Зора стояла у бара и ждала Люсьена. Что-то много времени ему понадобилось в туалете, но, пожалуй, лучше всего не думать о том, что он там делает. В бокалах с виски, который она заказала для себя и Люсьена, уже растаял лед.

– А можно мне? – спросила рыжеволосая девушка, которая болтала с Люсьеном, когда Зора только вошла в зал. И взяла себе бокал.

– Вообще-то, это для друга.

– Для твоего парня, ты хотела сказать? – спросила рыжеволосая и подмигнула. – Не беспокойся, Люсьен уже большой мальчик. Он сам сможет заказать себе выпить.

– Вы с ним друзья?

– Не совсем. Мои родители любят таскать меня по таким мероприятиям, ну да, сразу видно, кто тут детки, которых родители мечтают стряхнуть с рук, – пошутила девушка. – Но мы никогда толком даже не разговаривали, и я сомневаюсь, что он меня вообще хоть раз раньше замечал. Меня зовут Мелани.

Мелани протянула ей руку, и Зора ответила на пожатие.

– А вы откуда знакомы? По университету?

Зора помотала головой:

– Это долгая история.

– Из тех, которые ты предпочитаешь в баре не рассказывать? – подмигнула Мелани. Удивительно, но девушка не стала допытываться, и Зора сразу почувствовала к ней симпатию.

Взгляд Зоры скользнул в угол зала, где виднелась дверь в коридор, ведущий к туалетам. Оттуда должен был прийти Люсьен, но все никак не появлялся. Зато она заметила, как молодой, тоже приятного вида – здесь все люди выглядели хорошо, можно было подумать, что де Лакуры вырезали своих гостей из фотографий модного каталога – мужчина в кресле-каталке гневно сверкнул на нее глазами. И тут же отвернулся.

– Кто это? – спросила Зора.

– Парень, который выглядит так, будто хочет тебя зарезать? – уточнила Мелани. – Это Чжэ Соо-Ри, и не беспокойся, он безобидный.

– А я и не беспокоюсь. – Хотя было очень странно, с какой ненавистью он на нее зыркнул.

– Он злится не на тебя, – сказала Мелани.

– А на кого?

Та вздохнула:

– Мне нельзя об этом рассказывать. – При этом она понизила голос так, что Зора сразу поняла: сейчас эта Мелани подаст тепленьким все. Она была из тех сплетниц, которые первыми узнают все светские новости. – Чжэ и Люсьен были лучшими друзьями. Насколько я знаю, еще с детского сада дружили и были неразлучны до прошлого года.

– И теперь больше не дружат? – Зора сделала глоток из бокала. Год назад родители Люсьена перекрыли ему кран с деньгами. Не послужила ли тому причиной размолвка с этим Чжэ?

– Это очень примечательная история, – начала Мелани. – Чжэ мне все рассказал. Мы с ним, ну, не то чтобы друзья, но знакомые, которые достаточно хорошо друг друга понимают, чтобы поделиться кой-какими историями.

Ее заговорщицкая улыбка намекала, что истории были лишь частью того, что она делила с Чжэ.

– Однажды Чжэ и Люсьен устроили вечеринку на одной из яхт родителей Люсьена. Люсьен захотел покататься на моторной лодке, и Чжэ увязался за ним. Тогда я еще их не знала, но по слухам знаю, что Чжэ всегда и во всем стремился превзойти Люсьена.

– Не самая их гениальная идея, да? – догадалась Зора.

– Глупость полная! Потому что оба были слишком пьяны, чтобы выезжать. – Тут Мелани сделала большой глоток. – Лодка перевернулась, они очутились под ней и… никто не знает точно, что произошло потом. Чжэ и Люсьен, должно быть, ушли на дно или их унесло течением. Спасатели выловили их лишь спустя несколько часов. Чжэ много дней пролежал в коме. Мой отец рассказывал, что целителям пришлось ввести его в магический сон и изрядно потрудиться над телом с двадцатью переломами и множеством порезов. Но нервные окончания в его позвоночнике были так сильно повреждены, что их не удалось спасти даже при помощи магии. Отец Чжэ с тех пор таскал его по всем целителям и даже к черным магам. Но никто не смог ему помочь.

