Австрийский публицист Карл Краус писал: «Что вовлекает мир в войну? Сначала дипломаты лгут журналистам, а затем сами же верят этой лжи, прочитав ее в газетах»[274]. Сначала кто-то говорит неправду или искажает информацию. Затем масштабы дезинформации быстро разрастаются, и она становится отправной точкой для построения анализов и комментариев. Когда ложь укоренилась в сознании общества, любое выражение несогласия или сомнения может быть воспринято как заговор, радикализм или вранье. Если ложь удается разоблачить, это рассматривают как единичное явление, которое не ставит под сомнение все остальные взаимосвязанные факты. Дезинформация становится нормой. А правда – своего рода «сопутствующим ущербом».

США бомбили Ирак, основываясь на утверждении, что Саддам Хусейн, безусловно, обладает оружием массового поражения. Когда бомбардировки уже шли полным ходом, начали звучать заявления об освобождении иракского народа и установлении в стране демократии. Возник вопрос: «Так где же то самое оружие массового поражения?» – на который министр обороны Дональд Рамсфельд с широкой ухмылкой ответил: «Саддама мы тоже не обнаружили, но это же не повод утверждать, что его вовсе не существовало». Призывы к тщательной проверке информации об оружии массового поражения были представлены как глупость.