Чем меньше у нас привилегий в определенной области, тем больше мы об этих привилегиях думаем. Если вы плохо говорите по-английски и попадаете в англоязычную компанию, вам будет бросаться в глаза, что те, кто хорошо знают язык, и носители вообще не думают о тех, для кого общение может быть затруднено незнанием языка. Белые менее озабочены вопросами расизма, чем люди с другим цветом кожи.

Тот, кто сам пострадал от дискриминации и понимает, что значит терпеть несправедливость или обладать привилегиями, способен понять подавляемые группы и меньшинства и посвятить себя борьбе с угнетением в целом, выходящим за рамки личного опыта. Однако бывает и так, что роли меняются и те, кто прежде был угнетенным, сами становятся угнетателями. Подавленный в глубине личности тиран выступает на поверхность. Хорошо известно, что абьюзеры обычно имеют опыт жестокого обращения с собой в прошлом. Они невольно начинают действовать по той же самой схеме, что и те, кто над ним издевался, воспроизводя «усвоенную» жестокость. (Разумеется, это не означает, что каждый, с кем обращались жестоко, сам становится мучителем.) И если в одной ситуации у нас было мало привилегий, то в другой привилегий может стать больше – и здесь мы способны оказаться так же безразличны к другим, как и все остальные.