Изучение истории театральной цензуры в Ленинграде в 1953–1964 гг. позволило на основе комплекса источников проанализировать процесс управления драматическими театрами, описать механизм осуществления идеологического контроля и определить его влияние на развитие ленинградской драматургии.
Цензурный контроль над театрами претерпел определенные изменения. В сталинский период все вопросы рассматривались как политические. Это в корне упрощало функции культуры, тормозило развитие советской литературы и искусства. В исследуемый период дух «либерализации общества» затронул не только народные массы, но и руководство страны. В годы «оттепели» как со стороны власти, так и со стороны творческой интеллигенции обозначилось стремление изменить сложившееся положение вещей. Власть решила пойти на компромисс. Во-первых, началась модернизация советских правительственных органов – было образовано Министерство культуры СССР. Во-вторых, в решении вопросов управления литературой и искусством власть в какой-то мере прислушивалась к мнению специалистов.
В 1953 г. в связи с образованием Министерства культуры СССР Комитет по делам искусств (также называемый «Главискусство»), который осуществлял надзор за репертуаром театров, перешел в ведение нового министерства, сохранив при этом свои полномочия. Ситуация в регионах, в частности в Ленинграде, соответствовала общим тенденциям. Фактически основная работа по идеологическому надзору за театральным репертуаром лежала на плечах отдела искусств Управления культуры исполкома Ленгорсовета, в то время как Ленинградский обком КПСС отвечал за идеологическое воспитание интеллигенции, в том числе театральной, что должно было гарантировать самоцензуру работников театров Северной столицы.
В 1953–1964 гг. в Ленинграде усилилось влияние таких организаций, как художественные советы и творческие объединения. Ряд полномочий по финальному просмотру спектаклей перед их выпуском был передан общественности. Это в целом соответствовало общей государственной политике СССР «сближения искусства с жизнью» и привлечения общественности к контролю и управлению, в том числе в идеологической сфере.
Подобные структурные изменения отметила Т. М. Горяева, указав на то, что в 1956–1957 гг. в СССР шел поиск «новых форм управления и контроля»[578]. В середине 1950-х годов Министерство культуры приняло ряд постановлений, расширявших права местных органов. В частности, большую самостоятельность получило Управление культуры Ленгорисполкома. Это изменение смягчило напряженные отношения между творческой интеллигенцией и властью, в какой-то степени улучшило взаимодействие между драматургами, театральными режиссерами и критиками.
Важно отметить, что государственные органы, такие как Министерство культуры и Управление культуры на местах, занимались проведением в жизнь линии партии. Решающую роль в идеологическом контроле играли партийные органы (отделы ЦК КПСС). Согласно архивным документам, в Ленинграде несколько отделов обкома КПСС занимались агитацией и пропагандой, в том числе посредством театральных спектаклей и работы среди театральных деятелей. При этом непосредственного участия в идеологическом управлении театрами они почти не принимали. Ленинградский обком КПСС рассматривал репертуарные планы театров, проводил совещания по итогам театральных сезонов, практиковал иные формы встреч театральных деятелей. Однако вся повседневная работа осуществлялась на уровне Управления культуры Ленгорисполкома. Этот же отдел готовил документы для партийных органов.
Упорядочение деятельности цензурных управлений не меняло в корне принципы идеологического контроля над культурой. Напротив, в этот период партийный аппарат активно контролировал деятельность государственных органов цензуры, реализуя идеологическую линию в области культуры. В отличие от изменений, происходивших в культурной политике во второй половине 1940-х годов, в 1950-е годы «новый курс» провозгласило Министерство культуры СССР, а не ЦК КПСС. Это в определенной мере объясняет тенденцию усиления идеологического контроля в будущем. В изучаемый период наблюдались новые веяния в советской драматургии, но это в большей степени зависело от административных органов – в соответствии с духом времени государственные органы расширяли права местных культурных учреждений и творческих коллективов.
Советская культура стала ключом для понимания реформы и ее результатов в годы «оттепели». Власть держалась за идеологические принципы, функция культуры была неизменна – воспитание и активизация народа. Можно сделать вывод о том, что, отвечая распространенному желанию отойти от «сталинской модели» управления, с момента преобразования Минкультуры СССР шел процесс ослабления управления культурой на территории Советского Союза. Компромиссы проявлялись в упорядочении компетенции управляющих и цензурных органов в период с 1953 до начала 1957 г. После этого партийное руководство осознало значимость руководства культурой. В конце 1956 г. президиум ЦК КПСС принял постановление «Об усилении политической работы партийных организаций в массах и пресечении вылазок антисоветских враждебных элементов». В этом документе вновь подтверждались коренные принципы советской идеологии – партия должна занять руководящее положение в управлении культурой.
