Какими бы ни были детали определения, всегда важнее понять, каково представление о «терроре» у самих «террористов» и у тех, кто с ними борется. С точки зрения государства и, вероятно, большей части общества, терроризм – это насилие или угроза насилия со стороны экстремистов, обычно направленные против гражданского населения. С точки зрения политических или социальных движений, групп восставших, революционных или маргинальных групп граждан, террор – это в первую очередь противозаконное и жестокое подавление государством этих самых движений и создание информационного вакуума.

Иногда государства применяют жестокие тактики террора против экстремистов или революционных групп, которые вооружены или угрожают террористическими атаками. Террористы часто считают себя борцами за свободу, готовыми убивать и умирать за свои идеалы. Иногда государства подолгу находятся в вооруженном конфликте с такими группами. Государства используют тактики террора и против ненасильственных политических движений, мирных демонстрантов и обычных безоружных граждан. Мы увидим, что одна из распространенных тактик государственного террора такова: государство «противостоит» угрозе терроризма, используя эмоциональную реакцию населения на террористическую атаку либо даже специально создавая террористическую угрозу, чтобы потом с ней бороться и иметь повод ограничить гражданские права. Иногда мятежники, не применявшие до определенного времени насильственные методы, начинают их использовать. Это происходит, когда они так натерпелись от государственного террора и угнетения, что приходят к мысли: другого выхода, кроме как противостоять государственным тактикам террора с помощью насилия, просто нет.

В своей автобиографии Нельсон Мандела откровенно описывает время, когда он решил убедить и убедил Африканский национальный конгресс (АНК) отказаться от принципов и политики ненасилия, потому что считал: в обстановке жестокого государственного террора против АНК продолжать работу как прежде невозможно[87].

Можно предположить, что тактики террора – это попытка подавить то, что, в сущности, подавить невозможно. Отвратительные методы пыток демонстрируют лишь то, насколько далеко мы можем зайти, пытаясь сломить непобедимый дух. После террористических атак 11 сентября 2001 года жители США стали ценить величие духа, не сломленного таким страшным злодеянием. В свою очередь, так называемая война с террором укрепила решимость тех, кто хочет покончить с односторонним доминированием США.