– А Люсьен? – спросила Зора, и во рту у нее вдруг пересохло.

Мелани пожала плечами:

– Живехонек! Цел и невредим – с ним ничего не случилось. Это и было самым странным в этом деле. Он же пробыл в воде столько, сколько и Чжэ, но, когда его вытащили, пришел в себя через пару минут. Ни одного перелома, ни одной царапины, ни переохлаждения, вообще ничего. Богини, должно быть, смотрели за ним в тот день особенно хорошо.

Богини или, что вероятнее всего, его собственный огонь. Очень странная история на самом деле – если не понимать, как это знала Зора, действия магии, текущей у него по венам.

– Люсьен после несчастного случая перестал общаться почти со всеми друзьями, – добавила Мелани.

– А почему? – спросила Зора, снова поглядывая в сторону выхода к туалетам. Люсьен по-прежнему не появлялся.

– Дело в том, – Мелани вздохнула, – что моторной лодкой управлял Люсьен.

Ох, Люсьен… Это кое-что объясняло. Люсьен по легкомыслию совершил в пьяном виде аварию, тяжело пострадал его лучший друг, а сам он вышел сухим из воды. Буквально. Вскоре после происшествия он заболел – поползли зильфуровые вены. Возможно, эту болезнь он рассматривал как заслуженное наказание богинь. Зоре так и захотелось немедленно его обнять и утешить… если бы только она знала, где он пропадает.

Мелани явно думала о том же самом.

– Да где он, вообще? Сейчас пропустит речь.

Потому что в этот момент под аплодисменты гостей его мать вышла к маленькой трибуне с микрофоном.

– Добро пожаловать, дорогие друзья! – сказала она. Хотя говорила она негромко, ее голос охватывал весь зал. – Для меня большая честь и радость отпраздновать вместе с вами этот особенный день, час рождения магии. В этом году у меня нет желаний, которые я хотела бы отправить в небо, – только большую благодарность за чудо, произошедшее с нами за последние месяцы.

Зора увидела Люсьена, который с потерянным видом направлялся в сторону выхода.

– Я рада видеть здесь столько знакомых лиц друзей и коллег, которые сопровождали меня и нас на этом пути. – Мать Люсьена раскинула руки в широком объятии. – Особенно я рада приветствовать среди нас новых друзей.

Люсьен на краю зала протискивался сквозь толпу, кого-то энергично расталкивая локтями. Он явно был не в себе.

– В прошедшем году Корпорация ДеЛ обогатилась новыми партнерствами, и я хотела бы отдельно приветствовать новых членов семьи Де Лакур! Прошу аплодисментов для наших новоиспеченных коллег из «Золотого журавля», – тут разразились аплодисменты, – медийной компании «Подсветка», – Люсьен уже пробился к подножию лестницы и побежал наверх, – и подразделения «Талантливые решения».

Зора, только что отпившая глоток из бокала, закашлялась. Не ослышалась ли она? Мелани похлопала ее по спине:

– Ты в порядке?

– «Талантливые решения» входят в состав Корпорации ДеЛ? – выдавила Зора, тяжело дыша.

– Уже почти год. Вскоре после… ну, ты уже знаешь, де Лакуры купили «Талантливые решения», – пояснила Мелани.

Она продолжала говорить, но Зора больше не слушала. Громкий писк сигналов тревоги разносился по ее мозгу. «Талантливые решения» были подразделением «Горящей лилии» – или, по крайней мере, были год назад. Теперь они принадлежали родителям Люсьена. Все те люди, которые исчезали с тех пор… родители Люсьена должны были об этом знать! Может быть, и Корпорация ДеЛ принадлежит «Горящей лилии»? Знает ли об этом Наэль? А Люсьен?

Спину Люсьена она видела в данный момент – он выбежал из праздничного зала, даже не обернувшись.