В книге «Новая Скрижаль, или Объяснение о церкви, о литургии и о всех службах и утварях церковных» Вениамина, архиепископа Нижегородского и Арзамасского, говорится: «Святой крест поставляется на всех церквах, и в церкви нет таких священных одежд, нет вещей и утвари, на которых не было бы креста, нет таинства и других молитвенных действий, при которых не употреблялось бы знамение креста».
Крест есть путь спасения нашего, главная святыня нашей веры. Крест, о котором у нас пойдет речь, связывает нас посредством древнего предания о нем с ключевым моментом нашей национальной истории – крещением Руси.
Удивительный Корсунский крест с семнадцатого века находится в городе Переяславле-Залесском, в Никольском монастыре. В советское время Крест не покидал пределов города, находясь в городском краеведческом музее. Чудесным образом все священные реликвии Креста, речь о которых пойдет ниже, оказались в советский период нетронутыми и дошли до нас в целости.
Сделаем здесь и еще одно предуведомление. Отсюда и ниже мы будем называть город именно Переяславлем, а не Переславлем, как повелось со времен не столь давних. Пора городу вернуть свое исконное древнее имя, восстановив в названии утраченную букву «я».
Само предание о связи Корсунского креста с временами христианизации Севера, дошедшее до нас в работе, посвященной удивительной святыне Ростово-Суздальской земли протоиерея А.И. Свирелина, свидетельствует о глубоком почитании в древности Корсунского креста, с иконографическим образом которого связан священный момент духовного рождения нашего народа при крестителе Руси – святом и равноапостольном князе Владимире, сыне Святослава, внуке Ольгином.
Крест осеняет зарождение нашей государственности, нашей народности и неразрывно, до скончания времен связан с ней.
Мы попытаемся приоткрыть завесу таинственности, которая покрывает время рождения этой чудодейственной святыни Никольского монастыря Переяславля-Залесского.
Время, когда святыня перестала быть музейным экспонатом и вернулась на свое законное место – в православный храм, есть, по многим приметам, время судьбоносное для нашего Отечества. Об этом свидетельствует нам ряд важнейших юбилейных дат, связанных с духовными и политическими истоками нашего национального бытия. В 2010 году в России и на Украине более чем скромно отметили 1150-летний юбилей похода князей Оскольда и Дира на Царьград, их крещение, а равно и первое крещение молодой Киевской Руси. Государственный акт принятия новой спасительной веры был подтвержден заключением по инициативе русской стороны договора Киевской державы с величественной Византией на основании равноправных отношений двух государственных субъектов. Таким образом, в далеком 860 году родилась христианская держава русского народа. Именно эту дату считал автор или авторы Начального летописного свода, известного широкой общественности как летопись монаха Нестора, за начало Руси, за начало политической и духовной самобытности нашего народа.
В 2012 году в России также скромно отпраздновали 1150-летие призвания Рюрика с братьями на Новгородский престол словено-варяжской державы Севера. Рюрик положил начало той знаменитой династии, которая не только сделала Русь могучей державой, но и предопределила ее историческое призвание быть последним государственным оплотом православной веры, быть Третьим Римом. Именно династия потомков Рюрика дала самый большой сонм святых Вселенской Церкви, относящихся к одному роду!
И в том же 2012 году мы вспоминали 1030 лет с момента создания единой древнерусской державы, когда князь Олег Вещий объединил под своей рукой Новгород и Киев, объявив последний Матерью городов Русских.
Столь значимые юбилеи нашей исторической, национальной и государственной жизни властно напоминают нам одну простую истину, которую в свое время блестяще выразил гениальный мыслитель XIX века К.Н. Леонтьев, о том, что наша святая вера легла в основу нашей национальной и государственной жизни, спаявшись с ней в нерасчленимое целое! Константин Николаевич выражал эту мысль следующим образом: «Трепет перед священным образует и народ, и государство». Иными словами, народ и государство образует религиозный трепет людей перед святынями веры, благоговение перед священными предметами. Утрата религиозного вдохновения в политической и социально-экономической жизни, забвение отечественных святынь, равнодушие к ним ведет народ к неминуемой политической гибели.
Святыня нашей веры – Корсунский крест, находящийся в Никольском соборе монастыря, загадывал и продолжает загадывать множество загадок исследователям.
Крест этот, который народное предание связывало с Корсунским походом князя Владимира в 987 году, Крест, выдающийся по своим размерам и по количеству святых мощей, которые он в себе заключает, есть действительно святыня исключительная для нашей Церкви и государственной истории. Поистине царская реликвия, которой сложно подыскать подобие в православном мире.
