Оглядываясь по сторонам, я пыталась вспомнить, какими были «Близнецы», когда я впервые ступила сюда. Пыльные. Тусклые. Пустые. Теперь же здесь царило идеальное сочетание комфорта и классики. На зеркальной стене за длинной дубовой барной стойкой мерцали мягкие огни, на полках штабелями стояли бутылки изысканного вина, местного крафтового пива и всех известных человечеству марок виски. Вдоль открытых кирпичных стен выстроились в ряд кожаные кабинки, с высокого потолка свисали разномастные светильники – винтажная люстра с символикой пива Busch соседствовала с золотым подвесным светильником в виде звезды.

– Нам не нужны креветки «Бэнг-бэнг» и тако с креветками, – размышлял вслух Келси. – Что думаешь?

Я бросила взгляд на свой блокнот, его страницы были заляпаны маслом и айоли.

– Я думаю, что меня придется отсюда выкатывать. Я могу получить бесплатное членство в этом твоем спортзале?

Келси откинулся на спинку стула и рассмеялся. Он знал, что я не шутила, потому что мы только что съели недельный запас еды за три часа. Джейми подал нам полноразмерные тарелки всех мыслимых закусок из бара. Картофель по-деревенски с сырным соусом. Мидии с картошкойфри. Мак-энд-чиз с соусом чипотле. Крылышки барбекю под соусом копченый абрикос. А его версия фиш-энд-чипс? Треска в кляре темпура и сладкий батат-фри с острым соусом васаби. Как можно было не съесть все это? Нам пришлось. Честно говоря, было невежливо оставить на тарелке хотя бы один кусочек.

К счастью, на мне был достаточно длинный свитер, чтобы скрыть тот факт, что мои джинсы были расстегнуты последние тридцать минут.

– А я говорю, что нам нужны креветки «Бэнг-бэнг», – возразила я. – Если бы я была религиозной, я бы хотела, чтобы меня крестили в этом соусе.

Келси ухмыльнулся:

– Значит, креветки остаются.

Я сделала вид, что стреляю в него из револьверов. «Бэнг-бэнг!» Уголок его рта дернулся, и он закрыл свой собственный заляпанный жиром блокнот.

Всплывшее на экране сообщение от Тео на мгновение отвлекло меня. Разница во времени между Зандвортом и Лондоном была всего час, но, судя по нашей постоянной игре в неотвеченные сообщения и пропущенные звонки, разрыв казался гораздо большим.

Тео Уокер: Только что увидел, что ты звонила. Был на встрече:/

Джози Уокер: Все в порядке. Как прошла практика?

Тео Уокер: Бе, нормально. Темп был сбит. У тебя есть время поболтать?

Джози Бэнкрофт: Я еще в «Близнецах». Позвоню, как выйду.

Тео Уокер: У меня скоро начнется спонсорское мероприятие. Созвонимся вечером?

Келси прочистил горло, его хриплый тон заставил меня поднять взгляд.

– Я хочу, чтобы ты работала со мной на полной ставке.

Мой телефон выскользнул из рук и с драматичным стуком упал на пол.

– Что?

– Я хочу, чтобы ты работала со мной на постоянной основе, – со смехом повторил он. – Назови это интуицией, но мы создали здесь нечто особенное, и это только начало. Я хочу открыть больше заведений, которые представляют собой не просто место, где можно выпить и закусить, – заведений, где люди чувствуют себя как дома, но при этом наслаждаются выпивкой и едой вне дома.

– Wells Drink Hospitality, – тут же выпалила я.

Келси вопросительно изогнул брови:

– Что?

– Так тебе следует назвать свою барную сеть, – уточнила я. – Сам подумай. Твоя фамилия – Уэллс, что очевидно и очень удобно, а коктейльные напитки[11] – хлеб с маслом для баров. Отсюда…

– Wells Drink Hospitality, – повторил он. – Видишь? Поэтому ты и нужна мне на постоянной основе. Я сам даже название для места придумать не могу.

В моем животе запорхали бабочки, а наружу вырвался миллион вопросов, первый из которых звучал как «Ты шутишь?». На каждый мой вопрос Келси отвечал с отработанной боксерской точностью. Прямо, честно, и каждый ответ содержал в себе захватывающие перспективы.

– С моей стороны было бы глупостью хотя бы не попытаться и не украсть тебя из «МакАлистера». А со мной ты сможешь расширить и развить свою роль до того, что ты сама захочешь, и даже создать собственную команду, – продолжал он. – Так что хотя бы подумай об этом, хорошо?

Я смогла лишь кивнуть и выдавить из себя:

– Хорошо.

