Как вы уже поняли, дорогие читатели, Григорий Алтынов был не из тех, кто легко отказывается от своих планов. Тем более если это планы по поиску сокровищ. После бабушкиного борща Аня погрузилась в книжку, как бегемот в болото, а Григорий тихо, на цыпочках, умыкнул с балкона папину сапёрную лопатку и, небрежно сказав бабушке, что погуляет часок, отправился на улицу.

Вечер был великолепный – солнце медленно садилось за дома, и его длинные лучи били, как стрелы бога Аполлона, насквозь, через весь парк. Они летели мимо сосен, пятная их жёлтыми тёплыми пятнами, пробивали листья клёнов, и те, казалось, вспыхивали ещё ярче по краям и падали у ног Григория. Он с удовольствием вдохнул тёплый, почти медовый запах осеннего парка, огляделся и двинулся на поиски клада. Сначала он решил покопать под корнями самого старого дерева – на эту роль он выбрал огромную сосну на краю парка, самую толстую и высокую. Грубая её кора была похожа на чешую доисторического ящера, верхушка качалась где-то в облаках. Он рассуждал так: если в парке есть клад (а он есть, иначе Аркадий Петрович не начал бы копать), то он находится под самым старым деревом. Ведь тем, кто его закопал, нужны верные приметы, как его отыскать. А если клад закопан давно, то и дерево должно быть старым.

Гриша поплевал на руки – он этот жест увидел на одном ютуб-канале, и очень он ему понравился. И начал копать плотную, усыпанную рыжими иголками землю.

Через десять минут, упёршись в толстенный корень, он призадумался. Достал телефон. Погуглил – сколько растут сосны. Померил её толщину – нашлось и такое приложение. Посчитал и понял, что сосне этой не больше семидесяти лет. А стало быть, закопать под этой сосной сокровища могли только в шестидесятые годы XX века.

Историю Гриша знал очень приблизительно, и потому дата его не смутила. Но копать было очень уж тяжело, и он вспомнил, что в центре парка есть древний-предревний огромный пень. Вот это дерево точно было самым старым в парке.

И Гриша радостно отправился на поиски самого древнего пня, можно сказать, царь-пня. Продираясь сквозь кустарник, он сбился с пути, забрёл в овраг и промочил ноги. Ругаясь, вышел к краю парка, копнул там наудачу, но тут со скамеек поднялись бабушки и с криками: «А ну уйди с клумбы!» погнали его прочь. Гриша, ругаясь, поплёлся обратно через парк, периодически сходя с тропы и делая один-два вскопа в наиболее перспективных местах, но клада всё не было. Когда он добрался до царь-пня, совсем уже стемнело.

– Вот чёрт! – Гриша стукнул по гнилой древесине лопаткой. Делать было нечего, бабушка уже два раза звонила, и всякий раз Гриша говорил, что вот-вот придёт.

Расстроенный, он двинулся домой, но когда уже подошёл к нему, вдруг затормозил у первого подъезда. Того самого, где они были с утра. Постоял, постоял, сжал покрепче сапёрную лопатку, набрал код и вошёл. Он знал, куда идёт. Пятый этаж, квартира номер тринадцать, логово страшной Эсмеральды Златоуст. Зачем же туда на ночь глядя направился Григорий, в то время как его дома ждёт бабушка? Родная бабушка, которая напекла таких вредных, но очень вкусных пирожков? Для чего он, преодолевая себя, поднимается на пятый этаж? Колени его дрожат, страшно Григорию, и чудится ему железный блеск зубов Эсмеральды, но идёт, идёт.

А вот уже и пришёл, стоит перед дверью. Толкнул её и зашёл внутрь. Там ничего не поменялось: тот же свет, те же запахи восточных благовоний, только кота не было. Зато Эсмеральда была: сидела за столом, правда, уже без свечей, с настольной лампой, смотрела в телефон и пила чай из чашки-супницы.

– Извините…

– Ой ты ж господи! – Эсмеральда выронила телефон и пролила чай. – Мальчик, ты откуда вообще?!

