Денег нам Павел дал, правда для этого нам пришлось вместе с ним топать вниз, в холл, к банкомату — наличных у него не было, только на карте. Зато получив денюжек, мы смогли наконец немного успокоить нашего нервного друга с погонами, пообещав, что вот прям завтра вот точно пойдем покупать ему его новый драндулет. А пока — спать!

И на этот раз нам дали номер без камер и прослушек! Ну, не считая той, что вмонтирована в дверь она все же была на месте. И мы на этот раз вполне спокойно поспали! Нас никто не будил спозаранку, не беспокоил среди ночи, и даже тараканы под плинтусом скреблись не сильно громко… или это были не тараканы? Хм…

Утром нас порадовал сытный завтрак в столовой ассоциации, где нас накормили от пуза, да еще и на халяву — пятеркам бесплатно! Еху! Жаль только про запас там ничего набрать не получилось бы — еда без упаковок как бы, так себе хранится в нашем тайнике, быстро становясь сушеной и сморщенной — сестрица была расстроена, хоть и всё равно урвала пару вкусностей туда, сама не зная зачем — какой-то инстинкт хомячка в неё живет, честное слово! Все в дом, всё в дом, всё в норку…

А вот вояку кормили за деньги, так что ел он скромненько, едва-едва что-то там клюя — цены ассоциации кусаются для простых людей! Тут, столовка, как в «мире» провинциальный ресторан! Правда и еда, соответствующая по качеству, несмотря на то, что порции и сервировка скорее именно что столовские, но никак не ресторанные.

Если фуагра из язычков газелей и несут, так это будет целое блюдо этих болтливых языков, а не просто пол шишечки, политых соусом, на пустой тарелке. Охотники много жрут, этот факт дано и всем известен. Не могут не жрать с их обменом веществ.

К концу трапезы к нам подошел человек от Павла, сказав, что ему поручили сопроводить нас, дабы мы чего не отчудили, по пути к людям, что занимаются продажей военных авто со склада. Услышав это наш провожатый сразу оживился, забыв про еду, что недоел, однако человек сообщил ему, что отправимся мы туда только после одиннадцати, и «пожалуйста, не создавайте проблем до этого времени».

— А после можно да? — улыбнулась во все зубы сестренка.

— И после нельзя. — сделала постную морду собеседник.

— А после можно. — утвердительно констатировала сестрица, закивав головой.

— Прошу… воздержитесь от… подобного… — пробормотал человек, стараясь держать маску невозмутимого спокойствия, — возможно… — решил он нас чем-нибудь отвлечь, — вас заинтересует посещение нашего тренировочного полигона?

— Ох, и зря ты это сказал. — помотал я головой, и собеседник с непониманием посмотрел на меня.

Я в ответ крутанул глазами в орбитах, и улыбнулся. Собеседник начал бледнеть — кажется, до него только что дошло, КОМУ он предложил посетить их вполне простую арену, не рассчитанную на визит туда пятерок.

— Пожалуйста, не…

— А где сейчас Павел? — перебила очередную его просьбу не шуметь моя сестрица.

— Он сейчас занят. — четко отрапортовал собеседник.

— Иии?

— К нему нельзя.

— Совсем?

— Совсем. — кивнул собеседник, немного расслабляясь, видя, что собеседница явно не планирует дальше настаивать на своём.

— Хорошо, а где сейчас Леди Сфера? — выдала сестра новое «предложение» вынуждая собеседника вновь сжать булки, что лом погнется.

— Она отдыхает.

— Но мы хотим её видеть! — воскликнула сестра.

— Она… отдыхает. — проскрипел собеседник, не зная как уйти от ответа, но явно понимая, что нас к этой леди допускать точно не стоит.

— Да мы ж не есть её собрались, правда. — захлопала сестренка глазами, а наш вояка, услышавший это, почему-то напрягся, и вид у него стал такой, будто он вдруг понял, что мы как бы можем и съесть.

— Она… отдыхает. Её… не следует беспокоить.

— И ты не знаешь где она, отдыхает? — захлопала ресничками сестренка.

— Да ну его, — вмешался в разговор я, — будто мы сами не сможем найти столь яркий факел силы в этом здании.

