Солнце проникало через открытую дверь и раздвинутые ставни, ложась на дощатый пол длинными узкими полосами. Над нагретой водой витал слабый пар. Шен придвинул к бадье лавочку, сел, поставив на нее согнутую в колене ногу, и прислонился к бадье спиной, запрокинув голову. Спутанные волосы плюхнулись в воду и плавно стали расходиться под водой, словно комок водорослей. Муан присел рядом, опершись боком о бадью, и опустил руки в воду, пропуская пряди между пальцами. Легкими движениями он распутывал сбившиеся лохмы, а кусочки клейкой муки под его пальцами растворялись в воде.

Какое-то время Шен сидел, замерев почти неподвижно и наслаждаясь размеренными движениями чужих пальцев в своих волосах, затем запрокинул голову сильнее и с интересом посмотрел на сосредоточенного мечника. Однако Муан так сфокусировался на изъятии из волос всякой непотребности, что даже не чувствовал его внимания.

Тогда Шен завел руку назад и, зачерпнув ладонью воду, брызнул ее на мечника. Попало прямо в лицо. Муан принялся отфыркиваться, а затем, усмехнувшись, зачерпнул воду двумя руками и вылил ему на лоб. Шен вскрикнул и отшатнулся, и масса мокрых волос упала на спину, промокая одежду.

Он поежился и встряхнул головой, будто большой мокрый зверек.

«Тушканчик», – определил Муан.

«Баран», – в ответ подумал Шен.

Они застыли, глядя друг на друга так, будто собирались начать бой, стоит оппоненту отвести взгляд. А затем разом заливисто рассмеялись.

– А что, с волосами ты уже закончил? – когда поток смеха иссяк, невинно поинтересовался проклятый старейшина.

– Остальное вычешу на сухую – так будет проще, – деловито произнес Муан, жестами показывая ему переместиться.

Шен принялся отжимать волосы. А Муан перевел взгляд на черный артефакт, окольцовывающий его шею.

– Как ты?

– Вполне нормально, – спокойно отозвался тот, машинально проведя пальцами по ошейнику. – Знаешь, у меня такое чувство, что во мне сейчас силы будто в новичке, только начинающем постигать основы. Мне не довелось быть новичком – это интересно. Я лучше чувствую свою силу: понимаю, куда расходуются даже малые ее частички. Раньше я совсем не обращал на такое внимания. Или даже не смог бы при всем желании: терялся в общем потоке.

Муан удовлетворенно улыбнулся.

– Вот уж не думал, что ты умудришься отыскать плюсы в сложившейся ситуации.

– Хах. Но это вовсе не значит, что я поблагодарю Ера при встрече.

Шен помолчал и продолжил:

– Кстати, о встрече. Следует ли нам отправиться обратно к гробнице, чтобы отыскать его? Или удобнее поджидать его возвращения в ордене? Вряд ли он может предположить, что мы так легко выбрались.

– Легко? – криво улыбнулся Муан. В его голосе сквозило недовольство.

Шен сделал вид, что не услышал.

– Однако, как говорил Ал, если у входа гробницу сторожат люди контрольного бюро – это может стать проблемой. Так что же делать? – закончил он и растерянно посмотрел на мечника, не особенно надеясь на дельный совет.

– Поедим лепешек, – сказал Муан. – Я купил в городе.

Здание магистрата уже показалось впереди, когда Ю Си притормозил повозку и подозвал к себе уличного мальчишку.

– Покажи, где живет господин Жоу, – приказал он. – Я щедро заплачу.

Вскоре повозка остановилась перед поместьем Жоу, а оборванец получил свои несколько монет. Ю Си спрыгнул и бросил через плечо:

– Можешь не вылезать.

– Как это «не вылезать»?! – возмутился Ер, все мысли которого вот уже четверть часа витали исключительно вокруг деликатесов, которыми, предположительно, будет потчевать магистрат.

– Стучать? – тем временем уточнил Гу Фен, подойдя к воротам.

– Нет, погоди. Мы здесь не за этим.

Ю Си направился к почетной табличке, висящей справа от двери. Он медленно провел рукой по выпуклой надписи и золотой окантовке. Гу Фен встал рядом, рассматривая иероглифы, складывающиеся во фразу «Доблесть и честь».

