Во Франции то лето 1943 года было исполнено надежд на скорую высадку союзников на побережье страны. Об этом свидетельствуют личные дневники современников. Так, Жан Геенно[184] 1 июня задавался вопросом о причинах странного затишья, воцарившегося с середины мая: «Почти никаких новостей. RAF ни разу не бомбили Германию. Неужели они сосредоточивают силы перед решающим моментом? У них получится? Порой меня охватывает ужасная тревога». Леон Верт, нашедший убежище в Юрских горах, 3 июля писал в свой черед: «Не знаю, правда ли, что Черчилль заявил, будто Европа будет отвоевана еще до листопада. Но вся деревня полнится этим шорохом облетающей листвы. Люди уже видят, словно на экране кинематографа, как кружатся листья, а вместе с ними – солдаты, спускающиеся с парашютами».

Но последующие записи говорят о том, что надежды, расцветшие летом, увяли с наступлением осени. В итоге Верт 15 ноября разочарованно констатировал: «Мы верили, что высадка союзников сметет, очистит все. Она представлялась ангелом мщения. А война все затягивается». В Лондоне британские власти и французские службы прекрасно понимали, каким воздухом надежды, смешанной с нетерпением, дышат не только активисты Сопротивления, но и все более широкие слои общества. И в радиопередачах Би-би-си пытались сдержать этот настрой, как, например, Пьер Броссолет 24 июня:

Июнь подходит к концу. А вы, изо дня в день высматривающие предвестья готовящегося наступления, должны в очередной раз запастись терпением. Терпение! Мне прекрасно известно, что вам очень не нравится, когда вас к нему призывают. Об этом уже говорилось не раз. Каждый, кто изо дня в день ведет борьбу во Франции, знает, как трудно дается терпение.

Оратор не стал целиком пересказывать ходивший во Франции анекдот, «действие которого происходит в 1975 или в 1980 году, и хотя он начинается по-разному, неизменно заканчивается утверждением, что и тогда нам придется лишний раз говорить себе: „Терпение! Доверие! Уже скоро“».

В это время власти союзников неустанно призывали к спокойствию и терпению на волнах Би-би-си. Так, 23 июня сообщение № 12 верховного командования союзников убеждало французов готовиться, но не рисковать собой до поры до времени: «Мы дадим вам указания, как только потребуется ваше активное содействие». В сообщении № 14, переданном 18 августа, уточнялось:

Предлагаем вам завершить всю подготовку в кратчайшие сроки, но действовать следует осмотрительно: ничто не должно заставить вас преждевременно раскрыть себя, дать врагу предлог или повод лишить вас возможности действовать.

И сообщение № 17 от 6 сентября:

Берегитесь вражеских провокаций. <…> Дисциплина – сдержанность – терпение: таков приказ. Мы выполним свое обещание и предупредим вас, когда потребуется ваше активное содействие.

Лето 1943-го с его смертной тоскою репрессий и муками нетерпения все же началось с обнадеживающих известий: 27 июня на Мартинике произошло восстание, которое вынудило представителя Виши адмирала Робера уступить место полномочному посланнику «Свободной Франции» Анри Опно, прибывшему на остров 14 июля, чтобы обеспечить передачу власти. И завершилось событием, внушающим оптимизм. 8 сентября Италия капитулировала, и новость об этом, в тот же день достигшая Корсики, положила начало освобождению острова. Там с ноября 1942 года размещались не только итальянские оккупационные войска, но и немецкая моторизованная пехота – 90-я панцергренадерская дивизия[185]. Национальный фронт, объединявший большинство уцелевших после репрессий участников подпольных движений и сетей, решил помешать немцам соединиться с итальянцами, часть из которых предпочла примкнуть к Сопротивлению. Начиная с 9 сентября организация стала проводить демонстрации по всему острову и призвала к восстанию. ФКНО в Алжире отдал приказ дождаться вторжения союзников на Корсику. Генерал Жиро решил отправить туда 1-й ударный батальон под командованием Фернана Гамбье, который высадился 10–13 сентября. 17-го за ним последовали другие части. 4 октября немцам пришлось покинуть остров. Корсика стала первой французской территорией, освобожденной от двойного итало-немецкого гнета французскими силами, как участниками Сопротивлениями, так и бойцами из Северной Африки.