Несмотря на то, что в историографии утвердилось мнение о снижении идеологического давления в СССР в период хрущевской «оттепели», исследование показало, что XX съезд КПСС не принес ослабления цензурного контроля в театральной сфере. Театральная «оттепель» в Ленинграде продлилась меньше года. Первыми ее итогами стало появление на сценах театров нескольких пьес зарубежных авторов, что привело к критике со стороны государственно-партийных органов и укреплению «идеологической бдительности» при отборе репертуара. Основные требования к репертуару остались практически без изменений. Театры должны были ставить «идейно-художественные» пьесы «на современные советские темы», а современные советские спектакли должны были отвечать принципам социалистического реализма и отражать преимущества Советского Союза над капиталистическими странами.
Тем не менее «оттепель» все же имела некоторые положительные результаты, среди которых можно упомянуть возвращение на ленинградскую сцену «забытых» пьес, произведений русской классики, а также расцвет театральной деятельности таких знаменитых режиссеров, как Г. А. Товстоногов и Н. П. Акимов, чьи отношения с властью были далеко не идеальными.
Одной из проблем, влиявших на развитие театральной отрасли Ленинграда, были противоречия между театрами и местными драматургами. В связи с требованиями, предъявляемыми Комитетом по делам искусств Минкультуры СССР, и с политикой государственного заказа на драматические произведения многие театры предпочитали получать материал для постановки непосредственно от Минкультуры, прервав взаимоотношения с местными драматургами. Это явление нарушило процесс функционирования драмтеатров и снизило творческую активность в писательской среде. Данные противоречия в 1960-е годы удалось частично преодолеть.
Русская классика по-прежнему мало использовалась театрами при подготовке спектаклей, несмотря на то, что определенные сдвиги в данной области все-таки произошли. Органы управления театрами не раз требовали от режиссеров начать работать с культурным наследием России, однако идеологическая неоднозначность дореволюционной классики вызывала у театральных деятелей определенные опасения.
Выступления иностранных коллективов на ленинградской сцене могут показаться важной вехой «оттепели». Однако большинство гастрольных трупп были из стран социалистического лагеря или стран народной демократии, и их выступления также несли пропаганду социалистических идей. В качестве наиболее яркого примера можно привести гастроли китайских театров, что, конечно, являлось экзотикой для ленинградского зрителя. Однако китайские спектакли отличались в основном по форме, но не по содержанию. При видимом разнообразии репертуара де-факто сохранялась его идеологическая монолитность.
Важным фактором идеологического контроля над театрами была советская пресса. Изучение источников показало, что часто пьесы, одобренные всеми официальными органами, попадали под запрет после критических рецензий в периодической печати. Таким образом, пресса выполняла цензурную роль, что также оказывало значительное влияние на театральную жизнь.
В рассматриваемый период партийные и государственные органы стремились добиться улучшений в театральной сфере посредством проведения различных фестивалей и конкурсов. Эти мероприятия были направлены как на стимулирование интереса к театральным представлениям и поиск новых талантов, так и на идеологическое воспитание молодежи и интеллигенции. В качестве примера можно привести VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов, Всероссийский конкурс на лучшую советскую пьесу, Всесоюзный фестиваль драматических театров, фестиваль «Белые ночи» в Ленинграде, Фестиваль ленинградской молодежи и т. д.
Анализ системы идеологического управления театрами Ленинграда позволил выявить несколько ступеней цензурного контроля: проверка текста пьес; утверждение репертуара; просмотр генеральной репетиции (или общественный просмотр) до премьеры; рецензии от советской прессы; идеологическое воспитание творческой интеллигенции театра, направленное на формирование самоцензуры.
Процесс цензурирования театральных представлений не ограничивался только проверкой текстов пьес. Внимание к идеологическому содержанию театральных постановок было очень пристальным в силу особого статуса Ленинграда как культурной столицы и колыбели революции.
Многоступенчатая, запутанная система идеологической проверки театральных спектаклей в хрущевский период осложняла работу театров и, возможно, мешала их развитию. Тем не менее политика государства подталкивала театры к выбору произведений советских писателей, что способствовало их поддержке, а также вынуждала ориентироваться на мнение широких кругов общественности, что также часто оказывало положительное воздействие. Несмотря на все препоны, ленинградские театры в период «оттепели» внесли огромный вклад в развитие отечественной культуры, стали родиной классических постановок и целых театральных школ.