Неужели Пашка и правда потерялся? И что же им теперь делать? Нет Пашки – нет подтверждения словам Макса. Значит, нужно его найти.

Друзья уселись на лавочку в раздевалке.

– Как ищут пропавших людей? – спросил Макс вслух.

– Заявляют в полицию! – не раздумывая откликнулась Леся.

Вообще-то это и впрямь работа полиции – искать пропавших.

– А как можно заявить? – уточнил Макс. Кажется, Леся в этом вопросе разбиралась намного лучше него.

– Написать заявление, ясен пень!

Хотя ситуация была совсем не смешная, Макс чуть не рассмеялся из-за потуг Леси выглядеть крутой девчонкой. Откуда она только брала эти старомодные фразочки, которыми, наверное, щеголяли ещё их родители?

Ладно, посмотрим, из чего состоит это самое заявление. Макс достал из рюкзака лист бумаги, расправил его, перевёл на него взгляд и прищурился. Лист оставался белым. Со складкой посередине. Со слегка примятым уголком. С пятнышком в нижнем углу. Но без единого признака неоновой разметки или подсказок невидимыми для остальных буквами.

Сердце так и упало. Неужели ушло? Спасительное умение писать всякие дурацкие документы испарилось, не дождавшись, когда он напишет проклятое эссе? Даже то, что потерялся Пашка, сейчас казалось не столь важным.

– Ничего не вышло, – сердито буркнул Макс.

– «Волшебный» глаз не сработал? – Леся произнесла эти нелепые слова без капли юмора. – Другим глазом посмотреть пробовал?

– Угу, – кивнул Макс. – Правым тоже ничего не видно.

Леся постучала пальцем по кончику носа – значит, сильно задумалась. Обычно она старалась держать свои пальцы при себе, но когда её захватывали размышления, то появлялся этот странноватый, но довольно милый жест.

– Давай подумаем, что там, в классе, было такого, чего нет здесь.

– Там было светло, а здесь – темновато. В классе нормальный стол, а здесь нет ничего, на чём можно было бы писать. Там у меня был новый лист, а здесь – сложенный пополам. И тогда я написал кучу черновиков до того. Вон, до сих пор все руки в чернилах.

Леся подскочила на ноги:

– Точно! Доставай Клякса!

– Зачем? – хмуро посмотрел на неё Макс.

– Затем! В прошлый раз, когда ты смотрел «волшебным» глазом, на парте стояла открытая чернильница! Это самое главное отличие!

Макс задумчиво посмотрел на Лесю. Может, ему всё это снится? Слишком уж невероятным было и то, что происходило в классе, когда он писал объяснительную, и то, что подруга сразу и безусловно поверила во весь этот бред. Вот Макс бы ни за что не поверил, если бы сам не видел своими глазами. Хм. Своим глазом. Причём «волшебным».

Глубоко вдохнув и затаив дыхание, Макс достал из кармана чернильницу, аккуратно открыл и поставил рядом с собой.

На этот раз Клякс вылез из чернильницы гораздо шустрее. И он был возмущён! Махал ручками-отростками, что-то пищал так, что капли чернил разлетались вокруг, таращил глазёнки.

– Успокойся, Клякс Чернилыч, – обратилась к нему Леся и легонько, одним пальчиком, погладила его по спинке.

Клякс моментально затих и разулыбался. Лесю слушались все мальчишки. Она на них действовала завораживающе. Ну, может, на Макса меньше: они всё же общаются каждый день – наверное, он успел выработать иммунитет.

– Кляксик, можешь помочь нам?

Клякс пару раз важно кивнул головой, заодно заколыхавшись всей оставшейся полупрозрачной массой.

– Мы хотим написать заявление в полицию, но не знаем как. Включишь Максу суперсилу?

По тому, как Леся произнесла последнюю фразу, Макс понял, что она тоже хотела бы «волшебный» глаз. Да неважно! Хоть суперглаз, хоть ухо, хоть палец – лишь бы прикоснуться к волшебству!