– Никогда такой не видел, – заметил он. – Это настоящее золото?

– Не видел, потому что такие таблички золотом не обрамляют.

– Это подделка? Вот почему ее никто не украл!

– Золото настоящее.

Гу Фен удивился еще сильнее.

– Тогда как она просто может висеть снаружи? Даже ни один стражник не охраняет.

– О чем это говорит?

– О чем? – растерялся Гу Фен.

– О страхе. О том, что власть магистрата Жоу в этом месте настолько велика, что воры не рискуют действовать даже ради такого куска золота.

– Или же тут нет воров! – вставил свое веское слово Ер, выбравшийся из повозки и вставший сзади.

– Ты разве не видел только что нищих на улице? – не оборачиваясь, произнес Ю Си. – Думаешь, им моральные принципы воровать не позволяют?

– Может быть… – протянул Ер.

– Так, значит, табличка поддельная? – сделал вывод Гу Фен.

– Нет… Сама табличка подлинная, именно такие и делают. Но вот тут сверху откололся край. Должно быть, магистрат Жоу обрамил ее золотом, чтобы укрепить. Как, говоришь, называется этот город?

– Хушуэй. Что-то не так, командующий?

Гу Фен следил, как Ю Си раз за разом задумчиво проводит пальцем по сколу.

– Этот скол мне знаком. Это особенная табличка. Вот только она была выдана не Жоу. Это табличка генерала Чи Вана, он получил ее вместе с почетным титулом «доблестный генерал». Ею он ударил главного евнуха – распорядителя церемонии. Этот поступок стал началом «тихой чистки», благодаря которой удалось избавиться от всех продажных чиновников двора. Табличка выскользнула у него из рук, и небольшой кусочек откололся. Император намеревался заменить ее, но генерал Чи Ван пожелал оставить эту на память. К сожалению, по личным причинам он отказался от должности при дворе нового правителя и, подав в отставку, отправился в родной город в скромной должности магистрата. Это было десять лет назад. Теперь я припоминаю, что его родной город назывался Хушуэй.

Пока старейшина пика Славы совершал приготовления на кухне, Шен умудрился скрутить волосы в гульку на макушке (кривовато, но вполне сойдет, чтобы мокрые пряди не мочили спину) и переоделся в принесенные мечником одежды. Теперь оба они, и Шен, и Муан, походили на странствующих наемников. Одежда была простая и тусклая, но чистая и добротная. Для Шена мечник нашел комплект с высоким воротником – почти полностью скрывающим черный ошейник.

Потянувшись в новых одеждах, Шен удостоверился, что они нигде не сковывают движения, и остался доволен. Взгляд его упал на ворох мокрого и грязнющего заклинательского облачения, которое он с отвращением скинул, как только вернулся с купания в запруде. Тут он спохватился, бросился к одежде и спустя несколько секунд выудил из нее свернувшуюся от воды стопку бумаги. Дневник дяди, бывший в плачевном состоянии еще при первом попадании в его руки, теперь представлял поистине трагичное зрелище. Шен принялся аккуратно разделять слипшиеся, сморщенные листы и раскладывать по всем горизонтальным поверхностям.

Закончил он через добрых полчаса, когда Муан уже стал покрикивать ему со двора. Шен поправил пояс с притороченным слева Смертельным лакомством и бодро вышел во внутренний двор. Муан как раз расставлял чайные принадлежности на уличном столике.

Шен присел на край столика, а Муан, подняв взгляд, замер, с интересом его рассматривая.

– Что-то не так?

– В этой одежде и с этой прической ты словно другой человек…

– Ну и хорошо, – усмехнулся Шен, потянувшись к лепешке. – А то меня всегда раздражало, как все реагируют: «О, заклинатель идет!»

Наслаждаясь мирным совместным утром, Муан с улыбкой разлил чай по пиалам.

– Где Ал? – наконец решил уточнить Шен. – И где ты разместил Лева?

– В лечебнице на краю города, – ответил мечник на оба вопроса.

В это время утро Ала:

– Малец, подай водички.

– Малец, помассируй мне ноги.

– Малец, купи вина в лавке поприличнее!

– Малец, принеси книгу.

– Малец, открой окно.

– Малец, закрой окно.