На самом деле это будет непросто, факел у неё не столь уж и яркий, а стены здешних зданий неплохо экранированы, и размазывают «сигнал» по своей площади, что фиг что найдешь в этих пенатах. Но вот собеседник то это мог и не знать! И лицо его стало в миг напуганным-напуганным! Видимо ему помимо прочего, дали поручение держать нас подальше от этой пятерки! Ну или он и сам не дурак, и понимает, к чему могут привести наши контакты с ней.

— Точно. — улыбнулась сестра, поняв, мою игру с полуслова, — Пошли братик! Сами её найдем! — соскочила она со стульчика, и протянула мне ручку, чтобы мы вместе упрыгалы по коридорам в даль.

— Стойте! — спохватился провожатый ассоциации, — Не надо никого искать! Мы немедля поедем за покупкой авто! Вот прямо сейчас уже выезжаем!

Мы переглянулись и заулыбались.

— Так бы сразу и сказал! — сказали хором.

— А то в одиннадцать! — сказал я.

— Да не мешайтесь пока! — сказала сестра.

А собеседник только и мог, что грустно вздохнуть и сделать рожу «жизнь моя, тяжелая!» Но что-то мне подсказывает, что на фоне других пятерок, мы — те еще паиньки!

К месту продажи нужного нам автопрома, поехали мы на машинах иного автопрома. За руль сел «посланник Павла», машинка у него была явно служебная, но не особо примечательная — серенькая, буквально во всем. Зато, как понимаю, надежная и беспроблемная. А еще — почти бесшумная! И с хорошей подвеской! Что в сочетании с хорошими дорогами города, и не быстрой, размеренной ездой на вполне внятной скорости, превращала поездку в сплошное удовольствие.

«Магазин» по продаже старых тачек девяностолетней давности расположился за городом, представлял он из себя двухуровневый ангар с сетчатым полом меж уровней, под завязку заставленный искомыми нами пикапами. Причем, судя по виду и скрипу петель входа в ангар, не интересовали эти машинки никого уже лет десять точно! И стоят они машинки тут без внимания и обслуги… со времен царя гороха и его горошницы.

Ценность тачек тоже определялась интересным образом — те, что на верхнем ряду — сто десять, если заводятся. Если нет — сто, они всё равно заведутся, надо просто «попинать»! Да маслом смазать хорошенько. Те, что в низу, если заводятся — девяносто! Внизу тачки все слишком перепачканы вытекшими жижами тех машин, что сверху! Если не заводятся… ну могли и оциреть — семьдесят, и заберите уже в конце концов этот металлолом!

Но что-то честно говоря, брать металлолом нам не хочется! Так что сказали нашему покупателю, бери любую! А у него аж ручки затряслись и глазки забегали…

— Моя прелесть…

И начал он бегать средь машин, как ребенок средь игрушек, выбирая самую лучшею! Щупать, нюхать, стучать… забираться внутрь, проверять на ржу высокие пороги… пытаться царапать краску и проверять проводку выданным нам для этих целей продавцом портативным тестером, он же аккумулятор и пускатель для двигателя.

А я смотрел на все это и думал, что вот чего чего, а сталюга корпуса, особенно днища этих машин, явно стоящая! Даже если не брать в расчет эти, что стояли тут под крышей, натертые маслом, а вспоминать ту, что мы бросили средь леса, то ведь она тоже была, не молодая, а скорее всего ровесница этих тачек! И все эти годы… тот старый таз как-то умудрялся коптить небо! Не проржавел насквозь, не сгнил целиком, и даже остался довольно герметичной лодкой!

Поставить бы во все эти развалюхи нормальные двигатели или что-то сотворить с этими, чтобы они стали нормальными, воткнуть подвеску почеловечнее, или опять же — как-то довести до ума эту, что есть, и живет столетиями, хоть и убогая, рессорная! Ну и так, по мелочи напильником полирнуть и… и станет совсем никому не нужный драндулет, потому как цена его скакнет в два раза.

Хм, или я не прав? Надо было узнать, сколько там стоят нормальные авто такого класса! А то может мы зря решили поиздеваться над вояками! И проще было им купить что-то обычное, без изыск, что еще и дешевле было бы⁈ Сколько там бы стоял, тот, угловатый? Что «скрипит, но едет». Надо будет потом узнать, так, для будущего, ну и чтобы в ценах не плавать тоже.

