Идти было не очень удобно, но интересно: уже на расстоянии двух метров все предметы расплывались и исчезали, поэтому привычный двор стал выглядеть как сцена из ужастика. Так что они шли, сбившись стайкой, как мальки, и освещали себе путь телефонами.

Очень быстро стало понятно, что делать в такую погоду нечего, поэтому детективы уселись в беседке в парке, где обычно резались в шахматы старички, и глубоко задумались, уткнувшись в телефоны.

– Пишут, что такой туман будет дня два держаться, – сказала Ева.

– Угу, – сказал Клим. Гриша что-то пробурчал, а Аня просто вздохнула. Ева оглядела команду и положила телефон на стол.

– Однажды одна девочка пошла в парк гулять вечером, – сказала она пугающим шёпотом. – Все ей говорили, чтобы она не ходила туда гулять одна, потому что там бродит Белая дама.

Детективы вздрогнули и как один посмотрели на Еву.

– И эта Белая дама забирает у детей душу, – продолжала она. – А без души никто жить не может, так что всех, кто встречал Белую даму, потом мёртвыми находили.

– Ева, ты чего? – спросил Клим. – Какая Белая дама?

– В парке! Страшилку рассказываю, вот чего, – объяснила Ева. – Что ещё делать?

– А, это хорошо, это давай, – согласился Клим. – Я тогда следующий буду.

– Говорят, что дама эта дочку свою в парке потеряла, та убежала и не вернулась. И с тех пор она всё бродит и бродит по парку, и как увидит ребёнка, так сразу его и обнимает! И кого она обнимет, тот уже живым не будет! – продолжила Ева. – А эта девочка пошла в парк, потому что в даму не верила. И вот идёт она, идёт, зашла в самую глушь и вдруг слышит: «Девочка, а девочка, ты не моя дочка?»

Гриша отложил телефон и залез с ногами на скамейку.

– Обернулась она и видит, как Белая дама к ней руки тянет! Сама вся в белом, а глаза чёрные-чёрные. Бросилась бежать девочка, бежит, бежит и выбегает на полянку. А на полянке тоже девочка стоит, в белом пуховике, и спрашивает: «Ты заблудилась?» Девочка и говорит: «Помоги мне, за мной Белая дама гонится». Взяла её белая девочка за руку – а рука у неё холодная-холодная. Хотела девочка вырваться, а не может. А белая девочка ей и говорит: «Ты мою маму не видела?» Поняла девочка, кого она встретила, да только поздно. И с тех пор её никто больше не видел.

– Совсем пропала? – подпрыгнул Гриша.

– Полностью!

– Так нечестно! – возмутился мальчик. – Ей надо было в глаз дать или током ударить! А потом убежать!

– Ужас какой! – радостно сказал Клим. – Теперь моя очередь! История про кровавый лайк! Про мёртвого тиктокера! Или про проклятого подписчика!

– А потом я расскажу про сиреноголового! – встрял Гриша.

– Да это всё детские сказки – твой сиреноголовый! – отмахнулся Клим.

– Ничего не сказки, он реально существует! Он ест людей, а голос его похож на сирену, и вместо головы у него сирена. Он прямо в окна квартир руки засовывает и достаёт людей!

– Это у тебя вместо головы сирена!

– А можно я расскажу про призрачное такси? – предложила Аня.

– Нет, я! У меня короткая страшилка, про проклятого подписчика! – заторопился Клим. – Короче, есть такая легенда среди блогеров, что есть проклятый подписчик. Один парень очень хотел стать популярным блогером, подписывался на все каналы и просил подписаться на свой. Но канал у него был тухлый, и никто на него не подписывался. Он очень злился и однажды в полночь провёл ритуал на привлечение подписчиков. Кровавый ритуал! И стало у него сразу шестьсот шестьдесят шесть тысяч подписчиков. И он в тот же миг умер, прямо не выходя из сети. И с тех пор дух его так и бродит по сети и подписывается на каналы, и просит подписаться в ответ, потому что хочет набрать ещё шестьсот шестьдесят шесть подписчиков. Но если вы подпишетесь, то ваша душа присоединится к легиону его подписчиков, а вы уже никогда не проснётесь. И ещё говорят, что когда он наберёт полное число фолловеров, то обретёт страшную силу и начнётся конец света.