– Малец, почему у тебя такая кислая мина? Я еще не умираю.

– Можно подумать, я бы вас оплакивал, – пробормотал под нос Ал, усевшись прямо на пороге, чтобы видеть внутренний двор.

Лев его наглые речи услышал, но предпочел проигнорировать. Сам он почивал на кровати под пологом, живот его был зашит и плотно перебинтован. В принципе, можно было уже лететь в орден, Лев бы дорогу выдержал, но старейшина Муан сказал, чтобы он дожидался их с Шеном. И с тех пор не появлялся. Учитывая, что вчера Шен выглядел не лучшим образом, старейшина пика Синих звезд предположил, что тот может еще отдыхать.

Отложив трактат, от нечего делать Лев принялся донимать Ала:

– Ты почему к своему учителю так неуважительно обращаешься?

– Он мне не учитель, – буркнул Ал. – Он мой друг.

– Вот как… – протянул Лев. – А о такой вещи, как уважение к старшим, ты слыхом не слыхивал?

– Вам еще что-то нужно, господин?! – обернувшись к Леву, раздраженно спросил парень.

– Поди, поесть купи.

– Лекарь сказал, что вам нельзя есть.

– Мне лучше знать, что мне можно, а что нет!

Ал не сдвинулся с места.

– Наглый паршивец. С таким характером – страдать тебе всю жизнь!

– Благодарю за наставление, – бросил Ал и ушел, захлопнув за собой дверь.

– Нет, ну вы видели? – в пустоту возмутился Лев. – Высечь бы его хорошенько!

Шен тем временем съел уже половину кунжутной лепешки с начинкой из зелени и яйца и, прожевав, заметил:

– Ал на диво хорошо ведет себя после примирения. Я бы похвалил его – да боюсь сглазить.

– Не заметил особых изменений, – сухо отозвался старейшина пика Славы. – Разве что под ногами путается чуть меньше. В любом случае, даже если ты его так просто простил, я забывать о случившемся не намерен.

– «Так просто»? – возмущенно переспросил Шен.

Муан промолчал, что выражало непоколебимость его мнения.

– Забудь, – бросил Шен, сконцентрировавшись на лепешке.

Стрела просвистела в воздухе и врезалась в стол между ними. В следующее мгновение Муан дернул Шена на землю, одновременно переворачивая стол. В столешнице застряли еще две стрелы.

Шен, все еще держащий в руках лепешку, округлил глаза и посмотрел на мечника.

– Бросьте свои мечи и выходите! – скомандовал звонкий голос. – Это территория Вольных тигров!

– Может, поговорим? – выкрикнул Шен. – Мы просто переночевали в этом доме, только и всего! Мы заплатим за ночлег!

– Бросьте вперед мечи и выходите – тогда и поговорим!

Шен переглянулся с Муаном. Тот пожал плечами и снял с пояса ножны с мечом. Шен последовал его примеру. Оба они одновременно перекинули мечи через стол.

– А теперь выходите с поднятыми руками! – скомандовал голос.

Муан первым поднялся и вышел из-за стола. Шен последовал за ним, доедая лепешку.

Вскоре на крыше сарая показался человек с луком в руках. Он настороженно глядел на них, держа натянутой тетиву. Еще трое вошли в ворота. Девушка с корзиной трав и два воинственных, просто одетых парня. В руках того, что покрепче, была длинная булава, другой держал выглядящий дорогим меч.

Каждый из них по отдельности и все вместе они не были достойными противниками застывшим во внутреннем дворе с поднятыми руками старейшинам. Но ссориться с местными жителями не входило в их планы, поэтому они надеялись разрешить разногласия словами.

– Кто вы такие? – спросил парень, держащий меч. – Что здесь забыли?

– Мы всего лишь путники, – пояснил Шен. – Путь так измотал нас, что вчера, едва добравшись до вашего дома, мы не смогли идти дальше. Прошу прощения, мы вторглись без спроса.

– Мы оставим плату за ночлег, – добавил Муан.

Парень переглянулся с девушкой.

– Откуда вы идете? – вступила в разговор та.

– Эм… – Шену вовсе не хотелось упоминать гробницу, и, чтобы выиграть время и придумать нечто реалистичное, он ткнул пальцем в сторону, с которой они на самом деле явились, пройдя по тропе. – Оттуда.

