Аппараты «Мир-1» и «Мир-2» были доставлены в Калининград в сентябре 2010 года и снова заняли место в ангаре. Хорошо, что при создании аппаратов в Финляндии мы с Игорем Евгеньевичем Михальцевым подумали о приобретении ангара, который стал им родным домом в Калининграде. У них был и настоящий морской дом, специально оборудованный для них в Финляндии – НИС «Академик Мстислав Келдыш», но к сожалению, их лишили этого прекрасного морского базового обеспечения, позволявшего проводить работы в любом конце Мирового океана. А ведь судно было оборудовано специальным спуско-подъемным устройством и всеми необходимыми техническими средствами для обеспечения работы «Миров». Представители специальных ведомств США и других стран специально приезжали в порты, куда заходил «Келдыш», чтобы посмотреть на наш «чудо-пароход», как его назвал американский адмирал Джон Кравен. Ведь ни у одной организации в мире не было такого судна с двумя обитаемыми шеститысячниками на борту. Как мне сказал однажды Рольф Вайт, Пентагон стучит зубами и облизывает губы, когда речь заходит о «Келдыше». Но что делать? У нас не все понимают значимость того, что мы имеем. А чаще всего это люди, которые сами ничего не создавали, не испытали мук творчества, удовлетворения воплощением своих идей в жизнь и радости побед. И здесь я снова вспоминаю творчество Высоцкого: «Жираф большой – ему видней!» Лучше не скажешь. Полагаю, что теперь Пентагон потирает руки! Конечно, «Миры» создавались для проведения глубоководных исследований океана, но без судна обеспечения о проведении таких работ не может быть и речи.
И вот я лечу в Лозанну с целью осмотра плавсредств, которые могут быть использованы для обеспечения погружений на Женевском озере. Там имеются только малотоннажные плавсредства. Баржи, на которую можно было бы поставить два «Мира», кран и кабинки для организации лабораторий, мастерских, размещения людей, там нет. Из всего, что есть на озере, я выбрал две самоходные баржи, на одну из которых можно было поставить подъемный кран, один «Мир» и несколько кабинок, а на вторую – второй аппарат «Мир». Причем спуско-подъемные операции со вторым аппаратом должны были производиться с помощью крана на первой барже, а вторая баржа подходила под кран для проведения спуска или подъема второго аппарата. Как показала практика проведения работ, такая методика являлась вполне приемлемой и, возможно, единственно правильной, учитывая то, что другого выбора не было. Здесь важным было то, что озеро небольшое, и после проведения погружений мы могли возвращаться на базовое место и ночевать в гостинице. После этого визита я еще три раза прилетал в Лозанну с целью чтения лекций в Техническом Университете и обсуждения программы работ. В апреле 2011 года мы подписали контракт между Техническим Университетом и ИО РАН. В это время плавсредства были уже готовы, и мы начали готовить аппараты «Мир» и сопутствующее оборудование к отправке в Лозанну. Аппараты перевозили на автотрейлерах. Сначала их разместили на берегу в охраняемой зоне, а затем поставили на плавсредства. Не сразу решился вопрос о размещении людей. Сначала нас хотели поселить в студенческое общежитие, но оно оказалось в ужасном запущенном состоянии, т. к. учебный год окончился и после отъезда студентов по домам общежитие не убиралось. Фредерик Паулсен выделил дополнительные средства, и мы поселились в прекрасном 4-звездочном отеле недалеко от того места, где базировались аппараты «Мир». Основной целью исследований являлось изучение экологии озера на предмет присутствия в воде тяжелых металлов, радионуклидов и других веществ, нарушающих экологическую чистоту озера. В исследованиях принимали участие американские ученые из Вудсхольского океанографического института, а также французские и немецкие ученые. Впервые на аппарат «Мир-1» был установлен масс-спектрометр, производивший измерения «in situ». Также аппараты были оборудованы большим количеством пробоотборников для отбора осадочного материала, батометрами, приборами для измерения физических свойств воды и ее химического состава. Работы проводились в западной части озера.
Открытие экспедиции было торжественным. Было сделано два «элитных» погружения аппаратов. Я погружался в «Мире-1» с Доном Волшем и Бертраном Пикаром (старшим сыном Жака Пикара). Это было символично, ибо в 1960 году Дон Волш погружался в Марианскую впадину с Жаком Пикаром. Во втором аппарате погружались Фредерик Паулсен, Артур Чилингаров и Евгений Черняев. Объектом исследований было судно, затонувшее около 100 лет назад на максимальной глубине озера – 300 метров. На Женевском озере в течение двух месяцев (июль, август 2011 г.) было сделано 96 погружений, как с научными целями, так и в целях популяризации аппаратов «Мир» с некоторыми влиятельными персонами. Но последнее не принесло результатов, так как заинтересованности в проведении работ никто не проявил. Правда, среди погружавшихся был финансист олигарха Романа Абрамовича, с которым мы встречались в 2008 году. Финансиста звали Саша Бородин, очень улыбчивый, приветливый человек. Мы договорились, что он приедет в Москву к нам в Институт. Осенью он мне позвонил и приехал в Институт океанологии. Я передал ему проект кругосветного плавания на «Келдыше» с «Мирами» вместе с картой Мирового океана, на которой было обозначено 80 районов, в которых предполагалось проводить работы с аппаратами. Основу этого проекта составляет проведение исследований на гидротермальных полях и в других районах, представляющих научный интерес, а также на ряде затонувших судов, подводных лодок и т. д. Я подарил Бородину свои книги о глубоководных работах, подписанные и ему, и Абрамовичу. Но и на сей раз обещания остались только словами. Спустя пару месяцев я послал и-мейл Бородину, но ответа так и не получил. Вспомнил мексиканский телесериал «Богатые тоже плачут» и подумал: «Такова, видимо, их участь».