Все помолчали немного, представляя себе конец света из-за проклятого видеоблогера, потом Гриша начал:

– Так вот история про сиреноголового…

– Тихо! – Ева вскочила и указала куда-то в туман. – Что это?

– Где? – Все обернулись, но с таким же успехом можно было разглядывать молоко.

– Я видела огни, – сказала Ева. – Они двигались так… странно. Сначала внизу, а потом резко наверх.

– Призраки? – подскочил Гриша.

– Или блуждающие огни, – зловеще сказала Аня. – Есть такое поверье – о блуждающих огнях, которые заманивают путника в болото, и он там погибает…

– Но у нас же нет в парке болота.

– Нет, – печально согласилась Аня.

– Давайте их поймаем и в банку посадим? – предложил Гриша. – Может, это такие феи? У меня ещё не было феи, Тереша будет с ней играть.

Клим фыркнул.

– Вы серьёзно про фею?

– Давайте разберёмся, – сказала Ева. – Вот смотрите, в паблике «Всё Карасё» пишут, что видели огни в тумане. И адского чёрного пса с горящими глазами в парке у метро. О…

Она замолчала, уставилась в экран.

– И Белую даму видели, – добавила она упавшим голосом.

– Просто делать всем нечего, как и нам, – отмахнулся Клим. – Вот и начали писать страшилки.

– Но проверить-то можем?

– Легко! – Клим поднялся. – Для начала давайте займёмся этими блуждающими огнями. Погнали?

– А нам не надо обвязаться верёвкой? – с опаской спросил Гриша.

– Зачем?!

– Ну, вдруг кто-то из нас потеряется. Или его утащит кто-нибудь.

– Кто? – изумился Клим. – Блуждающий огонёк?!

– Хорош шуметь! – неожиданно резко сказала Аня. Она была всегда сдержанна, и потому от неожиданности Клим замолчал. – Пойдём цепью, – предложила она. – С зажжёнными фонариками, чтобы видеть друг друга.

Все согласились, что это очень неплохая идея. И начали прочёсывать парк. Под ногами шуршали листья, туман стоял и расслаивался в воздухе, как призрачный торт «Наполеон»: прожилка прозрачного теста и толстый слой молочного крема. И сквозь этот торт двигались сотрудники агентства «Утюг» в поисках загадочных огней.

Однако первым, кого они нашли, был дворник Фархад. Он сидел на скамейке рядом с Аркадием Петровичем Драгобужским, художником и главным археологом дворового фонтана, и играл с ним в шахматы. Метла притулилась рядом и, казалось, заглядывала через плечо, изучая партию.

– О, привет, ребята, привет, Евочка, – обрадовался Аркадий Петрович. – Погулять вышли, да?

– Здравствуйте, – нестройным хором поздоровались детективы. – А вы тут ничего странного не видели?

– Странного тут только то, что Фархад на шестом ходу у меня ферзя съел! – огорчённо заметил художник. – Ну вот как так, Фархад?

– Шах, – лаконично ответил дворник. Аркадий Петрович цокнул и склонился над доской.

Ева показала знаком – мол, пойдём, эти точно ничего не видели, – и ребята на цыпочках удалились.

– Смотрите, там тень! – прошептал Гриша. – И свет, свет колышется!

На полянке и правда метался свет, и какая-то тень припала к земле, и что-то рыла, и что-то искала, как неупокоенный дух ищет свою могилу. Они двинулись вперёд, на последних метрах Клим рванулся и выпрыгнул на поляну:

– Ни с места, злобный дух!