– Оттуда? – недоверчиво переспросила девушка. – Но в той стороне нет ни городов, ни дорог. Там угодья тигров. Вы здесь ради охоты на белых тигров?

Тон, которым она задала вопрос, выражал крайнюю неприязнь.

– Охоты? Нет, – растерялся Шен. – Честно говоря, я даже не знаю, как называется ваш город. Понятия не имею, чем у вас здесь промышляют.

– На самом деле мы заклинатели из ордена РР, – произнес Муан. – Наш друг был ранен, а мы совсем выбились из сил. Этот дом стоит на окраине – мы просто не смогли добраться куда-то еще. Мы оставим плату и уйдем прямо сейчас.

– Заклинатели? – хмыкнул парень с мечом. – По одежде и не скажешь!

– А ты часто видел заклинателей, чтобы быть таким уверенным? – поддразнивая, протянул Шен.

– Не верите – так мы и доказать можем, – негромко произнес Муан, но прозвучало очень угрожающе.

Несмотря на простую одежду и отсутствие в руках оружия, аура, что исходила от этих двух незнакомцев, подтверждала серьезность их слов.

– Тау, – обратилась девушка, – опусти меч, я им верю. Непохоже, чтобы их послал магистрат Жоу. Люди магистрата так бы себя не вели.

Парень, названный Тау, покосился на девушку и медленно опустил меч. Вслед за ним оружие опустили и остальные.

– Прошу простить нас за такое приветствие, – произнесла девушка. – На самом деле, обычно мы рады путникам. Просто времена нынче неспокойные. Меня зовут Лей, я местная травница. Это Чи Тау, глава Вольных тигров.

«На вид они вряд ли старше Ала», – прикинул Шен.

– Меня зовут Муан Гай, – представился прославленный мечник, – а моего спутника можете называть братец Шен.

Шен удивленно покосился на Муана, а тот спрятал усмешку за поднесенной к лицу ладонью. По всей видимости, происходящее его сильно забавляло.

– Кстати, о плате за ночлег, – Шен обернулся к травнице Лей. – Юркая малышка умыкнула у меня одну опасную вещь. Заявила, что это плата за ночлег. Эту вещь нужно вернуть.

– Юркая малышка? – повторил Чи Тау, обернувшись к Лей. – Снова Лули проказничает!

– Пока я ходила собирать травы, она должна была оставаться у соседей, – вздохнула Лей. – Но кто ее удержит?

– Вещь, которую она украла, представляет опасность для всех, кто с ней соприкоснется, – слушая их, повторил Шен.

– Давно это случилось? – деловито уточнил Чи Тау, повернувшись к нему.

– Часа три назад, – прикинул Шен.

– В таком случае, скорее всего, ваша вещь уже у ростовщика.

– Если хотите – можем поискать вместе, – предложила Лей.

Шен кивнул.

– Тогда погодите, сейчас корзину только поставлю.

Пока травница ушла в дом, плечистый парень вернул на место стол и поднял мечи заклинателей. С интересом покрутив их в руках, он дернул из ножен Смертельное лакомство, но меч не поддался. Подергав еще немного, парень смущенно вернул мечи Шену и Муану.

Томленая утка вприкуску с маринованной редькой и свиными ребрышками. Ер запихивал в рот все, что попадалось под его палочки. Его здоровый аппетит несколько оживлял гнетущую атмосферу, царящую за столом.

Магистрат, коренастый мужчина за пятьдесят, настороженно поглядывал на сидящего напротив командующего контрольным бюро, расслабленно попивающего чай.

– Ч-что контрольному бюро понадобилось в наших краях? – наконец решился поинтересоваться магистрат Жоу.

– Мы здесь проездом. Вот решили заглянуть и справиться, как у вас дела.

– А-а-а, вот как… Дела хорошо! Дела отлично. Не извольте беспокоиться!

– Что-то не так? Вы кажетесь напряженным, – отставив пиалу и глядя «участливо», предположил Ю Си.

Разговор проходил в личном кабинете магистрата города. Господин Жоу, сперва возмущенный внезапным вторжением, которое не смогли остановить местные стражи, осознав, кто перед ним, тотчас из грозного медведя превратился в лебезящую скотину. Привычная для глаз Ю Си трансформация.

