– Вот, наконец, и вы! – открывая дверь, восклицает мама. – Мы уже волнуемся!

– Прости, – опустив глаза, бормочет Конни.

Но прежде, чем она успевает что-либо объяснить, мама выставляет её и Якоба обратно на улицу:

– Нужно поторопиться. Поезд с дядей Альбертом прибудет через двенадцать минут. Надеюсь, мы успеем его встретить. – Мама поспешно застёгивает пальто. – Юрген, ты идёшь?

– Я уже здесь!

Папа садится к ним в машину.

– Весело было на рождественской ярмарке? – спрашивает он.

Конни глубоко вздыхает, собираясь всё рассказать, но Якоб её опережает.

– Да! – громко восклицает он. – Дед Мороз подарил мне леденец! И я катался на карусели!

Конни ошеломлённо смотрит на брата. Похоже, ему действительно понравилось на ярмарке.

– Вот и дождик пригодился, – смеётся мама. – Если бы не он, вы бы торчали там до сих пор!

Поезд прибывает в тот момент, когда они бегут на платформу. Мама тревожно осматривается.

– Надеюсь, я его узна́ю, – бормочет она.

– Аннет! – Любезный пожилой джентльмен машет ей тростью. У него на поводке лохматая собака.

– Ещё и это! – ворчит папа.

Мама с укоризной смотрит на него и бросается в объятия дяди Альберта.

– Альберт! Как я рада тебя видеть!

Дядя Альберт пожимает руку Конни и Якобу.

– Вот, пришлось взять с собой Баделя. Надеюсь, вы не против.

– Конечно же, нет, – выпаливает мама.

– Совсем наоборот! Он такой милый! – Конни с наслаждением гладит пса за ушками. Он лижет её ладонь и утыкается в неё своим чёрным носом.

– Аннет! Юрген! – Дядя Альберт с облегчением выдыхает. – Как мило, что вы меня пригласили. Мне так надоело сидеть дома одному! – Он смахивает с глаз слезинку. – Что может быть хуже, чем оказаться в Рождество в полном одиночестве!

Папа похлопывает его по плечу.

– Самой собой, – растроганно произносит он. – Мы рады, что ты с нами.

Мама не верит своим ушам. Но она безумно рада.

– Ну, пойдёмте, – говорит она. – Надеюсь, мы все поместимся в машину.

Пятнадцать минут – и они уже дома. Пока папа достаёт вещи из багажника, дядя Альберт выводит своего пса прогуляться. Его сопровождают Конни, Якоб и мама. А когда они возвращаются, папа всё ещё стоит на пороге и в отчаянии крутит ключ в замке.

– Этот проклятый замок опять заклинило!

– Почему бы тебе не смазать его маслом? – спрашивает мама.

– Смажу, смажу.

– Когда? – вздыхает мама. – Я тебе уже тысячу раз напоминала.

– Нет, всего сто три раза, – раздражённо ворчит папа.

– Что??? – У мамы краснеют щёки. Это происходит лишь в двух случаях: когда она радуется и когда сердится. Сейчас она явно не радуется.

– Ну вот, пожалуйста. Милости просим! – Папе наконец удаётся открыть дверь.

Мама молча врывается в дом.

Дядя Альберт каждому привёз подарок. Якобу – настоящие акульи зубы. Конни – красивый веер с ручной росписью.

Но самое прекрасное – и тут мама нисколько не преувеличивала – это его рассказы. После ужина все затаив дыхание слушают истории о роскошных дворцах, украшенных золотом слонах, таинственных картах с сокровищами и гигантских китах. Вместе с дядей Альбертом Конни мысленно преодолевает путь через южные моря к Северному Ледовитому океану.

– Я тоже хочу стать капитаном, когда вырасту, – взволнованно произносит Якоб.

– Ах, брось. – Дядя Альберт качает головой. – Сегодня это уже не так весело. Раньше мы простаивали в порту неделю, а теперь суда останавливаются всего на несколько часов. Моряки не успевают ни что-либо увидеть… ни что-либо пережить.

– Жаль, – бормочет папа.

– Так на чём я остановился? Ах да. Ураган застал нас врасплох. Корабль начал набирать воду. Спастись можно было только покинув борт. Мы стали прыгать в спасательные шлюпки. Представьте себе эти крошечные ореховые скорлупки, танцующие на волнах высотой с дом! И одна из волн разбивается о нашу лодку. Меня смывает за борт, крутит в воде, я задыхаюсь, захлёбываюсь и иду ко дну. Ужас! Я понимаю, что настал мой конец. А потом меня вдруг хватают под мышки и тащат наверх. Я судорожно хватаю ртом воздух, поворачиваю голову и вижу её – прекрасную русалку, которая меня спасла.