* * *

Мне наконец-то удалось созвониться с Тео перед самым сном. Стоило ему ответить на звонок, как мы оба начали говорить с невероятной скоростью. Если бы кто-то подслушивал наш разговор, он бы решил, что мы говорим или чепуху, или под кайфом. Поскольку всем известно, что из нас двоих Тео более нетерпелив, я позволила ему говорить первым. В любом случае для моих новостей мне требовалось его полное внимание.

– Моя стратегия шин – полный отстой, – взволнованно говорил он. – Они хотят, чтобы я выбрал средние шины с одним пит-стопом. И это в Зандворте! И так плохо, что «Пирелли» не выпустила измененные шины с учетом наклонов трассы, но посадить меня на средние шины? Их износ убьет всю мою скорость!

Трасса в Зандворте недавно была перестроена, что означало, что данные для выбора стратегии шин были не такими точными, как следовало бы. Однако любой инженер должен был понимать, что оптимальная стратегия на гонку – переход с мягких шин на жесткие, не на средние.

– Это не похоже на Андреаса.

Тео фыркнул:

– Но похоже на Эйвери, не находишь?

Ага.

– Твоя стратегия еще легко может измениться, – успокаивающе произнесла я. – Особенно если погода ухудшится сильнее, чем ожидалось. Как прошла квалификация?

– Нормально, но ее я провел на мягких шинах. – Он что-то пробормотал себе под нос, но из-за акцента и тихого голоса я не смогла разобрать, что именно. – Хотел бы я, чтобы ты была здесь, Джос. С тобой все становится лучше.

От его слов у меня на щеках выступил виноватый румянец. Я бы солгала, если бы сказала, что дегустация в ресторане не стоила пропуска гоночного уикенда, что для Тео было сродни богохульству.

– Я тоже по тебе скучаю, – прижав телефон к уху, я поудобнее устроилась в теплой постельке. – Могу я тебе чем-то помочь?

– Ну есть кое-что, что ты можешь сделать, – усмехнувшись, произнес он. – Если ты к такому готова.

– Ага?

Я услышала, как у него перехватило дыхание.

– Ты можешь сказать мне, что на тебе надето.

«О. О мой бог. Эмм. Он хочет, чтобы я сказала ему, что действительно на мне надето, или произнесла что-то сексуальное?»

– Та синяя хлопковая пижама, – шепотом призналась я, – с белой отделкой.

– О, она мне нравится. Она всегда такая мягкая, да? – Его голос звучал на октаву ниже обычного, что выдавало явное возбуждение. – Хотел бы я прямо сейчас быть рядом с тобой и обнимать тебя. Ну, точнее, не совсем обнимать.

– Не совсем?

– Не совсем, – хрипло ответил он. – Я бы хотел, чтобы мой член по самые яйца находился в твоей милой маленькой киске, а ты бы стонала мое имя, кончая на нем.

Волна желания словно наркотик прокатилась по моим венам. «Ну и вот что мне на это сказать? Круто? Потрясающе? Я аж намокла?» Несмотря на все мои путешествия, я никогда не занималась сексом по телефону ни с одним из моих бывших. Никогда не чувствовала необходимости. А даже если бы и чувствовала, мне не хватило бы смелости, чтобы начать. Я не хотела все испортить, ляпнув что-то не то.

– Тебе бы это понравилось, принцесса, не так ли? Я бы входил в тебя и ласкал твой набухший клитор пальцами.

Проклятье. Его слова были такими дикими и необузданными, что моя грудь взволнованно вздымалась, пока я пыталась унять дыхание.

– Д-да.

– Боже, Джос, мой член такой твердый. Я только о тебе и думаю.

Мое тело вибрировало в такт биению сердца.

– На самом деле я не знаю… как это делать. Секс по телефону. Не уверена, что у меня хорошо получится. Раньше я никогда толком не исследовала этот конкретный маршрут. Улицу. Бульвар. Называй как хочешь. Станция Мастурбация…

Тео тихо усмехнулся:

– Ну, тебе достаточно сказать мне, чего ты хочешь прямо сейчас и как и где ты себя трогаешь. Ну, например… я прямо сейчас поглаживаю свой член, думая о том, насколько совершенна твоя киска. Какая она теплая, потому что ты всегда такая мокрая и готовая для меня, девочка.

Мои щеки покраснели от его наглых слов.

– Да?

– Да. Ты уже намокла? Хочешь потрогать себя там, ангелочек?

– Да, – пискнула я.

Слова Тео возбудили меня больше, чем, как мне казалось, вообще возможно для человека. Он распалил во мне огонь, и я отчаянно хотела, чтобы этот пожар поглотил каждый сантиметр моей кожи.