– А? Нет, что вы! Проблемы с пищеварением. С утра живот крутит, – негромко закончил магистрат, положив руку на немалое брюхо.

– В таком случае ступайте, мы подождем, – «сочувственно» предложил командующий Ю.

– Правда? Прошу прощения, господа. Вы пока отведайте утку, господа, – пролепетал магистрат, пятясь в поклоне.

Ю Си проводил его взглядом.

Стоило магистрату Жоу выскочить из кабинета, как его сгорбленная спина выпрямилась, и, обернувшись и убедившись, что никто из контрольного бюро не следует за ним, он сплюнул на землю и воздел очи к небу. Затем, тряхнув рукавами, господин Жоу стремительно направился прочь по галерее.

– Принесла нелегкая! – бормотал он. – И что они здесь забыли?!

– Гу Фен, проверь бумаги, – приказал Ю Си, когда магистрат удалился.

Подчиненный кивнул и, махнув рукой одному из воинов, вместе с ним подошел к столу магистрата и принялся быстро перебирать бумаги.

Ер откинул на тарелку обглоданную кость и, наконец насытившись, заинтересовался окружающим.

– А вы чего не едите? – удивленно спросил он, переводя взгляд с Ю Си на других членов контрольного бюро.

Командующий Ю смотрел в сторону и ничего не отвечал. Тогда Гу Фен, оторвавшийся от чтения и поднявший на старейшину Рэна хитрый взгляд, пояснил:

– Проверяем – вдруг еда отравлена.

Ер от возмущения чуть не подавился слюной. Ю Си обернулся к нему и хотел было что-то сказать, но тут двери кабинета распахнулись, и внутрь влетел знакомый молодой человек, говоря на ходу:

– Отец! Я приказал наемникам…

Он остановился, заметив в помещении посторонних. Тут же он узнал в них вчерашних знакомцев и досадливо дернул щекой.

– Вы здесь что забыли? – набычившись, произнес он. – Неужто пришли к магистрату жаловаться на меня?!

Только сейчас он обратил внимание, что двое людей роются в бумагах на столе.

– Что вы задумали?! – закричал он. – Стража!

На выкрик прибежали двое стражников. Они выставили руки перед собой и коротко поклонились.

– Молодой господин.

– Схватить этих людей! Они посмели копаться в государственных бумагах!

На его команду, однако, никто из стражников не двинулся с места. Молодой господин Жоу недоуменно обернулся к ним.

– Молодой господин, эти люди… – неуверенно начал один из них, со страхом поглядывая на командующего Ю.

– Что «эти люди»?! – не дождавшись продолжения, раскричался молодой господин Жоу. – Я приказал схватить их!!

– Эти люди из контрольного бюро! – выпалил другой стражник.

Молодой господин Жоу нахмурился, затем медленно повернулся к Ю Си и остальным, обвел их взглядом и, попятившись, убрался прочь из кабинета, больше не произнеся ни звука.

– А он все же сообразительнее, чем я думал, – со смешком прокомментировал Гу Фен, вернувшись к изучению бумаг.

Стражники поклонились и вновь вышли за дверь.

– Что такое? – бледного молодого господина Жоу во внутреннем дворе встретил его друг. – Что это с тобой?

Схватив того за рукав, молодой господин потянул его подальше от магистрата. Остановился он только в укромном переулке.

– Да что?! – возмутился друг, поправляя перекосившийся рукав.

– Я оскорбил контрольное бюро!

Друг вытаращил на него глаза.

– Помнишь, вчера мы столкнулись с людьми, выходя из борделя? Они оказались не кем-нибудь, а контрольным бюро! Понимаешь? И я оскорбил их!

– И что теперь делать?

– Если они меня сами не прикончат, то вскоре я точно увижу приказ от императора о разжаловании отца! Может, и тебя без наказания не оставят!

– Что же делать?!

Молодой господин Жоу нервно заметался из стороны в сторону в узком переулке. Наконец его посетила идея, и он резко замер.

– Хушуэй далеко, и эти люди должны исчезнуть!

– Было бы прекрасно, но как ты заставишь их исчезнуть?

– Придумаем способ.