Папа смеётся:

– Блажен, кто верует!

– Нет, всё так и было! – настаивает дядя Альберт. – У неё были зелёные волосы и глаза цвета морской волны. Но если ты не веришь… – Дядя Альберт делает ещё глоток чая. – Может, мне вообще больше ничего не рассказывать?

– Нет, рассказывать! – хором кричат все присутствующие.

– Хорошо.

Истории продолжаются. И папа тоже слушает как заворожённый. Этому рождественскому гостю он искренне рад.

А вот у кота Мяфа прибавилось проблем. Не из-за дяди Альберта, а из-за Баделя. Пёс гоняет Мяфа по всему дому, но Мяф уворачивается и выскакивает в сад через кошачью дверцу. А перед этим бьёт Баделя по носу. Глаза Мяфа победоносно сверкают. Теперь эта глупая псина оставит его в покое!

Мяф лежит у Конни на коленях, и она его гладит. Вдруг кот перестаёт мурлыкать и недоверчиво смотрит на Баделя, свернувшегося калачиком у ног хозяина.

Мяф очень радуется, когда все ложатся спать и гостиная снова в его полном распоряжении.

На следующий день у Конни наконец-то свободное утро. Якоб без ума от дяди Альберта и его историй и липнет к нему как банный лист. Конни больше не нужно его развлекать, и она может спокойно разукрасить чашки для мамы и папы.

На маминой чашке она изображает, как кот Мяф гоняется за бабочкой среди цветов. На папиной чашке появляется дельфин. Такой, какого они видели в Средиземном море! Затем Конни снова учит слова для своего выступления. На вторую половину дня назначена генеральная репетиция. И там всё должно пройти без сучка без задоринки.

Госпожа Хаузер того же мнения. Она беспокойно бегает по церкви.

– Все на места! – кричит она, волнуясь не меньше, чем её актёры. А может быть, даже и больше.

Конни выглядит божественно в своём белом костюме ангела. Она выплывает из-за кулис, с улыбкой ждёт своей очереди и в нужном месте начинает петь. Звуки песни «С небес» наполняют всю церковь. Она поёт три куплета и выглядит очень довольной.

И всё-таки ей не по себе от того, что вокруг одни первоклашки. Ей уже девять лет, и она выделяется на их фоне. Да и Пауля нигде не видать. А ведь он собирался участвовать в спектакле.

Она встречает его только после репетиции.

– Куда ты запропастился? – спрашивает Конни.

– Я всё время был на сцене! – вытаращив глаза, говорит Пауль.

– Вздор! Я тебя не видела!

Пауль суёт ей под нос огромную ослиную голову из картона.

– Ты был ослом? – Конни презрительно морщит нос.

– Даже ты не догадалась, что это я! Классно, правда? – радуется Пауль.

Ничего классного Конни в этом не видит. Зато из всех актёров она единственная, кто исполнит целую песню соло.

Тем временем мама, папа и Якоб водят дядю Альберта по Нойштадту и показывают ему всё самое интересное. А потом заезжают за Конни.

– Опять этот дурацкий замо́к! – ругается папа, когда они стоят на пороге дома.

– Просто признайся, что ты так и не смазал его маслом, – говорит мама.

Папа дёргает за ключ:

– Нет.

– Как – нет?

– Я забыл.

– Забыл? Хотя я тебе постоянно напоминала?

– Так уж и быть, я не забыл. Просто не хотел.

Мама ошеломлённо смотрит на папу:

– Что???

– Не хотел, потому что перед этим ты уже тысячу раз мне напомнила.

– Сто три раза, – шипит мама.

Папа продолжает дёргать за ключ.

– Я замёрз, – лепечет Якоб.

Конни тоже замёрзла, но ничего не говорит. Как и дядя Альберт, который украдкой переминается с ноги на ногу.

– Я замёрз, – повторяет Якоб чуть громче.

– Знаю, – говорит мама. – Скажи спасибо своему отцу.

– Сейчас открою, – ворчит папа.

Мама закатывает глаза. Щёлк! Наконец-то получилось.

– Ну, что я говорил! – Папа с гордостью открывает им дверь.

– Молодец, Юрген, – едко произносит мама. – Интересно, сколько мы простоим на улице в следующий раз?