Удивительно и до сей поры необъяснимо, что данный Крест привлекает внимание общественности и исследователей, находясь не в кафедральном соборе древнейшей епископской кафедры Ростово-Суздальского княжества, что можно было бы предполагать, исходя из его замечательных размеров и состава святых мощей, а в монастыре, который, будучи памятником значительным, связанным с именем и подвигом его основателя, святого Димитрия Прилуцкого, но все-таки является одним из пяти городских монастырей древнего града Переяславля-Залесского и не имеет, на основании имеющихся у нас данных, древней связи со своей самой замечательной святыней.
Никакие исторические реконструкции и умозрительные схемы исследователей прошлого и настоящего пока не проясняют полностью обстоятельств появления этой удивительной святыни в Переяславле-Залесском. И мы вынуждены смиренно признать особый в том Промысел. Действительно, у нас мало данных исторического характера, чтобы доподлинно восстановить путь, по которому крест мог попасть в Переяславль. Но то, что эта святыня попала именно в этот, славный своей судьбоносной для всей России историей, град есть, вне всякого сомнения, Промысел Божий. Начиная с XIII столетия, с момента рождения в городе святого, благоверного князя Александра Невского, вплоть до конца XVII столетия Переяславль-Залесский промыслительно играет особую роль в судьбе Русского царства и его правящей династии. Однако, очевидно, что не Переяславль был изначальным местом данной святыни.
Но для какого храма была изначально создана или привезена из далеких земель данная святыня, вот в чем вопрос настоящего времени.
Забегая вперед и делая читателя соучастником нашего исторического расследования, мы можем сделать первое и важное для дальнейшего хода исторической реконструкции предположение о том, что Корсунский крест Николаевской обители Переяславля-Залесского должен был предназначаться для Успенского собора Ростова Великого, в пользу чего говорят мощи ростовских святых, находящиеся в нем. Его размеры, декоративное убранство ясно свидетельствуют в пользу того, что святыня, несомненно, предназначалась для алтаря огромного собора. Очень много фактов указывает на Ростовскую епархию как на место, где этот крест длительное время мог находиться и для которой он, вполне вероятно, предназначался. Известно, что к Ростовской епархии Переяславль относился до 1214 г. В этом году он стал уже относиться к вновь созданной епархии великокняжеского Владимира. С момента присоединения Переяславского княжества к Москве в 1305 г. город вошел в границы Московской Митрополии. В этой связи необходимо задать вопрос: когда и каким образом предположительно Ростовская святыня оказывается в городе, исторически всегда тяготевшему к Владимиру, а затем к Москве.
У нас пока нет данных, чтобы ответить на этот вопрос однозначно. Как мы уже указывали выше, определенная закономерность духовного свойства, промыслительная логика нахождения столь важной христианской реликвии во граде Переяславле все же угадывается.
Переяславль-Залесский – город для русской жизни и русской государственности особый, поистине священный! Узловые события русской политической жизни связаны с этим городом. Творцы священной истории Руси также теснейшим образом связаны именно с этим городом.
Переяславль был вотчинным городом потомков Владимира Мономаха. В XIII столетии город принадлежал князю Ярославу, сыну Всеволода Большое Гнездо. Именно здесь в 1220 году у Ярослава родился сын, которому суждено было стать в едином лице духовным и воинским символом России, – Александр Ярославич Невский.
Внук Александра Ярославича, Иван Дмитриевич, умирая бездетным, передает Переяславль в наследственное владение дяде своему, младшему сыну Александра Невского – Даниилу Александровичу. Именно этот дар вотчинного города Ярослава Всеволодовича и его потомков предопределил возвышение Москвы и становление ее как общенационального и общегосударственного центра. Потомки Александра Невского от его младшего сына Даниила станут великими князьями, а затем и Царями государства Российского. Так Переяславль стал колыбелью русского единодержавия.
И далеко не случайно игумен переяславского Данилова монастыря святой Даниил был выбран царем Василием III в восприемники от купели первого русского царя Иоанна Грозного, родившегося у царской четы по молитвам святого. Это событие произошло в Троице-Сергиевском монастыре в 1530 году.
Рядом с Переяславлем родился последний русский царь из царствующей династии Рюриковичей, потомков Иоанна Калиты – Феодор Иоаннович. На месте его рождения стоит знаменитая Часовня-Крест при въезде в город со стороны Москвы.
Крест и Царство – два вечных и неразрывных символа нашего национального бытия зримо явлены в истории Царской колыбели!
Наша священная история, связанная с именем Сергия Радонежского, игумена земли Русской, тоже не может быть познана без осознания того важнейшего факта, что во иереи святой Сергий был рукоположен в Спасо-Преображенском храме Переяславля, построенном при сыне Владимира Мономаха князе Юрии Долгоруком, который по традиции считается основателем Москвы. В этом храме преподобный Сергий свершил свою первую литургию! В этой связи история Переяславля-Залесского, его особое место в Русской судьбе делают появление в нем чудесной реликвии – Корсунского креста – событием знаковым, обращенным в будущее, к нам и нашим детям. Об этом и пойдет речь дальше.