Макс хорошо знал подругу – уж она бы развернулась! Ставила бы эксперименты, пыталась найти логичное объяснение и закономерности проявления дара, упражнялась бы до упаду. А Максу было и страшновато, и жалко лишний раз «включать “волшебный” глаз». Но сейчас делать было нечего: надо было срочно найти Пашку. Это важнее всего.

Макс прищурил правый глаз, глядя на лист бумаги. Как только он это сделал, там проявились неоновые надписи. Макс ждал и хотел этого, но всё равно от неожиданности слегка дёрнул головой, приоткрыл второй глаз, потерял концентрацию – и схема растаяла. Пришлось повторить всё медленнее и аккуратнее. И разметка снова возникла перед глазами.

Кому?

Укажи должность и фамилию, имя, отчество (можно инициалы), если знаешь: начальнику отделения полиции № такой-то…

От кого? Кто пишет?

Напиши свои фамилию, имя, отчество (ФИО) и номер документа, адрес по прописке, можно указать телефон.

Дата (поставь сегодняшнее число)

Напиши название документа:

ЗАЯВЛЕНИЕ О ПРОПАЖЕ ЧЕЛОВЕКА

Кто обращается?

Я (ФИО), проживающий по адресу (напиши адрес), сообщаю о пропаже (ФИО пропавшего).

При каких обстоятельствах человек пропал?

Когда он исчез? Когда его видели последний раз? Где и при каких обстоятельствах?

Как он выглядел?

Опиши возраст пропавшего, рост, вес, цвет волос и глаз, особые приметы (шрамы, родинки, татуировки и т. д.), во что был одет тогда, когда его видели в последний раз.

Оставь контактную информацию,

как можно с тобой связаться (телефон, адрес электронной почты).

Добавь заключительные фразы:

«Прошу принять меры по розыску (ФИО пропавшего человека) и информировать меня о ходе расследования. Заранее благодарю за сотрудничество и помощь».

В целом ничего особо сложного в заполнении заявления не было. Но Макса кое-что смущало.

– Лесь, тут в конце надо подпись поставить. А у меня нет подписи.

– Просто напиши свою фамилию.

Макс откинулся на стену, поправил за спиной чью-то куртку, чтобы помягче было.

– Да я не про это хочу сказать. Кто может написать такое заявление? Наверное, это должен быть человек, который уже получил паспорт и придумал подпись? Возможно, совершеннолетний? А может, родственник?

Леся помотала головой:

– Нет-нет! К нам приходили из поисково-спасательного отряда, рассказывали, что надо делать. Заявление может подать кто угодно! Не обязательно быть родственником.

– И несовершеннолетний?

– Думаю, что да. Но, возможно, они попросят, чтобы с нами был кто-то из взрослых.

Макс поморщился, а потом вдруг вспомнил кое-что ещё:

– Ой, а ведь заявление принимают только через три дня с момента пропажи? Это что же, они начнут искать Пашку только через два дня?

Леся многозначительно подняла палец в воздух:

– А вот это очередной миф! Чем раньше человека начинают искать, тем выше вероятность того, что найдут! Поэтому искать начинают сразу.

– А может, не надо писать заявление? Может, они сами заполнят бумаги?

Леся с упрёком посмотрела на Макса:

– Что, опять твоя боязнь чистого листа?

Он вздохнул:

– Ага. Но я справлюсь. Тем более что лист не такой уж и чистый. На нём есть схема!

Неудобно было, что подсказки исчезали, стоило начать писать в каком-то из разделов. Из-за этого Макс боялся, что может упустить что-то, забыть указать какие-нибудь детали. Но лучше уж такие, исчезающие подсказки, чем никаких. Тем более что можно посоветоваться с Лесей, если сомневаешься. Например, уточнить, сколько, по её мнению, весит Пашка или какого он роста.

Макс не стал заполнять форму целиком, он записал самое главное.

