I

Светоч, как ты поздно приходишь!

Деревья казнили свои листья один за другим.

Волчья пасть земли поглотила доверчивую улыбку.

Я слушал, как ты на рассвете поднимаешься к перекрестью путей,

Где распадается в пыль над равнодушьем собачьим

Пробный и чистый образ преступления, готового в твердь обратиться,

Что желанью добра придает ожесточение

И опрометчивого наделяет судьбою мятежника.

Бесчеловечное не всегда продается по сходной цене

На прилавке зачарованных слов.

Неразличимое, бродит оно по канавам и лужам,

Правит по крови своей и стережет

Разум, любовь, цель, забвение, веру и возмущение.

Звездная крепь,

Неужели они так заворожены собственной смертью,

Что не могут при жизни

Уклониться от ее всеохватности…

II

Ты спешишь писать,

Как будто не поспеваешь за жизнью.

Если так, то последуй за своими истоками,

Поторопись,

Поторопись передать

Всё, что есть в тебе лучшего, мятежного и стремящегося к добру.

Ты действительно не поспеваешь за жизнью.

Невыразимая жизнь,

Единственная в конечном итоге, которую ты принимаешь,

В ней тебе постоянно отказывают и люди, и обстоятельства,

Ее бесплотные крохи достаются тебе урывками, с огромным трудом,

В беспощадной борьбе,

Но без нее всё – лишь агония перед ужасным концом.

Если тебя за работой застигнет смерть,

Прими ее как благое прикосновение сухого платка к влажному лбу,

Склонись перед ней

С усмешкой, если захочешь,

Отрешись,

Но не отрекайся.

Ты был создан не для всякого времени,

Измени себя и исчезни без сожаления

В силу пленительной неумолимости.

Квартал за кварталом продолжается уничтожение мира,

Безостановочно,

Безвозвратно.

Да рассыплется прах,

Никто не узнает о нашем обете.