Кстати! А что там насчет водяного движителя? Они тут есть? — с этим вопросом я обратился к представителю продавца, которому как видно, было вообще пох, продаст он что-либо сегодня, или нет. Этот склад у них тут торчит давно и… видно всем наплевать на него, и то, что в нем, от слова совсем. Продастся — хорошо! Не продастся — пусть и дальше торчит, не страшно — через сто лет точно продастся!

Услышав мой вопрос, вояка «встал в стойку», навострив уши, готовый в любой момент сорваться с места туда, где есть настолько крутые агрегаты, выбирать уже средь них. Ведь этот пикап неплохая лодка! Проверено на практике. А если у лодки еще и мотор будет — можно будет забыть о веслах! И двух пар маленьких ножках, гребущих позади «лодки», чтобы вытолкать её к берегу.

Машины с водометами тут нашлись, «вооон в том углу стоят», и наш бравый мореход, тут же метнулся туда, но… вот не знаю почему, но эти варианты автомобилей, выглядели… на свой возраст! Ржавые в хлам, полусгнившие, и… в общем — даже за металлолом эти остова в форме автомобилей я бы принимать не стал. И это при том, что тут, в ангаре, сухо, тонны паров масла в воздухе, и довольно комфортный стоячая атмосфера с этими самыми порами и минимумом влаги и кислорода. Идеальные условия!

Вояка тут же оценил перспективу владения таким хламом, вспомнил свой старый пикап с отрезанной крышей и без стекол, решил, что он и то был в гораздо лучшем состоянии чем это, и пошел обратно, от четко выделяющейся среди прочих куче ржавого гнилья.

Начал проверять, что называется, принципиально! Выбрал понравившеюся внешне машину, без ржавчины и сколов на краске, с отсутствием на ней, масленых следов от чего-либо. Открыл капот, подключил пускозарядное устройство, проверил исправность проводки, поцокал языком глядя на то, что тут вместо резины на дворниках — полоска кожи! В масле. Отказался от идее их проверять, проверил клаксон — работает! Повернул ключ зажигания — двигатель, попыхтев с натугой, с хлопком завелся. Проработал секунд десять неровно чихая, заглох.

— Солярка всё. — сказал стоящий рядом с нами человек Павла, усмехнувшись глядя на облачко сизого дыма.

Продавец согласно покивал, однако ни канистры с топливом, ни идеи где его взять, не предложил, да и не нужно это было вояке, как понимаю. Он выскочил из-за руля. Заглянул под капот, окрутил какой-то шлаг, дунул… зачем-то. Потом втянул, подцепил к системе, повторил процедуру с другими шлангами, слив часть топлива из системы прямо на стоящею внизу под сеткой перекрытия этажа автомашину, вновь повернул ключ.

Вновь хлопки, пердеж, еще хлопки, и… эта хрень завелась! И издав раскатный рев и рокот зарычала на весь ангар, будто вчера с завода! Правда коптит так… что скоро мы тут все подохнем. А на соседнем авто, к которому выходит выхлопная, стал образовываться след от нагара.

— Беру! — радостно выкрикнул он выйдя из машины, перекрикивая рокот, и чуть ли не подпрыгивая от счастья.

— Сто десять. — безразлично пожал плечами продавец.

А я подумал о том, как, блин, из кучи авто, что стоят друг к другу столь плотно, что едва можно открыть дверь, теперь достать ту саму, что выбрал наш вояка? Оказалось — легко! Под потолком обоих этажей прятались направляющие и кран-балка. И подцепив машину за колесные арки стропами, слегка помяв жестянку кузова в процессе небрежной работы, работник склада с помощником ловко выволокли машину на свободное место, откуда она съехала уж своим ходом.

— Рекомендую заменить все технические жидкости как можно скорее. — сказал он, глядя на чадящею выхлопную. — И вообще, желательно целиком перебрать двигатель и трансмиссию. Ну и колеса, — поглядел он на покрышки, в которых, как понимаю нет камеры и воздуха, а только трещины, — тоже стоит заменить, пока не развалились.