Семён Кузьмичёв выронил совочек и поднял ладони.

– Только не стреляйте! – попросил он.

– Ой, это вы… – Клим попятился. В памяти разом у него всплыли и пчёлы, и трубки, и весь тот зелёный ужас, который он испытал в квартире 21.

– О, это вы, – мрачно откликнулся Семён. Он поднял совочек и продолжил копать.

– А что вы делаете? – Ева старалась быть вежливой и поддержать светскую беседу, насколько это возможно с человеком, чью квартиру они совсем недавно разгромили. Да, конечно, они потом помогли всё убрать и купили капельницы вместо тех, которые унёс с собой перепуганный, как олень, Клим, и посадили обратно лимонник, и всячески извинились. Но осадок, как говорится, остался.

– Тюльпаны сажаю, – так же мрачно ответил Семён. – Осенняя посадка, по голландской технологии. Сейчас туман. Очень удобно, никого нет.

Он оглядел их и поправился:

– Не было.

– И не будет, – понимающе кивнула Ева. – Ну, мы пойдём, не будем вам мешать.

– Ага, – сказал Семён и вонзил совочек в землю.

– Не верю я ему, – прищурился Гриша. – Ещё надо посмотреть, что там у него за тюльпаны.

– Плотоядные, – подхватил Клим. – Пойдёшь гулять, а они тебе откусят…

– Смотрите! – Аня встала как вкопанная. – Огни!

Медленно кипели слои тумана, словно великан перемешивал их поварёшкой. Туман стелился по земле, обхватывал тёмные влажные стволы мягкими лапами, затекал, будто гигантский слизень, под кусты. И в этом вареве метались два пульсирующих огня – красный и зелёный. Они стремительно пронеслись перед командой, описали круг и стали удаляться.

Не сговариваясь, детективы бросились в погоню – так тесно уже сплотила их работа над предыдущими делами. И ещё каждому было страшно оставаться одному в этом тумане.

В какой-то момент Аня, огибая дерево, выскочила на боковую дорожку, отделилась от остальных, и её вынесло навстречу курьеру. В этот ранний час он шёл, быстро раздвигая туман, надвинув капюшон фирменной куртки на глаза. На спине он нёс здоровенную сумку, но шёл легко, будто там ничего не было. Аня почти столкнулась с ним, пролепетала: «Извините», но он только мазнул по её лицу тёмными злыми глазами и двинулся дальше. Она ощутила странный запах – какой-то земляной и гнилостный, но думать было некогда – команда стремительно удалялась, и Аня бросилась догонять.

Они летели сквозь дневную тьму парка, как Дикая охота. Ветки хлестали по лицу, и им приходилось пригибаться и уворачиваться, стволы деревьев выбегали навстречу, как заблудившиеся быки, и швыряли корни им под ноги, опавшие листья взрывались и разлетались под ногами. Огни летели прочь, удалялись, и они никак не могли их догнать. А потом они вдруг зависли, остановились, и ребята чуть не врезались в какую-то пару.

– Эй-эй, молодёжь, куда так летите? – замахал руками Борис Николаевич, который прогуливался под руку с хрупкой женщиной в красном берете. – Не пугайтесь, Виолетта Павловна, это мои знакомые ребятишки. Играют.

Гриша пригляделся и вспомнил: именно эта старушка читала стихи другим старушкам, а те сидели на скамейках вокруг и кивали, и голуби у них хлеб прямо из рук воровали. Тайное общество любителей стихов, вот кто они такие были, а Виолетта Павловна – их гроссмейстер.

– Ага, играют, – задыхаясь, согласилась Ева. – Вы тут не видели… призрака?

– Кого?!

– Ну огней таких, красных и зелёных, – пояснил Клим. – Мы думаем, это блуждающие огни.

