– Эй! Шурик! – у Светки от волнения пропал голос, и крик получился совсем тихим.

– Про-о-о-оф! – взревел Лёшка.

Раздался оглушительный треск кустов, Туся в ужасе зажмурилась, прощаясь с жизнью, и прижалась к ближайшему стволу.

Но из зарослей ельника с перекошенной физиономией вывалился Лёлик. Он промчался мимо, попутно ухватив Светку за руку.

– Кто там? Кто? – запричитала Туся. – Леший?

– Где? – Лёлик резко затормозил.

– От кого мы бежим?

– Ни от кого, тьфу, – отмахнулся Лёшка и заорал: – Про-о-о-оф! Ты где-е-е-е? Отзови-и-и-ись! – И добавил уже нормальным голосом: – Мы к Шурику бежим. Что у вас тут случилось?

– У нас? Это у него! Его кто-то сожрал, наверное, – дрогнувшим голосом пискнула Светка.

– Да ну, – Лёшка снова потянул её за собой. – Его так быстро не съешь. Он костлявый. Его жевать и жевать, до вечера не управишься.

Туся на бегу молча пнула Лёлика, так не вовремя решившего поупражняться в остроумии, и первой выскочила на небольшую поляну.

Странную поляну.

Очень странную.

Здесь было неестественно тихо.

Не шумел ветер, не пели птицы. Земля повсюду топорщилась холмами и холмиками.

Друзья по инерции пробежали немного вперёд, когда Лёлик вдруг выпалил:

– Смотри! Это же могилы! Тут кладбище!

И именно в этот момент у них за спиной из-под земли раздался приглушённый крик:

– Идите сю-у-у-да-а-а! Ко мне-е-е!

У Туси подкосились ноги, она тихо осела на траву.

– Так вот кто охраняет клад. Не леший. Покойники, – побелевшими губами едва слышно прошептал Лёшка.

– Ну где вы там? – из земли в паре метров от них высунулась чернявая голова.

– Ик, – только и смог выдавить Лёшка, брякнувшись в траву рядом с Тусей.

– Чего я нашёл-то! – радостно проорал тем временем Шурик, выбравшись на поверхность. – Эй? Вы чего тут?

– Проф? Это ты? А мы думали, что покойники из земли полезли, – шёпотом протянул Лёшка.

– Ну-у-у и дураки, – весело резюмировал Шурик. – Отомрите. У меня суперновость.

Правильно люди говорят – у страха глаза велики. Могил на полянке было совсем немного. Остальные холмики оказались крышами старых землянок, в одну из которых и провалился Шурик.

– Тут, похоже, партизанский отряд прятался, про который бабушка говорила, – сообразила Туся. – Это же только сейчас болото подсохло, а так тут всегда была эта… как её… великая топь! А партизаны нашли проход на остров! И пометили его. Помните, там, где мы бежали, палки были воткнуты. Ух ты!

Любопытная троица уже успела облазить все землянки и теперь топталась в уважительном отдалении от могил.

Клада тут, конечно, никакого не было.

– Интересно, и чего тогда леший людей путал, сюда не пускал? – недоумевал Лёшка.

– Так, может, он, наоборот, их сюда привести пытался, – заметил Шурик.

– Да, а потом ему надоело действовать незаметно, и он просто натравил на нас медведя, чтобы мы здесь оказались, – фыркнула Туся.

Но шутка не удалась, потому что старое дерево на краю поляны неожиданно с треском сломалось и рухнуло, сминая пышные зелёные заросли.

– Домой-то как хочется, – тоскливо проныл Лёлик. – Ну его, этот клад. Не нашли – и ладно.

– Как это – ничего не нашли? – изумился Шурик. – Это же партизанский лагерь! Настоящий!

Туся тем временем робко подошла к небольшому кладбищу. На ближайшем кресте была закреплена жестяная табличка с едва читаемой надписью.

– Яков Кузьмин, – с трудом разобрала Светка. И тут же вскрикнула от неожиданности, прикрыв рот ладошкой. – Ребята! Это же! Ой! Мы нашли!

– Клад? – оживился Лёшка.

– Да лучше! В сто раз! Нет, даже в миллион! Это же то, что баба Мора всю жизнь искала, – могила её отца! Который партизаном был! Ничего себе! Яков! Кузьмин! А она – Марфа Яковлевна Кузьмина!

Светка от восторга даже взвизгнула, представив, как обрадуется деревенская ведунья этой новости.

– И откуда ты всё это знаешь? – Шурик покосился на упавшее дерево и вздохнул. Ему не нравилась вся эта мистика.

– Да у неё в гостях была, – легкомысленно отмахнулась Туся.

Мальчишки оторопело уставились на неё.

– У колдуньи? – уточнил Лёлик.

– Она ведунья. Волшебница. Подробности потом, поехали домой, надо скорее ей всё рассказать! – и Туся нырнула в лес.

– Интересные дела, – проворчал Шурик и побежал следом.

– Кстати, – Лёшка устремился за ребятами, – а вы знали, что в дуплах деревьев не всегда живут совы? Иногда там прячутся полуночницы, это типа вампиров, только они мелкие, как гномы.

– И называются они летучими мышами, – бросила на бегу Туся. – Лёш, хватит пугать. Тебе надо сказочником стать, а не великим путешественником.

– Так одно другому не мешает, – пропыхтел Лёлик, стараясь не отставать от друзей.

– А вы не хотите обсудить, как быть с медведем, который остался на том берегу? – разозлился Шурик. – Вообще-то мы из-за него здесь оказались.

– Я думаю, это нас леший специально сюда погнал, – с умным видом заявил Лёлик. – Сначала напугал медведем, убедился, что мы двинулись в правильном направлении, и потом медведя увёл. Или его болотницы увели. Или вообще – съели. Нет, что-то мне его жалко. Пусть они его увели просто. Накормили мёдом и положили спать. А леший нами доволен, я вам точно говорю.

– Ой, всё, – фыркнул Шурик. – Лёшка-сказочник.

А Туся просто промолчала.

Леший не леший, а партизанский лагерь они всё же нашли. Как самые настоящие следопыты. И старая ведунья оказалась права: пришло время, топь высохла – и лес открыл им свою самую главную, самую сокровенную тайну, которую берёг столько лет.

Удивительное дело: на дорогу они вышли без всяких приключений. Прямо к велосипедам.