– Тогда сделай это, детка, – взмолился Тео.

Я вздохнула и мягко прижала ладонь к клитору. Принялась медленно поглаживать себя, и удовольствие заструилось по всему телу.

– Ну, эм, я себя трогаю.

«Охренеть, Шерлок! Господи! Что со мной не так? Это прозвучало максимально несексуально. Мне сделать вид, что связь плохо ловит, оборвать звонок и на всю оставшуюся жизнь спрятаться в норе?»

– Мне нужны подробности, детка, – произнес Тео, и в его голосе слышалось веселье. – Я хочу, чтобы ты мне рассказала, как именно ты себя трогаешь. О чем думаешь.

– О тебе, – хрипло призналась я. – Я думаю о тебе.

– И о чем именно ты думаешь?

– Я представляю, что это твои пальцы сейчас ласкают меня. Медленно дразнят, пока я больше уже не могу этого выносить.

Он застонал:

– Не могу дождаться, когда смогу оказаться внутри тебя. Как думаешь, как быстро я смогу заставить тебя кончить, когда мы увидимся, а?

Я ответила без раздумий:

– Очень быстро.

Тео громко рассмеялся:

– Это все потому, что мой член создан для тебя, да? Внутри тебя всегда так хорошо.

– Да. – Я едва могла говорить. Меня переполняло возбуждение от того, что мы делали. Я чувствовала, что мой живот начинает гореть, оргазм приближался с каждой секундой.

– Не стесняйся, красотка. Расскажи мне еще.

– Я думаю о том, как твои пальцы проникают в меня, – прошептала я.

– Блин, детка, как горячо. Вставь для меня пальчик.

Ему не требовалось повторять дважды. Я тихонько скулила в телефон, массируя чувствительную точку внутри себя. Это было круче, чем любой сеанс самоудовлетворения, что у меня когда-либо был.

– Сделай мне одолжение, – хрипло попросил Тео. – Сходи за Баззом Лайтером.

Я уже игралась с Баззом – никаких каламбуров, – и, как ни странно, он мне очень понравился. Но я не собиралась признаваться в этом своей маме. «Нет! Не время думать о маме, Джози!»

Повернувшись на бок, я открыла ящик прикроватной тумбочки и достала Базза из его защитного чехла – и да, чехол имел форму ракеты. Базз был окрашен в фиолетовый и зеленый цвета и сделан из высококачественного силикона, придававшего ему шелковистость.

– Ладно, он у меня, – произнесла я, трижды нажимая кнопку, чтобы перейти в свой любимый режим. – Он включен.

И я тоже завелась. Тео говорил мне, как себя трогать. Что мне делать. Что он хотел бы со мной сделать. Приближаясь к оргазму, я была возбуждена сверх меры и стонала его имя в трубку с таким жаром, словно я была оператором секса по телефону, который всегда зарабатывал этим себе на жизнь.

– Боже, Джос, я так близок к оргазму, – напряженным голосом произнес он, – прошу тебя, детка, кончи со мной.

Большего мне и не требовалось. От его слов я кончила, глубоко выгнув спину, зажмурив глаза, оседлав текущую сквозь меня волну электричества. Когда Тео кончил, гортанный звук, существование которого он отрицал, донесся даже через телефон. Я улыбнулась, зная, что даже за сотни миль от меня я все равно заставляю его кончать.

– Боже, Джос, это было…

– Я знаю. – Моя грудь тяжело вздымалась и опускалась, пока я пыталась отдышаться. – Ты чертовски хорош в сексе по телефону.

Закрыв глаза, я представила его улыбку – не самоуверенную, не тщеславную, а удовлетворенную. Мгновение из телефона доносилось только тяжелое сопение.

– Это был мой первый раз, – признался он.

И только мой пульс начал замедляться, как он снова ускорился. Его первый раз? Возможно, улыбка Тео не такая дерзкая, но моя – уж точно дерзкая. Мне нравилось быть его первой хоть в чем-то, поскольку не так уж много у него этих первых разов и оставалось.

– Ну, ух ты, – наконец, запинаясь, произнесла я. – Считай меня впечатленной, Уокер.

– Не нужно впечатляться. Я просто знаю, чего хочу.

Мое сердце замерло.

– Меня?

– Всегда тебя, детка. Я… – Его прервали резкие, приглушенные голоса и громкий стук в дверь.

– Проклятье, Джос. Мне надо идти. Позвоню тебе позже, хорошо? Люблю тебя, ангелочек.

– Ага. И я тебя люблю.

«Что ж, придется моим новостям подождать».