Борис Николаевич хитро прищурился и посвистел каким-то замысловатым образом. Послышался шум крыльев, и на его плечо присел крупный белый голубь. На мохнатых его ногах пульсировали два светящихся браслета – красный и зелёный.

– Этот, что ль, призрак? – спросил он и довольно рассмеялся. – Опалушка, тебя за призрака приняли!

– Выходит, что этот, – разочарованно согласилась Ева.

– А вы зачем голубю светодиоды приделали? – с интересом спросил Клим.

– Так это… чтобы не потерялся. Правда, здорово? Пришлось два собачьих ошейника переделать, так-то они тяжёлые, так что пришлось укорачивать и уменьшать. Здорово вышло?

Детективы признали, что да, вышло здорово – настолько, что четыре не самых глупых подростка купились на такую нехитрую поделку, – и, распрощавшись с довольным Борисом Николаевичем и улыбающейся Виолеттой Павловной, пошли уже спокойно по аллее.

– Она небось про это поэму напишет, – сказал Гриша.

– Обязательно, – согласилась Аня. – Прямо про тебя в главной роли!

Уже у края парка им повстречался Сергей – владелец мини-пига Дороти. Был он очень озабочен и шёл один, без свинки, оглядываясь по сторонам.

– Привет, ребята. – Он начал разговор первым. – Вы Дороти не видели?

– А что случилось? – Ева остановилась, как спаниель, почуявший утку в камышах.

– Потерялась, – вздохнул Сергей. – Гуляли в парке около метро, её собака испугала, она рванулась и с поводка соскочила. Петля там оторвалась. Искал её, искал, звал – всё без толку, в таком тумане-то. Пришёл вот сюда, думал, может, нашла дорогу домой.

Ева немедленно вынула блокнот и выспросила все детали. В чём была Дороти – модный чёрный ошейник с белыми светодиодами. Когда удрала – полтора часа назад. Что ела на завтрак – овсяную кашку с голубикой. Какой у неё любимый фрукт – манго. Когда она перешла к сумме вознаграждения за Дороти, Аня опомнилась и прервала её.

– Мы и так её найдём, – сказала она, – не переживайте.

– Спасибо, ребята, спасибо. – Сергей выглядел растерянно, как обычно не выглядит взрослый серьёзный мужчина. – Насчёт вознаграждения не волнуйтесь, я всё…

– Спасибо, спасибо, мы приступаем к поискам, – заверила Аня и утащила за собой Еву в туман. Парни последовали за ними в некотором недоумении. – Ты что, с ума сошла? – набросилась Аня на самопровозглашённую главу агентства «Утюг». – У человека горе, а ты про деньги говоришь!

– Деньги горю не помеха, – изрекла Ева, падая на скамейку и доставая телефон. – А приятный бонус. Ты забыла, сколько мы за систему капельного полива заплатили, который этот диплодок разломал?

– Если бы тебя пчёлы так покусали, ты бы вообще всю квартиру разнесла, – насупился Клим.

– Я бы точно улей не опрокинула, – парировала Ева, не отрывая взгляд от экрана. – В общем, добрые дела должны добротно оплачиваться. Рыбка из пруда стоит денег. Баба с возу – отдельная такса. Не имей сто друзей, а имей сто биткоинов.

– Ты вирус Камеди Клаба поймала, что ли? – поразился Клим.

Ева ткнула в экран.

– Вот! Свежее сообщение! Час назад. Адская гончая в парке! И фото есть!

Она показала размытую чёрную тень со светящимся кругом в области головы.

– Похожа на Дороти?

– Ну, допустим, – согласился Клим. – Но парк далеко, он здоровый. Она носится, как электровеник. Её фиг поймаешь.

– Тогда нам тоже нужны веники! – нашёлся Гриша. – В смысле самокаты!

– Мысль, – одобрил Клим.

– Встречаемся через пятнадцать минут у центральной арки, – сказала Ева. – Дело о пропавшей свинье объявляется открытым!