— Конечно, конечно! — закивал улыбающийся боец вооруженных сил, которому явно не терпелось, то ли укатить от сюда, то ли перебрать свой новый агрегат по винтику.

А продавец показал нам пальцами, что не мешало бы и денежку дать, рассчитавшись с покупкой. Я — достал наличность, он — помотал головой.

— В кассу. — сказал он под моё удивление.

Какой честный! Да еще и номер кузова и двигателя пошел переписывать! Всё блин, официально!

— Вам повезло, — сказал он, переписав данные машины, — этот год выпуска и партия считается наиболее удачными.

Я раскрыл рот от удивления — че⁈ А говорили же что все одинаковые⁈ Водила расцвел — урвал-таки! Сестра нахмурилась — а если этому продавцу колено прострелить, он будет таким же индифферентным? Человек Павла зевнул, не выразив интереса, и пошел искать ближайшие кусты, для справления малой, но очень нужной нужды. А мы втроём пошли в ту самую Кассу.

Как оказалось, кассой был вполне себе представительный офис вполне себе крупной фирмы, занимающейся покупкой и продажей авто, на заднем дворе которой, в почти километре от офиса! Расположился склад с тем самым «совершенно новым старьем».

Фирма эта, занималась естественно продажей не только лютого барахла и старья, как тот драндулет, что мы уже фактически купили, или как тот свежий «рис», что предложил нам Павел изначально, и стоял тут под одним из навесов в облике гнилого яблока в пупырку, сдохнув от влажности воздуха — о ужас! Но и торговали вполне нормальными новыми автомобилей!

Грузовиков, легковых, спецтехники, всего на свете! Тут были километры площади, заставленные разной автотехникой, и блуждать тут можно было как в хорошем музее днями напролет. И блуждали тут не только мы, но и другие покупатели, причем, как понимаю, частенько оптовые, что покупали сразу по несколько позиций и по несколько штук каждого вида.

К тому же частенько делали прямо по территории тест драйвы, месили грязь, катались по брусчатке, или просто проверяли как ведет себя подвеска на камнях и при наклонах. Так что по итогу, это уже был не музей, где нельзя трогать ничего, а только глазеть, и «за линию не заходит!», а какой-то контактный зоопарк, где не только трогать можно, но и «на руки брать разрешено!».

Только вместо зверушек тут — машинки, вместо экскурсовода — продавцы-консультанты, наподобие нашего меланхолика, только активнее в сотню раз. Вместо общительных дитяток, работяги мужики и бабы, что должны ощупать то, на чем после будут работать ручками и ножками, прежде чем решится к покупке. Ну а вместо мамочек и папочек для дитяток, их начальство, строго следящее за тем, чтобы дитятки купили то, что надо, а не что хочется, да еще и не вышли за рамки бюджета в процессе «Хотю!».

В офисе тоже была толпа, покупали, оформляли… продавец, передал данные покупаемой нами машины, сказал:

— За наличный расчет.

И свалил, как видно обрабатывать других клиентов. А мы остались. Вдвоём. Я и сестренка. Два киндера в очереди серьёзных дядь и теть, что покупали серьёзные тачки для серьёзных целей. Все же, полувоенное, военное и строительное направление у данной фирмы было в приоритете, а всякие гражданские тачилы чисто бонусом, постольку поскольку, потому что строительным фирмам и воякам, тоже порой нужны обычные гражданские машины. Для личного пользования, индивидуального транспорта, и как подарок, как бы это глупо не звучало.

Вон, за соседнем столиком какой-то толстый сумм оформляет десяток рисовых тачек, как подарки лучшим работникам. И нет, он не издевается! Он сам в шоке, что при голосовании на его заводе формовочных изделий, победила именно эта рисовая машина, как наиболее желаемый дар.

Причем, судя по разговору, у него там это нормальная практика, дарить такие подарки в конце года лучшим — способ стимулировать батрачить по-чёрному! Ну а на следующий год, проводится голосование, что подарить лучшим, в пределах отведенной суммы в сто пятьдесят тысяч. Вариант «деньги» не рассматривает — не эффективно. А поскольку на такую сумму можно купить из значимого только авто… или квартиру где-то на отшибе города, у него уже который год, такие вот подарки.