6 июня 1944 года величайшая армада в истории доставила к нормандским берегам пять дивизий. Накануне ночью были десантированы еще три. Началась операция «Оверлорд» и с ней – освобождение Франции. Введенные в заблуждение секретными службами союзников, которым удалось убедить немцев, что речь идет лишь об отвлекающем маневре с целью скрыть истинное место высадки (операция «Фортитьюд»[218]), оккупанты не успели задействовать все свои силы. После ожесточенных боев и ценой тяжелых потерь союзные войска сумели создать хорошо укрепленный плацдарм – отправную точку для постепенного освобождения Франции.

Какую роль играло Сопротивление в этой операции и последующих событиях? Тех, кто поддерживал связь с Лондоном, предупредили о ней лишь накануне при помощи закодированных посланий, переданных Би-би-си. Одно из них, представлявшее собой строки из стихотворения Поля Верлена «Осенняя песня», впрочем, с ошибкой, допущенной лондонскими службами («щемит» вместо «болит» в оригинале), осталось в памяти, хотя на самом деле было адресовано одной из сетей УСО с весьма конкретными целями:

Послания, предписывающие ввести в действие различные планы саботажа и диверсий («Зеленый» на железнодорожных путях, «Фиолетовый» для средств коммуникации, «Черепаха» на автострадах), изначально намеревались передавать по мере развития ситуации после высадки. Но Эйзенхауэр в последний момент решил распространить их сразу, чтобы обеспечить операции максимальные шансы на успех. Результат последовал незамедлительно. По всей Франции подпольщики взялись за дело. Некоторые акты саботажа соответствовали планам, разработанным в Лондоне, другие – нет. Первоочередной целью стала транспортная инфраструктура и средства связи, начиная с железных дорог. Масштабные акции, такие как нападение партизан на депо Национального общества железных дорог в Амберьё в департаменте Эн, в ходе которого были повреждены ремонтное оборудование, поворотный круг и 47 локомотивов, все же были довольно редки. Большинство носило более скромный характер. Но тем не менее они достигли своей цели. В лионском регионе (Р1) «Зеленый план» был выполнен на 90 %. За одну ночь в радиусе 30 км от вокзала Лион-Перраш произошло около 70 разрывов железнодорожных путей. По данным союзного командования, «значительная часть» планов реализовалась и в северо-западной части страны. Согласно тем же источникам, подпольщики своими действиями сумели дезорганизовать немецкие коммуникации и на 48 часов задержали прибытие подкреплений к нормандскому плацдарму.

Развертывание широкомасштабных боевых действий изменило диспозицию и еще больше разделило и без того расколотую территорию страны. В зависимости от близости к месту сражений ситуация сильно различалась. В Нормандии, где действовали лишь разрозненные группы сопротивления, ФФИ помогали союзникам, служа им проводниками. Но в других местах, вдали от фронта вооруженные группы объединялись и вели партизанскую борьбу, не дожидаясь прихода армий-освободительниц. Поблизости от Сен-Марселя в Морбигане[220] местом сбора уже 5 июня стала ферма Нуэт: к сотне бойцов ФФИ присоединились английские и французские десантники из Special Air Service (SAS, британского спецназа ВДВ). И в других местах партизаны получили десантное подкрепление. В середине июня их численность достигла 2500 человек.

Сен-Марсель не был исключением. По всей стране, порой вдали от зоны боевых действий, росли партизанские отряды и возникали новые. На юго-западе от Гренобля, на плато Веркор по-прежнему действовал план «Горцы», задуманный зимой 1942/1943 года. В этом получил возможность убедиться Эжен Шаван, бывший хозяин кафе и активист соцпартии, возглавивший партизан, когда утром 7 июня прибыл в Веркор. Под его влиянием было принято решение мобилизовать бойцов и перекрыть подступы к плато. В атмосфере эйфории и массового подъема, сопровождавшего высадку союзников в Нормандии, от добровольцев не было отбоя. В результате Веркор превратился в маленькую свободную республику посреди еще оккупированной территории. Предвосхищая будущее, партизаны создавали свои органы власти и даже начали издавать газету «Свободный Веркор».

С начала мая общей стратегией стало сосредоточение бойцов и оружия в тылу противника. Так, 2500 партизан из ДОС собрались на горе Муше в центре горного массива Маржерид в Оверни. Этим отрядом, вторым по численности после Веркора, командовал полковник Гаспар (Эмиль Кулодон). Он получил по воздуху большое количество оружия и подкрепление в виде группы союзных десантников.

В Сен-Марселе, Веркоре и на горе Муше было много общего: удаленность от городов, лихорадочное ожидание высадки союзников, искаженные известия о боях в Нормандии, нетерпеливое желание изгнать наконец врага, вступив с ним в открытый бой. Все это вызывало огромный энтузиазм.