Испытывая неуверенность, мы больше, чем когда-либо, ждем от лидера или власти защиты и стремимся переложить ответственность за вынесение суждений на специалистов, которые, как мы полагаем, лучше способны оценить ситуацию. Даже в туристическом походе или в кризисной ситуации на работе мы понимаем, что времени на споры нет, и автоматически переключаемся в режим исполнения того, что требуется. При этом мы либо принимаем руководство на себя, либо выражаем готовность следовать указаниям кого-то другого. Нет ничего плохого в том, что мы интуитивно стремимся к лидерству или рассчитываем на знания и защиту друг друга. Разнообразие мнений, часто опирающихся на информацию из проверенных источников, способствует творческой выработке решений и лежит в основе демократии. Проблема заключается в том, что мы склонны подчиняться власти без сомнений, даже не обладая информацией о ней. Эмоциональные и психологические факторы, влияющие на наше решение о том, кого наделить властью, в большинстве своем бессознательны. Это психологическое свойство хорошо известно – и систематически используется для проведения в жизнь общественного террора.

Из ряда вон выходящие события пугают нас. Мы паникуем. Как только возникает ощущение чрезвычайности ситуации, со стороны властей следуют объяснения и/или предложения о том, как взять происходящее под контроль. Есть и другой сценарий, когда «необъяснимые» события используются для усиления неуверенности – для того, чтобы нам захотелось услышать трактовку и заверения властей. При этом гарантируется безнаказанность всех участников, и впоследствии никто не может с уверенностью сказать, что случилось. Может быть, этих «необъяснимых» событий никогда и не было[89].

Государственные тактики террора могут включать в себя планирование и проведение «террористических актов», призванных выглядеть так, будто их осуществила вражеская сторона. Провокации и подстроенные инциденты используются для создания атмосферы страха, чтобы мы считали тиранию оправданной, а наведение порядка любыми, пусть даже нежелательными методами – приемлемым.