– Дверь открыта была, – растерянно сказал Гриша. Эсмеральда выглядела подозрительно нормально. То есть, конечно, волос у неё по-прежнему не было, тонко прочерченные брови любовно выписаны, но вместо мистического халата с золотыми драконами на ней была пижама-кигуруми в виде акулы, да и перстней на пальцах поубавилось.

– Опять дверь не закрыла, – сказала Эсмеральда коту, который прыгнул на стол и тревожно её понюхал. – А ты мне не напомнил, Меф!

Вместо ответа кот сел вылизываться. Гадалка глотнула напиток и скривилась.

– Это у вас магическое зелье? – попробовал вежливо начать разговор Гриша.

– Имбирный чай, – просипела гадалка. – Простудилась, не видишь? Тебе вообще чего надо?

Гриша набрал воздуху в грудь и выпалил:

– Мне нужен цветок папоротника!

– Чего? – Эсмеральда посмотрела на него, как будто в первый раз увидела.

– Цветок папоротника. Чтобы найти клад, – пояснил Гриша. – Я видел видеообзоры, он помогает искать. Дайте мне его, пожалуйста.

– Ты видел видеообзоры на цветок папоротника? – Эсмеральда подняла тонкие брови. – И зачем тебе клад, мальчик?

Гриша не стал ничего выдумывать, Гриша был честный.

– Хочу поехать на Галапагосы, посмотреть морских игуан и наказать чаек-поморников, они яйца воруют, – начал загибать пальцы он. – Потом хочу на Амазонку, к розовым дельфинам и капибарам, там хочу пираний наказать, а потом в Антарктиду, к пингвинам Адели…

– И там ты хочешь наказать белых медведей? – попробовала угадать Эсмеральда.

– Нет, – сурово сказал Гриша. – Медведи там не водятся. Я хочу наказать морских леопардов за то, что они охотятся на пингвинов.

– То есть ты хочешь установить справедливость в царстве животных на всей планете? – уточнила гадалка. – Вот это масштаб!

Она встала, прошлась по кухне. Открыла один ящик, потом другой, что-то невольно забормотала под нос. Плавник на её спине качался, и Гриша подумал, что если прикрыть глаза, то можно представить, как по кухне ходит недовольная больная акула.

Эсмеральда положила на стол тонкую чёрную свечу.

– Выйди в полночь на перекрёсток, – прошептала она. – Зажги свечу. И иди. Свеча тебе сама знак покажет, где клад таится.

Григорий взялся за свечку, но задумался.

– Сколько это стоит? У меня пятьдесят рублей есть.

Эсмеральда перегнулась через стол, накрыла его руку своей.

– Отдай мне то, чего дома не знаешь, – зловещим шёпотом попросила она. Гриша подумал, что дома он вроде бы всё знает, радостно кивнул и выдернул руку.

– Спасибо! Я думал, вы клад попросите разделить, а вы немного попросили! Ну, я побежал!

И он выбежал в коридор. Гадалка усмехнулась, отпила ещё, вздрогнула и пошла закрывать дверь.

…Когда Григорий добежал до своего подъезда – бежать, впрочем, ему было недалеко, гадалка жила в первом подъезде, а он в четвёртом, – то стал свидетелем очень странной сцены.

Уже набирая код подъезда, он вдруг заметил, что в палисаднике за забором кто-то есть. Гриша припал к стене, выставил лопатку вперёд и включил боевой режим. Крадучись, он прошёл по стенке и увидел, как загадочный тип в тёмно-синей куртке что-то копал маленьким совочком на пустом месте между сиренью и старой рябиной. Гриша затаился, не дыша. Тип выпрямился, огляделся и быстрым шагом ушёл. Гриша рванулся к тому месту, посветил фонариком в телефоне и увидел вскопанную свежую землю! Не задумываясь, он вонзил лопату, сделал два движения и выворотил тёмный шарик, по размеру похожий на мячик для пинг-понга. Не задумываясь, он засунул его в карман и побежал домой.