Все растерянно стоят на холоде. Мама обхватила себя руками.

– Если мы останемся здесь ещё хоть ненадолго, то превратимся в сосульки!

– Ничего не поделаешь, – смиренно произносит папа. – Куда ж нам деваться? Мы даже в машину сесть не можем.

– Как глупо, что бабушки и дедушки нет в городе, – ворчит Конни.

Она скучает по бабушке. Та бы без лишних слов догадалась, что сейчас чувствует Конни, и крепко её обняла.

– Да, пойдём отмечать к дедушке и бабушке! – кричит Якоб.

– Они же у дяди Андреаса, – напоминает ему папа.

Мама оглядывается по сторонам. У Пауля всё темно. Зато у госпожи Сандулеску горит свет.

– Попробую позвонить, – говорит она. – Может, нам разрешат зайти ненадолго и погреться?

– А вдруг у неё гости? – возражает папа.

– Давай просто спросим. – Мама уже поднимает руку. – Что ещё остаётся делать?

Конни провожает маму до соседнего дома.

– Вот так сюрприз! – Госпожа Сандулеску сияет.

– Счастливого Рождества! – говорит мама. – У нас тут небольшая неприятность…

– Ключ сломался? Прямо на Рождество! Вот ужас! – Госпожа Сандулеску драматично всплёскивает руками. – Заходите же, заходите. Конечно, вы можете подождать у нас, пока не приедет аварийная служба.

– Мы не помешаем? – спрашивает мама.

– Кому?! Здесь только моя сестра. – Госпожа Сандулеску отходит в сторону и машет остальным. – Проходите! Я очень рада!

И вот они уже в коридоре. Оказавшись в тепле, Конни замечает, как сильно замёрзла.

– У нас гости? Как славно!

К Конни подходит вторая госпожа Сандулеску.

– Позвольте представить – моя сестра София! А это мои соседи – семейство Клавиттер.

– Какая приятная неожиданность! Чем больше гостей, тем прекраснее Рождество! – говорит София, подавая руку всем по очереди. – Двое – это слишком мало!

– Вы – наше спасение! – Дядя Альберт жмёт руку Софии. – Лучше потерпеть кораблекрушение в южных морях, чем мёрзнуть на улице!

– Мы ещё даже не познакомились, – приветливо напоминает госпожа Сандулеску.

– Это дядя Альберт, – вежливо поясняет Конни.

– Пожалуйста, без «дяди»! – поправляет её дядя Альберт.

Госпожа Сандулеску смеётся:

– Значит, Альберт. А я – Мария.

– Дядя Альберт был капитаном! – радостно возвещает Якоб.

– Неужели? – София сияет. – Вы наверняка пережили массу приключений.

– Ох, да. Парочку уж точно, – усмехается дядя Альберт.

– Тогда рассказывайте! – София подхватывает его под руку и ведёт в гостиную.

Папа оставляет на входной двери записку для аварийной службы, мама вызволяет Якоба из зимнего комбинезона, а госпожа Сандулеску исчезает на кухне.

– Мы как раз собирались перекусить, – объясняет она.

Конни помогает накрыть на стол. Едва она заканчивает, как госпожа Сандулеску приносит бесчисленные миски: картофельный салат, зелёный салат с овечьим сыром, помидорами и кедровыми орешками, салат из курицы со свежим ананасом, овощной салат с приготовленной на пару брокколи. А ещё колбасу, сливочное масло и свежеиспечённые булочки.

Госпожа Сандулеску наливает яблочную шипучку детям и шампанское взрослым. И поднимает свой бокал:

– Счастливого Рождества!

– Счастливого Рождества! – кричат остальные и чокаются.

– Как вы успели всё так быстро приготовить? – удивляется мама.

– Всё уже было подготовлено. А булочки лежали у меня в морозилке, – объясняет госпожа Сандулеску.

София смеётся:

– Мария всегда готовит как для целой роты!

– Никогда не знаешь, кто заглянет к тебе на огонёк! – подмигивает госпожа Сандулеску. – Кроме того, мне нравится хлопотать на кухне.

София закатывает глаза:

– Вечно ты со своей кухней!

– Не готовь, если тебе не нравится, – язвительно отвечает госпожа Сандулеску. – А Клавиттеры наверняка рады, что им не приходится лопать суп из пакетиков.

– Суп из пакетиков? Я? Да никогда! – возмущается София. – Хотя есть несколько супов в баночках, на вкус прямо как домашнего приготовления!

Госпожа Сандулеску морщится от отвращения:

– Ты хотела сказать, твоего домашнего приготовления!

– Ха-ха-ха… – София вытирает рот салфеткой с ангелочками. – Радуйся, что у тебя брат, – говорит она Конни. – На свете нет ничего хуже сестры.

На свете нет ничего хуже Якоба, думает Конни, но решает промолчать.

– И ничего прекраснее, – добавляет госпожа Сандулеску и тычет пальцем в сестру. Обе хихикают.

– И то правда. Скучно, когда не с кем поругаться. Мне искренне жаль детей, у которых нет ни брата, ни сестры. Ты со мной согласна, Конни?

– М-м-м, – мычит Конни.

Она бы с радостью отдала Якоба какому-нибудь несчастному единственному ребёнку в семье.

– Как вкусно! – Дядя Альберт уплетает индейку за обе щёки. – Если бы я до сих пор выходил в море, я бы взял вас на корабль коком.

Госпожа Сандулеску сияет.

– Можно мне ещё брокколи, пожалуйста?

София накладывает дяде Альберту полную тарелку.

– Ну конечно. Нужно съесть всё до последней крошки!

Якоб на овощи даже не смотрит, зато усердно налегает на колбасу и сосиски. Конни сначала тоже смотрит на овощи без энтузиазма, но стоит ей попробовать кусочек, как она уже не может остановиться.

– А сейчас я принесу десерт, – торжественно объявляет госпожа Сандулеску.

– У меня места в животе не осталось, – стонет Конни.

– Ещё как осталось! – отвечает госпожа Сандулеску.

И оказывается права. Потому что для ванильного мороженого с горячим шоколадным соусом в желудке всегда найдётся место.