Мы, Макс Волгин и Леся Звонкина, хотим сообщить о пропаже Пашки Бокина из 6-го «А» школы № 1308.

Последний раз Пашку видел Макс в коридоре школы.

Пашка ростом примерно с Лесю, а в ней 140 см. А весит он намного больше, чем она (в Лесе 40 кг). Одет был в синий свитер и тёмные штаны, на ногах сандалии. Ещё он носит очки в толстой оправе. И любит химию.

Контактная информация: тел. +7–011–77–92–17, e-mail: maxvolgin@1308school.ru.

Просим принять меры по розыску Пашки и информировать нас о ходе расследования. Заранее благодарим за сотрудничество и помощь.

Вроде и написал всего ничего, а ощущал себя Макс так, как будто целый час сначала бежал, потом отжимался, а затем подтягивался.

Леся тоже выглядела утомлённой. Наверное, руководить процессом тоже сложно, не только писать самому. Она разглядывала получившееся заявление, недовольно хмурясь:

– А почему ты шапку не заполнил?

– Какую ещё шапку? – удивился Макс.

– Ну вот этот узкий столбик наверху документа. Кому, от кого…

– Это называется шапка? – хмыкнул Макс. – Хорошо, что не кепка. Или не бантик. Я подумал, что всё это мы можем доделать уже в полицейском участке. Сначала надо поговорить, а потом уже заявление отдать. Вдруг у них есть особый бланк или что-то такое?

Леся задумчиво покивала головой:

– Может быть. А то, что записал, пригодится при разговоре в полиции. Как конспект или план: что случилось, кто пропал и так далее.

Макс сложил лист, сунул его в рюкзак и потянулся к чернильнице, да так и замер. Клякс опять изменился! Он как будто подрос, набрал плотности и оформился. Теперь у него были и ручки, и ножки, обозначились черты лица, а его писк теперь больше походил на речь, хотя разобрать её пока было нельзя. Теперь Клякс не расплывался неясным пятном по горлышку чернильницы, а сидел на нём, свесив ножки и болтая ими.

– Кляксик, какой ты красивый! – умилилась Леся.

Чернильный дух закивал. Очевидно, ему понравился комплимент.

– Что с тобой происходит? Почему ты меняешься? – спросил Макс.

В ответ Клякс начал пищать, всё так же активно жестикулируя. Друзья переглянулись.

– Мы тебя не понимаем, – с сожалением пришлось признать Лесе. – Давай я буду спрашивать, а ты отвечать «да» или «нет»?

Гадать пришлось недолго. Леся быстро додумалась, что Клякс набирает силу, если кто-то пишет, используя его магию.

– Ого! Значит, чем больше Макс будет писать, тем лучше ты будешь себя чувствовать?

Макс не пришёл в восторг от этой идеи, но Лесю Клякс одарить «волшебным» глазом почему-то не мог. Она сильно из-за этого расстроилась, хоть и пыталась не подавать вида.

В этот раз Клякс сам залез в чернильницу. Подталкивать кончиком ручки его не пришлось.

Сложив все вещи, Макс потянулся за курткой, и вдруг его рука замерла в воздухе.

– Лесь, смотри! – хриплым голосом сказал Макс.

В самом углу, на крючке, над которым была приклеена надпись «Павел Бокин», висела куртка. Из кармана торчали шапка и перчатки.

– Пашкина одежда? – с недоумением уточнила Леся.

Макс кивнул. Оба перевели взгляд за окно, сильный ветер время от времени бросал в стекло пригоршни колючих капель, смешанных со снегом. Конец октября – не то время, когда хочется прогуляться налегке.

– Без куртки он уйти не мог, – уверенно сказала Леся.

– И ботинки его здесь, – отметил, заглянув под лавочку, Макс.

– …И если верхняя одежда и обувь здесь… а его папа приезжал, чтобы его забрать… значит, Пашка никуда из школы не уходил!

Макс оторопело глядел на Лесю.

– Но если Пашка сейчас находится в школе, то где он?