Примером массового террора стала реакция на антиглобалистские демонстрации в Генуе, где летом 2001 года проходила встреча лидеров стран «Большой восьмерки». В город съехались около 100 000 протестующих. Сразу после развернувшихся событий, в результате которых один человек погиб, приблизительно 200 были ранены и гораздо больше людей получили психическую травму от увиденного, мировые новостные источники сообщили, что демонстрации возглавили агрессивно настроенные протестующие и именно это и привело к трагедии. Вскоре заявления о жестоких действиях полиции Генуи стало невозможно игнорировать: их становилось все больше и больше. Но даже когда ее поведение стало достоянием общественности, его восприняли просто как «чрезмерную реакцию» на агрессивное поведение протестующих[99].
Появлялись многочисленные рассказы о том, как в здание школы, служившее штаб-квартирой Социального форума Генуи (он объединял примерно 700 генуэзских организаций), около полуночи ворвалась полиция. Здание использовалось для ночлега, и кто-то еще только залезал в спальный мешок, а кто-то уже крепко спал, когда появились полицейские и стали избивать лежащих.
Те, кто при этом присутствовал, так описывали эту кровавую сцену: людям наносили тяжелые удары, ломали кости, ребра, а одному пробили легкое. Все фото- и видеооборудование было конфисковано[100]. Сообщалось также, что полиция изъяла жесткие диски компьютеров, из чего следует, что вторжение могло быть совершено с целью завладения базой данных и раскола организации. Одних отправили в больницу, других – в тюрьму. Свидетели рассказывали, как людей с переломанными костями отправили в тюрьму и заставили там стоять вдоль стены с раскинутыми руками, в то время как полицейские плевали и мочились на них и использовали различные способы устрашения[101].
Четырех британцев четыре дня продержали в тюрьме в нечеловеческих условиях, не позволяя встретиться с консулом и адвокатами, и отпустили без предъявления обвинений. Один из этих демонстрантов, получивший серьезные телесные повреждения, рассказал, как полиция без разбора колотила людей дубинками, а те не оказывали никакого сопротивления. Полицейские также распевали фашистские песни и угрожали протестующим зверствами и насилием[102]. Источник в полиции подтвердил, что демонстрантов выстраивали в ряд и били головой об стену и что полицейские мочились на кого-то из них[103].
Хотя сообщения об этих происшествиях все-таки появились в мировых новостях, некоторые ведущие газеты, особенно в США, о них почти не упоминали. Несколько рассказов демонстрантов было выложено на интернет-сайтах[104]. Я разговаривала с очевидцем этих событий – он был в числе тех спящих и, проснувшись, застал ужасную сцену: людей избивали так, что кровь забрызгивала стены[105]. В мировых новостях упоминалась «жестокость полиции», но некоторые журналисты подспудно оправдывали ее, объясняя «перекосы» непокорностью демонстрантов. Правительства европейских стран выразили возмущение действиями итальянской полиции и спрашивали, почему ту не научили разгонять протестующих без применения силы. Чего я не нашла в мировых новостях, так это вопроса, как события в Генуе вообще можно объяснить чрезмерной реакцией полиции. С какой бы точки зрения я ни взглянула на них, не понимаю, как избиение спящих и конфискация их видеоматериалов, камер и файлов может рассматриваться как «чрезмерная реакция».
Во время встречи «Большой восьмерки», когда сразу несколько мировых лидеров присутствовали в Генуе и все были готовы к возможным вспышкам насилия и террористическим актам, кажется весьма неправдоподобным, что ответственность за усмирение демонстрантов целиком лежала на итальянской полиции. Объяснять эти жестокие нападения на демонстрантов «зверством полиции» и «чрезмерной реакцией» – значит упускать из виду, что полиция, вполне вероятно, использовала тактики террора для провоцирования и использования нестабильности с целью узаконить подавление растущего антиглобалистского движения, которое в последние годы провело демонстрации в Сиэтле, Праге, Генуе, Флориде и других городах.