– Дельный, что и говорить,

Был старик тот самый,

Что придумал суп варить

На колесах прямо.

Суп – во-первых. Во-вторых,

Кашу в норме прочной.

Нет, старик он был старик

Чуткий – это точно.

А ночью нас ждал сюрприз. Недалеко от нашего расположения есть лесополоса, мы там раньше ставили «Грады». Были вырыты капониры, БМки замаскированы, но листвы нет, и сквозь голые ветки деревьев, имея хорошую камеру, можно разглядеть изменения в ландшафте. Нас спалил хохол, но мы узнали об этом и заранее убрали машины в другое место. Готовые, замаскированные позиции облюбовали вновь прибывшие с другого направления танкисты. Мы подошли к ним и предупредили, чтобы они уезжали отсюда, пока не поздно, но, видимо, не придав значения нашим словам, они решили остаться.

В эту ночь после массированного наступления дежурила первая батарея. Парни, в ожидании скорой команды на выезд, замаскировали машину недалеко от этого места. Надеясь на ночь, они подъехали ближе к дороге, чтобы быстрее оказаться на огневой, а сами укрылись в блиндаже в стороне, метрах в стапятидесяти от БМки. В 12 часов ночи, только коснувшись головой подушки, я заснул. И тут же проснулся оттого, что дом подпрыгнул. Начались взрывы со всех сторон. Выглянув на улицу, услышал характерный звук мопеда. Это летал дрон «Баба-Яга», он скидывал на танки и машины, укрытые в лесополке, выстрелы от гранатомета и самодельные сбросы. Скинув все, что она могла унести за один раз, «Баба-Яга» улетала. Через час возвращалась и снова сбрасывала по нескольку мин. Вокруг все рвалось и взрывалось. Один снаряд попал в кузов «Урала», проезжавшего мимо, в нем был боекомплект к пушкам и прицепленное сзади орудие. Взрыв был ужасный, дом трясло, как осенний листок на дереве. Машина и пушка сгорели. В следующий заход несколько сбросов попало в танк. Боекомплект сдетонировал, и его разорвало на части. Башня, ломая деревья, как спички, отлетела на сотни метров, разбросало гусеницы и траки. В промежутке между очередным налетом «Бабы-Яги» наши парни, выбравшись из блиндажа, ушли из района, но машина осталась на месте, так как было слышно, что в том месте, где она находилась, был взрыв. В темноте идти опасно – можно напороться на неразорвавшийся снаряд. Всю ночь тяжелый квадрокоптер летал и «окучивал» лесополосу. РЭБ не помогал, кто-то пытался сбить его из автомата, но не получилось.

Утром, осмотрев территорию, обнаружили большую воронку – возможно, это был «Хаймерс». Ночью среди постоянных разрывов сложно разобрать отдельный прилет. Наш «Град» стоял посеченный, но относительно целый. На БМке между кабиной и пакетом лежало два неразорвавшихся ВОГа размером с поллитровую бутылку, а в земле, около колеса, торчал воткнутый неразорвавшийся выстрел от РПГ.

Машину нужно было убирать, но подходить, а тем более пробовать заводить ее было опасно. Мы не решились самостоятельно трогать неразорвавшиеся снаряды, вызвали саперов. Ждали долго. Только ближе к обеду приехал специалист. Уверенно подойдя к «Граду», сказал:

– Ну, показывайте, что у вас.

Обратили его внимание на сбросы, лежащие на машине. Сапер тут же взял один из них в руки и, повертев перед глазами, с недоумением произнес:

– Первый раз вижу такие.

И следом снял с машины второй ВОГ. Удивлению ребят не было предела, все стояли и смотрели на него как завороженные. Отойдя от легкого шока, машину отогнали. Тем временем, заложив на застрявший в земле выстрел от гранатомета тротил, саперы взорвали его.

В течение нескольких дней и ночей враг не мог смириться с потерей Авдеевки. Каждый день он наносил удары по мирным селам. Донецк содрогался от обстрелов тяжелой артиллерией.

Многие думали, да и по телевизору говорили, если освободим, отодвинем врага от Авдеевки, обстрелы прекратятся. Но фронт очень широкий, город на этой линии занимает всего чуть больше пяти километров. Западнее и северо-восточнее его – еще огромные неосвобожденные территории. Оттуда идут обстрелы.

Назавтра мы с Егором пошли в магазин. День был ясный, солнце светило ярко, на небе плыли редкие облака. Зайдя за дом, подошли к гаражам. Неожиданно раздался мощный взрыв! Метрах в двустах поднялся серый столб пыли. Оседая, она превратилась в облако. Мелкие осколки забарабанили по толевым крышам гаражей. Впереди нас шли, по всей видимости, ребята из пехоты. Услышав взрыв, мы пригнулись и сели на корточки, спрятавшись за стену гаража, а солдаты впереди нас остановились, оглядевшись, увидели нас, присевших за стеной. Кто-то из них показал на нас пальцем и сказал:

– Смотрите!

Пацаны, повернувшись, засмеялись и, чуть подождав, пошли дальше.

Бесстрашные ребята: или привыкли, или фаталисты, или, наоборот, реалисты. Ты же ведь не можешь знать, куда прилетит снаряд, поэтому какая-то стенка гаража точно не спасет тебя. Но найти укрытие во время опасности – важно. Страх есть у всех, но дело не в самом страхе, а в силе, способной его побороть. Опять же, важно отделять бессмысленную браваду от действительно смелых и нужных поступков.

Спустя пару минут мы продолжили свой маршрут, но на душе стало неуютно. Завернув за угол, мы увидели страшную картину: еще минуту назад здесь стоял красивый двухэтажный коттедж из желтого кирпича, теперь он разлетелся, забор из профнастила весь изогнут. (Впоследствии выяснилось, что в доме жили местные-гражданские, дома никого не было, никто не постралал.)

Егор вышел по рации на дежурного:

– Каспий, прилет! Рядом прилет был.

В рацию ответил Витя – наш шеф-повар. Его так же, как и меня, призвали по мобилизации осенью 2022 года. Витя из славного города Подольска, он каждый день балует нас блюдами высокой кухни: лагман, шурпа, солянка, бефстроганов, оджахури и, конечно, вкуснейший борщ. Никакой овсянки с тушенкой или быстрой лапши. С утра до вечера он что-то колдует на кухне.

– Да. Купи укроп.

– Прилет был, как понял меня? Прилет, совсем рядом!!!

– Да понял я, понял! Купи укроп, не забудь!

– Какой укроп?!

– Зеленый!

За пару дней в нашем поселке взлетели на воздух несколько домов, магазин, погибли маленькие дети, мирные граждане. Фашисты, а по-другому я не могу их называть, убивали ни в чем не повинных людей. Им нет оправдания! В агонии, загнанные в угол, понимающие, что им пришел конец, внуки и правнуки ССовцев безжалостно наносят смертельные удары по невинным людям.